Век Перикла

Иоанн Григореску| опубликовано в номере №815, май 1961
  • В закладки
  • Вставить в блог

- Пусть только посмеют, я им кости переломаю!...

- Почему же ты плачешь?

- Ветер, кириос! Оставьте меня, такси уж я неудачник! Он сорвал с моего шеста два билета - мой двухнедельный заработок. Может быть, это были как раз самые счастливые... Их мог купить какой-нибудь господин, и тогда мне тоже досталось бы что-нибудь... Как мы теперь вернемся домой?

- Как же улетели твои билеты?

- Что значит, как улетели? Разве вы не видите, что за ветер? Прямо раздевает! Я плохо прикрепил кнопки, и билеты пропали. Один из них, я видел, упал посреди улицы и пристал к колесу проезжавшего «форда» ... А другой взлетел очень высоко, кто знает, куда он девался... Целых две недели, чертовски же хорошо начинается у меня год!

- Пойдем со мной.

- Куда?

- Погреемся немного... Дай-ка мне один билет. И, если хочешь, разделим убыток пополам. Идет?

Он изумленно взглянул на меня, но ничего не ответил. На его осунувшемся лице застыло печальное и суровое выражение. Когда мы сидели в кафе, переполненном посетителями, на губах у Никоса скользнула улыбка, первая улыбка за все время нашего знакомства, и лицо его вдруг преобразилось, стало сразу детским.

- Ей-богу, кириос, если бы я жил в веке Перикла, то целый день ел бы только пирожки со шпинатом!

Перевела с румынского Татьяна Хаис.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого  российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о  Надежде фон Мекк   – женщине, видевшей смысл своего существования  в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.



Виджет Архива Смены