— А в сигаретах ведь было сильное снотворное. Как ты думаешь... зачем?
— Н-не знаю, – замялся Ко Ин и, вдруг спохватившись, добавил: – Виноват, господин инспектор! Испугался, что попадет мне за то, что спал. Вот и не указал в рапорте. Но ведь не по своей воле я заснул. Уж крепился, крепился...
Ко Ин шагнул в приоткрытую Патриком «дверь», полагая, что там, за нею, он будет чувствовать себя в безопасности. Развел руками, давая понять, что за халатность готов понести заслуженное наказание.
– Они нас нарочно усыпили... наверно, чтобы улики скрыть? – и горестно покачал головой. – Небось, наделали дел, пока мы дрыхли!..
– Наделали, – подтвердил Ло. – И еще каких дел! Ко Ин расстроенно зацокал языком, и Патрик даже на секунду усомнился: может быть, тот действительно спал?
– С чего же это ты по десятке велел остальным принести? Если и сам спал, – принялся «раскручивать» Ко Ина инспектор.
Зрачки сержанта сузились, но тут же он изобразил на лице виноватую улыбку.
– Все-таки нажаловались! – В голосе его зазвучали покаянные нотки. – Правда, господин инспектор, что было, то было. Попользовался тем, что последний заснул. Зарплаты-то не хватает... Вот и урвешь, где можно. Но я верну, господин инспектор. Правда, верну! Бог с ними, с деньгами. Отдам сегодня же. Вы только начальству не говорите. Уволят меня... А у меня четверо детей.
Ко Ин замолчал и просительно посмотрел на Патрика.
— Брось дурака валять, – вздохнув и подложив руку под щеку, бесцветным голосом произнесло. – Ты же прекрасно знаешь, что твое мелкое вымогательство меня не интересует.
— Но не по своей же воле я уснул! – заныл сержант. – Откуда мне было знать, что в сигаретах снотворное?.. А-а! – Он безнадежно махнул рукой. – Чего теперь объяснять! Все равно уволят...
— Могу помочь тебе... Сержант подошел к Патрику:
— Как?
— Где найти того «репортера», который приезжал на остров?
— Да откуда ж я знаю, господин инспектор? Я его и видел-то впервые в жизни. Наверное, хотел раньше всех о трупах сообщить. Любят они сенсации, эти газетчики. Вот и приперся на остров ночью. Но я его не пустил, как и было приказано.
— Ну, а людей, которые приезжали на остров после него, ты тоже не знаешь?
— Да что вы, господин инспектор? – Ко Ин безуспешно пытался округлить свои узкие, как щелочки, глаза, в которых все чаще стали мелькать огоньки беспокойства. – Какие люди?
Патрик поднялся из-за стола, снова закурил и несколько раз прошелся по кабинету, чувствуя спиной цепкий взгляд... Потом он подошел к сержанту и, в упор глядя на него, медленно, с расстановкой произнес:
– Игру ты ведешь верно, Ко Ин. Если бы я, скажем, захотел тебя упрятать в тюрьму за принадлежность к тайному обществу, за... впрочем, достаточно одного этого... то у меня ничего не получилось бы. Маловато улик. Вернее, их у меня совсем нет. Ты уже сказал, что спал в ту ночь, и доказать обратное я не в силах.
— Не понимаю, о чем вы говорите, господин инспектор, – удивленно начал Ко Ин, которому слова Патрика об отсутствии улик явно пришлись по душе. – Я...
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.