Все может стадион

Борис Брусилов| опубликовано в номере №1379, ноябрь 1984
  • В закладки
  • Вставить в блог

Стайка мальчишек порхала с места на место по территории небольшого, уютного стадиончика, который в этот субботний июльский день был почему-то совершенно пуст. Они вдоволь побродили по трем футбольным полям. На некоторое время «приклеились» было к одинокому авиамоделисту, но у его модели никак не запускался мотор, и глазеть на его бесплодные старания не было никакого интереса. Потом на их пути выстроилась серия добротных площадок – городошная, ОФП, волейбольная, баскетбольная. Однако пристроенная здесь же каптерка, где, по-видимому, хранились главные сокровища этого комплекса (сетки, мячи, биты и т. п.), молчаливо давала всем от ворот поворот, демонстрируя внушительных размеров висячий замок.

Я настиг их неподалеку от водопойного фонтанчика и фотостенда, где под стеклом желтели кадры зимних соревнований.

– Что, ребята, скучновато?

Мальчишки шарахнулись от взрослого, неожиданно обратившегося с вопросом.

– А что, мы ничего! Смотрим.

– Да вы меня не бойтесь, я тут не работаю. Ну, и что хорошего видели?

– Соревнования были тут недавно. Человек сорок с фабрики приходили стометровку сдавать. Умора!

– Что ж смешного? Бегали плохо?

– Да нет, не в том дело. Инструктор у них больно деловой. «Посерьезней, – говорит, – товарищи. Чем организованнее проведем мероприятие, тем быстрей разойдемся». Ну, они и провернули все за час. Потом пошли кто по домам, кто загорать, кто «козла» забить, а кто во-он туда...

Я посмотрел в указанную сторону. В примыкающей к одному из футбольных полей березовой рощице было заметно какое-то движение, слышались мужские и женские голоса, на полянку то и дело выбегали оттуда дошколята в трусиках и панамках. Ага! «Папа, мама, я – спортивная семья!» Чему же еще тут быть? И я храбро зашагал в том направлении, на ходу доставая блокнот и авторучку. Впрочем, еще не доходя до рощицы, все это поспешно спрятал и прикинулся случайным прохожим. Стрелки часов показывали 13.30. Початые и еще не раскупоренные бутылки почти не отбрасывали теней. Малыши ловили бабочек. Их родители «ловили кайф».

Средь бела дня уютный стадион «Труд» подмосковного городка Ивантеевки терпел бедствие. С этой минуты он стал казаться мне кораблем, получившим пробоину ниже ватерлинии. Впечатление усиливалось тем, что «судно» было покинуто своим «капитаном» (директор Н. Коршунова в разгар лета ушла в отпуск).

Есть стадионы, напоминающие красивые безделушки. От яркой зелени газона больно глазам. Заботливая ухоженность, чистота и прямо-таки витринное сверкание во всем, но на каждом шагу вы словно читаете невидимую надпись «Руками не трогать!» и вскоре перестаете удивляться тому, что пустует этот «цветущий оазис»: живительного источника-то здесь и нет вовсе, одни декорации, бутафория...

Для стадиона, как и для человека, внешность важна, но важнее то, что «за душой». Говорят, в каждом деле можно найти романтику, сделать свою работу вдохновенным творчеством. Надо только любить свою профессию и в совершенстве владеть ею. Прежде мне казалось, что будни администратора спортивной базы здесь в счет не берутся. Тем более если речь идет о маленьком стадионе в маленьком же городе. Я так и слышу жалобные причитания некоторых знакомых мне администраторов о коварных шефах, которые только и мечтали, как бы «спихнуть базу с баланса», о скудности фондов и отсутствии материалов, о «беличьем колесе», в коем крутится директор, да о «Тришкином кафтане», олицетворяющем собою бесконечные заботы об обслуживании и ремонте стадиона. Какое уж тут, помилуйте, творчество, какая романтика?

Но встреча с Василием Матвеевичем Кошелевым – директором стадиона «Энергия» в Новой Каховке – в корне изменила мое представление о директорской доле. Его биография во многом объяснила неугомонный и волевой характер. Вот некоторые ее страницы. 16-летним юнгой на одном из судов Главсевморпути Кошелев участвовал в спасении ледокола «Седов». В Великую Отечественную он – артиллерийский офицер, которому под Сталинградом было доверено командовать батареей реактивных гвардейских минометов.

