И верно, окутываясь темно-серым дымом, вдоль берега шел небольшой пароход.
Сторожившая Орхана толпа с интересом его разглядывала, перекидываясь шутками и замечаниями.
Всматриваясь в дорогу к городу, Орхан заметил на ней какое-то движение: не было сомнения, что человечек ведет подмогу, - вероятней всего - вооруженную.
Раздумывать и выбирать было некогда, - Орхан оттолкнулся от края площадки муэдзина и прыгнул вниз, на обрыв, ведущий к морю: в горах ему приходилось проделывать еще и не такие прыжки...
- Держите, держите! - раздалось со всех сторон.
Но Орхан в новом отчаянном прыжке уже летел вниз, в море, прямо в его зелено-синие волны. И зелено-синие волны расступились прозрачно-водными стенами и скрыли Орхана с головой.
- Человек за бортом! Отдать трос! - раздалась резкая команда на пароходе.
На мгновение вынырнув, Орхан судорожно, жадно, в последнем усилии до самого конца легких набрал воздуха, забил руками и ногами по воде - и в этот момент прямо по лицу Орхана хлестнул завязанный узлом конец каната. Орхан ухватился за узел руками и тотчас же почувствовал, что его тянут кверху. Еще немного, еще, и Орхан уже висел в воздухе, у пароходного борта.
- Тысяча джинов и десять тысяч бахалисов! - раздался знакомый голос над самым Орхановым ухом. - Да это, кажется, доблестный Орхан?! Как ты сюда попал, сын шестиногого паука и туфли Мохаммеда? Ну, лезь, лезь, - здесь ты найдешь хороший прием и все, что подлежит твоему званию и сану.
И изумленный Орхан нос к носу столкнулся со своим другом Мурадом.
- А как же?... - начал было Орхан.
- Да вот так же, - ответил Мурад. – Ты подумал, потомок пупка пророка, что Мурад может исчезнуть без следа?! Я спасся от кордонной стражи так же, как и ты, по-видимому... Но не время сейчас говорить об этом. Знай, что ты попал к русским братишкам, и тебя сейчас обсушат, как следует. Дайте сюда ракии, братишки, а то мой приятель промок, как дохлая крыса!
- Трах-тахтах, - затрещали выстрелы на берегу.
- Это еще что такое? - нахмурившись, спросил капитан парохода Совторгфлота «Свердлов». -Никак они, черти полосатые, берут нас на мушку? Право руля! Рулевой, заворачивай дальше от берега!
И пароход, медлительно повернувшись, окутался клубами пара и начал забирать ход на юго-запад.
- Они хотели меня поймать и убить, - сказал Орхан Мураду, - за то, что я проповедывал коммуну.
- Ну, это им не удастся, - ответил Мурад, - Не будь я Мурад, прозванный Худощавым, если им это удастся на этот раз! Знай, Орхан, что я матрос этого парохода и состою под защитой коммуны! Пей ракию! Согревайся!
- Мы еще придем! - закричал Орхан, хлопнув водки и пригрозив кулаком в сторону минарета. - Да, но мы придем вместе с моим другом Мурадом, и тогда мы вам расскажем, что такое настоящая коммуна!
- Потому что старики - всегда старики, а молодые - всегда молодые, - философски заключил Мурад, опрокидывая остатки водки к себе в горло.
С берега еле слышно доносились. выстрелы, но «Свердлов» полным ходом забирал все дальше и дальше на юго-юго-запад.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Из монологов Васьки Шкворня