Нулевой квершлаг, начинается прямо с поверхности. Забетонированные его стены сухи, не растят на себе плесени, воздух не пахнет погребной затхлостью, как в других шахтах.
Под потолком яркие лампочки, в забоях тоже электроосвещение. Заводим об этом разговор, вспоминаем, что в других шахтах электрические лампочки редки, как лакомое блюдо, и шахтер обязан работать с тусклой лампочкой Вольфа.
- Они, чудаки, не знают на чем экономить... Ведь от электроосвещения выработка угля немного повышается, - говорит идущий с нами парень.
Но едва ли парень прав. Истина о повышении производительности труда от хорошего освещения известна школьнику, но что поделаешь, если весь Прокопьевск питается электроэнергией от динамо-машины, привезенной из Малого театра. Только Кузнецкая ГРХ приходом в Прокопьевск своей высоковольтной линии избавит рудник от электроголода.
С нами идет Луповок, черный, вихрастый парень, секретарь комсомольского коллектива Коксовой шахты, Он токарь по металлу, был секретарем коллектива московского завода «Самоточка», приехал в Прокопьевск по мобилизации... Луповок рассказывает:
- Послали меня на Коксовую... Положение с ячейкой аховое. Ячейка именуется при шахте, а шахтеров в ней всего один единственный человек. Ну, думаю, положение... С чего начинать... Сам я в горном деле ни уха, ни рыла, как говорится.
Вокруг меня разговоры разные: «квершлаг», «штрек», «скип», «бункер», «крест простирания пласта», - а мне кажется, что ругаются люди. На курсы я тогда пошел. Теперь изучаю горное дело, через 10 месяцев, пожалуйте, сменный техник. Первым делом создали учебный пласт в нулевом квершлаге, Администрация конечно на дыбы: зачем, мол, работаете, как работали, и подобное этому. Свое выстояли. Сбили 2 бригады. Начали проводить окомсомоливание пласта. Выдвинули в сменные техники комсомольцев. Даже девушка работает сменным техником... А девушка в шахте, да еще техник, это ведь целое событие. Ну, среди молодежи это проще, предрассудков, стариковских нет.
Навстречу молодые коногоны, насвистывая, гнали уголь. Мы свернули по штреку, в. учебно-комсомольский пласт. Луповок продолжал вести свои рассказы.
Ячейка решила показать себя перед стариками и в производстве. Проводим с молодежью собрания. Бюро руководило работой тут же, в забое, вместе с бригадой борясь с неполадками. Добились ударной работы. В смену выполняем задание на 120 - 140%. Над мобилизованным парнем, прогульщиком, провели общественный суд. Администрация увидела результаты, стала лучше относиться к учебному пласту, больше выделяла технических сил. У ребят большое желание научиться работать на машинах, но их нет. Ребята разыскали где-то старый «Сискол» (легкую врубовую машину), установили его в забое и стали практиковаться. За июль месяц пласт выполнил задание на 200%, задание было пройти по угольному пласту штрек в 50 метров, сделано 100 метров. На других горизонтах, где еще не вынимается уголь, комсомольцы выбирают породу, овладевая графиком Варламова. За 2 месяца комсомол Коксовой шахты вырос на 50 чел., а всего сейчас в ячейке 100 чел.
Большинство ребят в ячейке имеют стаж работы в шахте от 1 дня до 3 месяцев. Приходя из деревни, из колхоза они попадают в учебный пласт и здесь получают двойственное воздействие: уменье кайлой отбивать уголь и, вовлекаясь в комсомол, уменье связать себя с жизнью коллектива.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.