Вполне обеспеченный пенсионер, он мог бы спокойно жить на заслуженном отдыхе в Новой Каховке. Да только жить спокойно этот человек не умел и не хотел. Возглавив работу жильцов по озеленению и благоустройству двора, он сделал двор образцовым. Его хозяйственными и организаторскими способностями заинтересовались в горисполкоме и решили поручить находившийся в запущенном состоянии городской стадион заботам Кошелева. С этого момента он для многих стал человеком-загадкой. Недоумевали, чего ему не сидится в своем кабинете? Зачем ему надевать фартук каменщика или брать в руки рубанок? С какой стати он лично засучивал рукава на корчевке пней, орудовал малярной кистью или сварочным аппаратом? Чего это он все бродил и высматривал на заводских свалках металлолома? Да и можно ли, наконец, работать от зари до темна, и притом без всяких выходных? Вопросов, недоумений, как видим, было много, а ответ и разъяснение всему крылись всего в одном слове – увлеченность.

Хозяйственный двор стадиона стал своего рода ателье, производящим для спортивной базы всевозможные обновы. Груда спутанной проволоки, куча ржавого хлама – все это отнюдь не радует глаз. Но вот в работу пущено нехитрое приспособление для резки и выгибания труб, пошла в ход самодельная кошелевская машинка для вязания проволочной сетки, вспыхнул огонек сварки, а затем яркий слой нитрокраски лег на возвращенный к жизни и облагороженный металл... И глазам явилась новая художественная деталь в великолепном убранстве «Энергии», изготовленная по эскизам директора. Замечу, что кустарщиной от всех этих изделий и не пахло. Ажурная, но добротная и прочная (или, как говорит Кошелев, «хулиганоустойчивая») ограда спортплощадок, образцы оформления арок, стендов, клумб, сама цветовая гамма их окраски свидетельствовали о хорошем вкусе.

Василий Матвеевич поистине дня не мог прожить, не добиваясь осуществления какой-нибудь оригинальной идеи. Другие администраторы, возможно,

удивятся: зачем, к примеру. «Энергии» оборудовать собственную маленькую прачечную, ведь без этого обходятся и многие базы покрупнее? Но Кошелев, оказалось, все подсчитал: стирка формы будет производиться оперативнее и обойдется дешевле. То же можно сказать об афишах: зачем «Энергии» их где-то заказывать, если при стадионе есть своя «типография»? Здесь наготове металлические буквенные трафареты, рулоны бумаги и пульверизаторы с красками различных цветов. За час один человек изготавливает столько афиш, что их хватает на расклейку во всех видных местах города.

А как заботился Кошелев о посещаемости «Энергии», с каким гордым воодушевлением говорил, бывало: «У нас вчера был чуть ли не весь город!» Ну. весь не весь, а в «дни здоровья», проводившиеся регулярно по вторникам, на стадионе действительно собиралось никак не менее одной пятой всех жителей Новой Каховки. Особенно много было всегда мальчишек. Одна из кошелевских идей позволила «Энергии» окончательно завоевать их сердца.

Речь идет о создании рядом со стадионом на живописном берегу реки целого комплекса футбольных полей под названием «Днепр», которые были огорожены металлической сеткой, хорошо ухожены, оборудованы и использовались строго по расписанию. Причем играть здесь на равных правах могла любая команда – школьная, дворовая или заводская. Прежде всего ребятишкам «Энергия» подарила тогда и понтонный бассейн на плаву: он был сварен из ни на что другое не годных труб большого диаметра и служил одновременно купальней, пунктом обучения плаванию и местом сдачи норм ГТО.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 1-м номере читайте о весьма неоднозначной личности – графе Алексее Андреевиче Аракчееве, о замечательном русском писателе Константине Станюковиче, об одной из загадок отечественной истории, до сих пор оставшейся неразгаданной – о  тайне библиотеки Ивана Грозного, о великом советском и российском лингвисте, авторе многочисленных трудов по русскому языку Дитмаре Эльяшевиче Розентале, о легенде отечественного кинематографа – режиссере Марлене Хуциеве, окончание детектива Георгия Ланского «Мнемозина» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере