В середине дня Якову Михайловичу Кондратьеву позвонили на работу со станции Сортировочной. Секретарь партийного комитета просил его рассказать молодежи о первом коммунистическом субботнике. И пока Кондратьев ехал в электричке из Москвы, память воскрешала незабываемое прошлое, воспоминаниями о котором ему предстояло поделиться.
Тридцать пять лет минуло с тех пор, но Яков Михайлович отчетливо помнит, как апрельской ночью 1919 года вышел он из депо. На путях было тихо, будто вымерло все. Не пропоет дудка стрелочника, не откликнется ей мощным ревом маневровый паровоз. Под ногами мусор, мокрые рельсы уже тронула ржавчина.
Долго стоял в раздумье Яков Михайлович и вдруг услышал из-за депо замирающий, слабеющий гудок паровоза, - видно, не хватило пара а котле. Кондратьев почувствовал, как тоска сжала сердце. С особой отчетливостью понял он тогда всю величину надвинувшейся на страну опасности: голод, холод, Колчак...
А через несколько дней на путях стали два эшелона. Из теплушек выскакивали матросы, рабочие, перепрыгивая через рельсы, бежали разыскивать станционное начальство:
- На Колчака едем, когда отправлять будете?
Но на всей станции не было ни одного исправного паровоза.
Вот тогда-то комиссар депо слесарь Иван Бураков созвал коммунистов. Пятнадцать человек собралось в служебном вагончике: четырнадцать коммунистов и одна сочувствующая, Ксения Кабанова. Это было в субботу, пятого апреля 1919 года. Коммунисты выслушали Буракова и решили остаться после работы в депо и сверхурочно отремонтировать четыре паровоза.
Они разбились на две бригады. Одной руководил Бураков, другой - Усачев. У большинства коммунистов, как и у Кондратьева, не хватало технических знаний. Правда, в депо работали и инженеры, но когда к одному из них обратились за техническим советом, тот, разглядывая розовый ноготь мизинца, ответил издевательски:
- А вы читайте Маркса. У Маркса сказано, что пролетарий должен сам для себя построить новый мир.
Коммунисты молча приступили к делу. Было два часа дня. В депо горели костры, бросая отсветы на лица, на черные, холодные паровозы. Работалось горячо, легко и радостно. Люди увидели, как светлей, ярче стало пламя костров, и тогда только заметили, что пришел вечер.
В десять часов они вновь собрались в служебном вагончике. Здесь Ксения Кабанова уже вскипятила чай. Посидели, спели «Слезами залит мир безбрежный, вся наша жизнь - тяжелый труд...». Но именно в этот день каждый из них впервые по-настоящему испытал радость свободного, творческого труда.
Тем временем в депо растопили паровоз, он выехал на круг, и машинист дал свисток. Все, кто был поблизости, сбежались смотреть. Потопив все другие звуки, над станцией стлался мощный рев.
В шесть часов утра следующего дня из депо вышел еще один паровоз. Его проводили пением «Интернационала». Когда он был прицеплен к эшелону, на путях возник короткий митинг. Яков Михайлович рассказал уезжающим на фронт о субботнике.
В этот воскресный день шестого апреля коммунисты депо Сортировочная, Московско-Казанской железной дороги, постановили продолжать субботники до победы над Колчаком.
А через месяц с небольшим, десятого мая, состоялся первый массовый субботник рабочих и служащих Московско-Казанской железной дороги. Вождь революции Владимир Ильич Ленин увидел в этом субботнике пример сознательного, коммунистического отношении к труду и назвал его Великим почином.
... С высоты перекидного моста вся станция Сортировочная видна, как на ладони. Блестит на утреннем солнце множество рельсов; то сбегаясь вместе, то расходясь на стрелках, они ведут в дальнюю даль. На путях тесно, бок о бок стоят товарные составы, недолговечные гости каждой станции.
Вот вздрогнул один состав, гром и лязг буферов прокатились от вагона к вагону; мягко, плавно тронулись с места колеса. Состав ушел, а маневровый паровоз, пыхтя, уже расталкивает по путям платформы и вагоны, формирует новый...
Каждое утро, проходя по мосту на работу, Аня Хренова видит эту деловую суету на путях. И если случится, что в ту минуту под мостом пробегают вагоны с мокрыми от росы покатыми крышами, Аня задерживается у перил, провожая глазами поезд, уходящий в дальний путь. Вот да открытых железнодорожных платформах стоят грузовые машины. Сейчас они пассажиры, к их новым скатам еще не прилипла дорожная пыль. Спустя немного времени где-нибудь в Казахстане они сойдут с платформ и уже своим ходом отправятся в трудовую жизнь. Едут на Алтай сеялки, культиваторы. Только что с Люберецкого завода, новенькие, покрытые голубой краской, они рядами стоят на платформах. Много станций, переездов, полустанков на их пути. И везде они будут радовать глаз человека, вызывая те же, что в у Ани, мысли: этим сеялкам предстоит бросить семена в распаханные целинные земли.
Аня входят в ворота депо. На поворотном кругу медленно разворачивается паровоз. Он вышел из ремонта, и жар, пышущий от его круглого черного тела, Аня издали чувствует на своей щеке.
В жизни каждого паровоза неминуемо наступает день, когда он входит в депо на ремонт, и тут его, остывшего, потерявшего способность двигаться самостоятельно, ремонтники разбирают по частям. Люди залезают даже в его топку, где еще недавно яростно бушевал огонь. Части паровоза путешествуют по цехам. В цех, где работает Аня Хренова, они попадают на закалку. Аня - термист. Ее задача - придать детали особую прочность. Во времена первого коммунистического субботника, когда в депо работал Яков Михайлович Кондратьев, не было еще на свете ни Анн, ни ее цеха. Эту работу выполняли кузнецы вручную.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.