– Видите слева большое пятно на Солнце? Это довольно странное пятно, – уже несколько дней оно не исчезает и не меняет формы. Мы ведем за ним круглосуточное наблюдение...
Ее кружковцы... В планетарии считают, что с приходом Лены Жариновой в кружковую работу влилась свежая струя. В кружках появились астрономические приборы, которые раньше пылились на складе, потому что их просто боялись доверить детям. Теперь они работают с настоящим телескопом, ведут наблюдения. С каким упоением рассказывают они дома о своих занятиях в кружке, зубрят физику и математику, а уж об астрономии и говорить нечего!
Лене очень хочется, чтобы не на словах, а на деле планетарий стал для ребят родным домом. Поэтому, например, она с таким упорством добивалась для них пропусков в планетарий. До этого кружковец, спешащий на занятия откуда-нибудь из Балашихи или Мытищ, меняющий электричку на метро, а метро на троллейбус, встречал непреодолимую преграду в лице вахтера и отступал, поджидая основную группу с руководителем. Теперь он говорит вахтеру «Здравствуйте!», гордо показывает удостоверение (настоящее, с фотографией!) и беспрепятственно проходит в свою сороковую аудиторию под завистливые взгляды таких же мальчишек и девчонок, стоящих в кассу за билетом. Там, в сороковой, кружковцы обсуждают проблемы, связанные с наблюдением астероидов и поисками метеоритных кратеров, спорят о преимуществе той или иной аппаратуры для фотографирования Солнца, знакомятся с приборами для наблюдения лунных и солнечных затмений. И, наконец, что тоже очень важно, ребята приходят сюда не только на занятия, а порой просто так: увидеться, поговорить – настолько творческая и доброжелательная атмосфера царит в кружках.
Когда трое ребят из ее группы вышли победителями городской астрономической олимпиады и получили путевки на Всесоюзный слет юных астрономов, она, отправив их с Курского вокзала в далекий Азербайджан, еще несколько дней чувствовала себя именинницей.
Наконец, они вернулись, ее кружковцы, из Шемахинской обсерватории, где проходил слет, и вместе с первым призом привезли ей знаменитые шемахинские цветы! Не помня себя от счастья, Лена вбежала в сороковую аудиторию, где ребята, окружив троицу вернувшихся, тормошили и расспрашивали их о слете.
– Ну, рассказывай, Дима, – она пере вела дыхание, присела напротив, – как открыл комету?
Дима Фомин, гордый и немного смущенный таким вниманием, говорил:
— Я не один, мы ее открыли одновременно с парнем из Вильнюса.
— Что, так оба одновременно и закричали: «Ура! Открыли!»?
– Да ничего мы не кричали, – снисходительно улыбается Дима. – Дали телеграмму в Киев, в Центр по изучению комет. Оттуда подтверждение пришло. Корреспондентов сразу понаехало, устал рассказывать. В общем, первый приз...
Лена слушает, как прилежная ученица, – вся внимание.
— ...Первый приз – атлас звездного неба в трех томах.
— Вот это да! – вырывается у нее.
— В атласе все звезды до одиннадцатой величины! Как жаль, что вы не были с нами! Там такое небо, там та-а-кие звезды!
— Ничего, – улыбается Лена, – как-нибудь в другой раз.
Цветы из Шемахи стоят у нее на столе. Они странной формы, колючие. Один голубой, другой палевый. Изредка она дотрагивается до них – приятно: ребята везли для нее!
Когда я однажды в конце очередной беседы спросил Лену, чем же дорога для нее профессия, она ответила:
– У каждого из нас – своя жизнь, свой путь, но все мы живем среди людей. Я люблю, когда они приходят сюда, в планетарий. И всегда говорю им: «Посмотрите, мир вокруг нас огромен и прекрасен. И если человек сумел покорить космическое пространство, то в его силах сделать еще прекраснее нашу Землю». Пусть мне приходится рассказывать экскурсантам почти одно и то же по нескольку раз в день, говоря о звездах, о Сихотэ-Алинском метеорите, пусть! Ведь он действительно чудо! Но мне Приятно видеть, что все увиденное и услышанное как-то коснулось людей, и, уходя, они уже не просто вежливо благодарят, а на самом деле становятся немножечко другими – лучшими, чем были.
А больше, кажется, ничего и не надо...
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.