Твердый почерк

С Диковский| опубликовано в номере №272, август 1935
  • В закладки
  • Вставить в блог

- Когда сможет подняться последний ряд? - спросил один из гостей.

Командир авиачасти, улыбаясь, поправил:

- Последний и первый ряд, вы хотите сказать?

- ?

- Да... Вся авиачасть поднимается сразу. Стартер взмахнул флажком, и гости увидели могучее зрелище. Вслед за первым рядом ринулась вся огромная стая. Набирая скорость, машины неслись по полю, отделенные друг от друга десятками метров. Малейшая неосторожность, неисправность мотора - и идущие сзади могли бы изрубить винтами головные машины. Но так велика была точность летчиков и безупречность моторов, что через несколько секунд все самолеты, точно связанные за крылья канатами, уже висели в воздухе...

Вчера N-ское авиасоединение получило приказ. Предлагалось вывести на воздушный парад часть самолетов. Как вывести, что показать, - точно не говорилось, но подразумевалось, что, расписываясь над столицей, летчики клякс на небе не поставят.

В тот же час мастера летной каллиграфии собрались у командира соединения тов. Ионова.

Пришел маленький насмешливый Миттельман - властный и авторитетный командир авиа-звена, человек, которого революция вытащила из еврейского гетто.

Пришел политэмигрант Фечервари - молчаливый, сутулый, с усталыми глазами и юношеской улыбкой, смягчающей суровость худого лица.

Пришел бывший грузчик - командир отряда Мясков, который только вчера ночью отлично разбил условного противника.

Хозяева грозных машин вопросительно смотрят на лист чистой бумаги, изображающий небо столицы... Что же написать на нем завтра? СССР? Нет, эти буквы, уже прочли на прошлом параде миллионы людей. Составить звезду? Но и она, вызывая общее восхищение, недавно плыла над столицей.

Тогда командир взял карандаш и написал слово, о котором уже подумал каждый:

СТАЛИН

Высокая честь написать это слово над праздничным городом обязывала к особенной точности. Нужно было написать так, чтобы слово лежало в небе как высеченное, чтобы ни одна из букв, летящих со скоростью 120 - 130 километров, не вырвалась и не отстала от крылатых соседок.

Прежде чем расписаться над столицей, летчики проверили твердость руки на будничном небе аэродрома. Это походило на обычное тактическое занятие. Только вместо карты начальник штаба развернул на траве ленту бумаги с перевернутой надписью. Каждая буква была составлена из чернильных отпечатков в виде силуэта машины, и возле каждого отпечатка стояла фамилия летчика.

Сначала не выходило. Ветер не во время нагнал неряшливые низкие облака. Машины прижало к земле. Последние буквы изрядно болтало.

Тут же, на траве, возле машин, был преподан урок летной каллиграфии, и летчикам предложено было выправить почерк. Командир соединения одобрил только две первые буквы.

- Хорошо летали, - сказал он, расстегивая шлем, - так бы всем другим.

Впрочем, и эта оценка показалась командиру слишком щедрой.

- Можно сказать, удовлетворительно слетали, - сказал он более строго, - предлагаю повторить... Раза четыре.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте о судьбе «русского принца Гамлета» -  императора Павла I, о жизни и творчестве Аркадия Гайдара, о резком, дерзком, эпатажном, не признававшем никаких авторитетов и ценившем лишь свой талант французском художнике Гюставе Курбе,  о первой женщине-машинисте локомотива Герое Социалистического Труда. Елене Чухнюк, беседу нашего корреспондента с певцом Стасом Пьехой, новый детектив Андрея Дышева «Жизнь на кончиках пальцев» и многое другое

Виджет Архива Смены