В назначенный час Ваня с завернутыми в старую газету пластинками шел по парку. Еще издали между стволами деревьев он рассмотрел нескольких молодых парней. «Они»,— подумал Ваня. Он шел, не прибавляя шага, стараясь не выдать своего волнения и любопытства. Среди других он узнал коренастую фигуру Ковалева. «Кого же привел Анатолий? Пожалуй, связных от партизан»,— думал Туркенич. Но когда подошел совсем близко, почувствовал на себе взгляд трех пар глаз и увидел приветливую улыбку Анатолия.
— Ну вот, говорил я вам, что придет ровно в десять, и пришел, прямо по-военному,— произнес, улыбаясь, Анатолий.
Ваня встретился взглядом с как будто знакомым пареньком в очках.
«Да это же младший брат Саши Земнухова!..»— подумал Туркенич и немного успокоился.
Анатолий наконец решил познакомить ребят с Туркеничем.
Первым подошел и протянул Ване руку парень в очках.
— Ты, наверное, меня не помнишь, тезка? Что ж, это не удивительно: старшеклассники всегда смотрят на ребят из младших классов, как взрослые на детей. А я тебя хорошо помню по школе.
— Нет, почему же, я тебя тоже помню,— перебил его Туркенич.— Ты брат Александра Земнухова, верно?
— Верно. А это Виктор и Олег. Их ты не знаешь.
— Да,— вдруг вспомнил Туркенич и протянул Земнухову сверток с пластинками.— Нате, веселитесь.
— Что это?
— Пластинки.
Земнухов, не понимая, о чем идет речь, повернулся к Анатолию.
— Это я попросил Ваню принести патефонные пластинки,— вмешался Ковалев и взял сверток.
— Теперь, пожалуй, они и не нужны,— добавил он.
«Значит, не на танцы меня приглашали»,— с удовольствием отметил Туркенич.
— Чего же мы стоим? Давайте сядем рядком да поговорим ладком,— улыбаясь, произнес Виктор Третьякевич.
Сели.
— Вот что, Ваня,— сказал Земнухов,— мы сразу же после твоего возвращения в Краснодон... заинтересовались тобой...
Туркенич сидел спокойно, прикусив белыми, ровными зубами темно-красный лист клена.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.