На землю ему ступить не дали. Чьи-то ладони подхватили его, похлопывали по спине, трясли руку... Савва еле поспевал поворачиваться, осунувшийся, потерявший дар речи, с бледной улыбкой...
Наконец люди понемногу разошлись.
— Выкупаться бы теперь, а? – только тогда заговорил Савва. Денчо одобрил идею и потащил его к цеху.
— Ты случайно не знаешь Дору из прессовочного? – с нарочитой небрежностью спросил вдруг Денчо.
Савва никак не мог ее вспомнить.
– Ну та, маленькая, такая в желтом платочке! Савва опять не мог вспомнить.
– Понимаешь, ты был уже порядком высоко, и вдруг вижу: наверху, на вентиляционной установке, что-то желтеет. Пригляделся – она. Примостилась там за трубами и глаз с тебя не сводит.
Савва остановился, помолчал, потом пошел дальше.
– И знаешь, так все время там и просидела, сжалась вся, как зайчонок. А когда ты спустился, тут же сбежала...
Савва украдкой бросил взгляд на вентиляторы, улыбнулся про себя и полез в карман за сигаретами.
Перевела с болгарского Любовь Лихачева.
В 1-м номере читайте о всенародно любимом и главном шеф-поваре страны Константине Ивлеве, о жизни знаменитых сказочников братьев Гримм, о том, как свежая земляника к рождественскому столу стала началом истории создания Елисеевского гастронома, о том, как традиционно встречают Год Красной Огненной лошади, окончание исторического детектива Натальи Рыжковой «Расследования поручика Прошина» и многое другое.
Рассказ
Портрет музыканта Козлова, сделанный не без его помощи