Рывок одной

Платон Ипполитов| опубликовано в номере №281, май 1936
  • В закладки
  • Вставить в блог

Летом беспризорники промышляли солью. Ватага отчаянных ребят горстями собирала «бузун» на саратовских пристанях и возила драгоценный груз в Тамбов менять на ржаные ковриги хлеба.

Расположившись на крыше вагона и прикрутив мешки с солью к отдушинам, ребята сбились в жучку, закурили и хотели было начать играть в карты, как вдруг «Штык» внес отчаянное предложение – пробежать на ходу поезда весь состав по крышам вагонов.

Предложение было принято, и два замурзанных «Лядумега» ринулись на перегонки с хвоста поезда к паровозу.

Бегуны ловко перепрыгивали с крыши на крышу, шлепая босыми ногами по горячему железу и размахивая длинными рукавами...

Поезд шел под уклон, набирая скорость. Позвонки состава вдруг выгнулись дугой: поезд брал крутой поворот. В этот момент «Штык» прыгнул через тамбур, сорвался и рухнул вниз. Раздался отчаянный крик. Поезд, громыхая скатами на стыках, мчался дальше... На ближайшей станции ребята сошли. Мешки с солью они предусмотрительно зарыли в лесу, а сами отправились на розыски своего несчастного друга.

Они нашли его лежащим та рельсах. Тело «Штыка» было разрезано колесами на куски. Ребята вырыли палками яму в песке, похоронили «Штыка» и водрузили вместо памятника кусок доски с собственноручными подписями. Среди других стояла подпись: «Изя Механик из Минска». Было это в 25-м году...

Пробродяжничав три года, Изя вернулся в родной город. Родители его умерли. Но как-то на базаре он попался на глаза старшей сестре. – Ты что же это, долго будешь бродяжничать? – обрушилась комсомолка на беспутного братишку. – Ты думаешь, я тебе это позволю? – и решительная Геня повела братишку в детский дом. За «атаманом» двинулись остальные.

Но в детский дом их не приняли. Ребята, возмущенные отказом, кулаками угрожали заведующему. Тот отправил их в приемник.

К концу месячного испытания в приемник зашел инструктор Копелевич из детдома. Опытный педагог выбрал самых отчаянных и взялся лично их перевоспитать. Ребята привязались к инструктору. Как голодные на хлеб, с жадностью набросились они на работу в мастерских. Юный Механик выбрал себе специальность отца: он стал изучать сапожное ремесло.

В детском доме Механик познакомился я с физкультурой. Сильный и ловкий, он увлекается гимнастикой, занимается акробатикой, во больше всего любит... танцовать.

Свой первый рекорд Механик поставил на производстве.

На обувной фабрике «Трудколлектив», куда он пришел работать, после того как оставил стены гостеприимного детского дома, он давал 250 – 300 пар закроя в день вместо нормы в 80 пар. Ударная работа привела его в ряды комсомола.

Летом 1928 года Механик едет в Москву, на Международную спартакиаду. В пролетарской столице он очарован спортивными зрелищами. Он видит знаменитых гимнастов и призовых гиревиков. Любуется их работой, но сам выступает, как... танцор.

Лихо отплясав со знакомой девушкой еврейский национальный танец, он получает первый приз в парных плясках. Но спортивная страсть берет верх: он хочет быть спортсменом, а не танцором.

В следующее лето он снова едет в Москву, чтобы получить физкультурное образование. Он возвращается в родной Минск уже квалифицированным инструктором. Сам же переходит на гиревой спорт.

В классическом тяжелоатлетическом пятиборье есть трудное и очень сложное по выполнению движение – рывок одной рукой. Спортсмену нужно рвануть вверх над головой тяжелую штангу и удержать чугунное многопудье на вытянутой руке. Это движение требует от гиревика точности жонглера, гибкости танцора, силы грузчика и эластичности бегуна.

Молодой гиревик начал тренировать «рывок одной», стараясь одним движением вскинуть над курчавой головой полтора собственных веса. Штанга легко взлетала вверх, как лодка на гребень волны. Но так же быстро и низвергалась вниз, не находя точки опоры в руке спортсмена.

Спортсмен подседал под штангу, выпрямлялся, бегал с ней по арене, как партнер с танцовщицей на вытянутой руке. Но гриф штанги качался в руке, словно коромысло весов, чугунные блины от этого как бы удваивались в весе и... движение срывалось. Напрасно упругие мышцы наливались энергией, крепкие ноги сгибались в приседе: многопудовая штанга после каждой неудачной попытки всей тяжестью врастала в деревянный помост площадки. Движение не было отработано: тело гиревика после рывка не получало устойчивости.

Однако молодой атлет упорно тренировался, поставив себе целью побить мировой рекорд швейцарца Эшмана в рывке левой рукой. Эшман рванул 77,5 кило. Девять лет ни один гиревик не мог превзойти этой цифры.

Наконец, рекорд был побит ленинградцем Шатовым. Он «сработал» 78,4 кило. Механик в те же дни вырвал на 200 граммов больше. Но, по международным правилам, рекорд на одну руку нужно побить не меньше чем на полкило – только тогда он будет зачтен. Рекорд Механика считали повторением мирового рекорда Шатова. Но тут наших рекордсменов побил немецкий атлет Швейгер. Он дает удивительный вес – ровно 80 кило.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном   любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада»  под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о  музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.



Виджет Архива Смены