Мы долго разговаривали об этом – участии молодых в рационализаторском движении. И все время я думал о том, что, по сути, пропадает великолепная школа, созданная Чайченко. Человек каждый день создает что-то новое, облегчает труд другим, а вокруг – пустота. Никто из молодых даже дверь не приоткроет в его творческую лабораторию. Хотя бы просто поинтересоваться, как и чем живет этот человек.
Евгений Георгиевич искал объяснения этому, и я видел, что он все больше и больше огорчается. Ему вдруг, как показалось мне, и самому стало очевидно: нужна какая-то поддержка. Не было кому передать свое дело, а это всегда тревожит.
Но потом оказалось, что Чайченко все-таки исключение. Я узнал, что положение не столь катастрофично и что в Укрглавэлектромонтаже, в котором он работает, не все молодые так пассивны, как в мастерских. Об этом свидетельствовала такая цифра: средний возраст рационализаторов и изобретателей главка – 30 лет. Не так уж и плохо. И не такими пассивными оказались молодые. Количество рацпредложений, если и не увеличивается, то, во всяком случае, и не уменьшается. Тревожно другое: резко снизилось качество рацпредложений.
– Понимаете, – сказал мне главный специалист технического отдела Укрглавэлектромонтажа Николай Зубенко, – значительно меньшим стал экономический эффект от рацпредложений. У нас как раньше было? Рабочий, бывало, даже с низким разрядом поправлял инженера-проектировщика. Ведь, как правило, на работу проектировщик попадал прямо со студенческой скамьи. Теперь картина резко изменилась. Проектировщики начали – к этому их вынудила жизнь – согласовывать свои проекты на ранней стадии с монтажными организациями, специализированными институтами. Количество ошибок уменьшилось, проходной балл «в рационализаторы» стал намного выше.
Еще одной важной преградой является планирование от достигнутого. На строительстве Никопольского ферросплавного завода электромонтажники внесли рацпредложение с экономическим эффектом в полтора миллиона рублей. Показатели в том году были отличными. А в следующем главку по-. высили план. Но таких эффективных предложений уже не было, план оказался не выполнен. Невольно задумаешься – а стоило ли увлекаться рационализацией?
Но вернемся к проблеме снижения качества предложений. Ведь что получается? Раз рабочий не может поправить на стройплощадке инженера-проектировщика, то он или вовсе должен прекратить всякую рационализаторскую деятельность, или начинать усовершенствовать свой труд. А это куда сложней. Здесь надо быть не только высококвалифицированным специалистом, но и уметь видеть свою профессию гораздо шире, предлагая принципиально новые идеи. А ведь это целая революция. Улучшить проектное решение – одно, а свою профессию – другое. Вот Чайченко создал целый парк принципиально новых станков. Но для того, чтобы их создать, он должен был видеть в целом, какими должны были быть мастерские. А это сложнее, чем улучшить всего один технологический процесс. Всякий ли это сможет?
И стало понятным – нет, не всякий. Тут нужны основательные знания, навыки, умение.
И неспроста сегодня изобретения чаще рождаются в научных и проектных институтах, а на производстве больше рацпредложений. В институтах и уровень инженерный, и общение с равными, и обилие технической литературы, и возможность проконсультироваться со специалистами разных направлений... А на производстве заедает текучка, времени в обрез, а нередко и поговорить не с кем. У Чайченко консультант и единомышленник – главный инженер управления Перлич. Есть еще несколько специалистов, которые могут помочь. Но, как правило, встречаются, эти люди по своим вопросам редко, а сейчас, если мы вспомним признание Чайченко, и вообще текучка заела.
Сегодня рационализатору нужна специальная подготовка.
У нас много проводится разных мероприятий для рационализаторов. Семинары, конкурсы... Но это, смею утверждать, пассивные стимуляторы. В одном случае, информация может быть неинтересной, в другом – несущественным материальное вознаграждение. Между тем многим прежде всего нужно видеть свое изобретение в деле. Есть среди этого племени одержимые и такие, кто может только когда хочет. Вот это «хочет» (поскольку таких большинство) и является камнем преткновения. Не хотят порой потому, что просто трудно, а порой от незнания чего-то, из-за отсутствия помощи. И хорошо, что на предприятиях страны все шире распространяется движение «Рабочей инициативе – инженерную поддержку». Что в комплексных творческих группах, создаваемых для решения насущных производственных проблем, объединяют свои силы, знания и умения рабочие, инженеры, конструкторы, экономисты. Разумеется, не всегда в них все идет гладко, но очевидно, тем не менее, что путь этот весьма перспективен.
Рационализатору для успешной работы нужно знать многое – например, и юридические вопросы. Но где этому научиться?
На рационализатора надо учить, как учат в музыкальной школе игре на скрипке, а в художественной – рисовать. Трудно представить музыканта, который может хорошо играть по нотам, не зная нотной грамоты. У рационализаторов же это сплошь и рядом. Нужен активный стимулятор. Нужна школа. Она может быть вечерней, на общественных началах. Уроки может вести один человек или группа опытных рационализаторов и педагогов. Суть не в форме, а в действенном содержании. В этой школе должны учиться только способные или подающие надежды, а преподавать – талантливые и обязательно заинтересованные. Такие, как заслуженный рационализатор УССР Евгений Георгиевич Чайченко.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Союз труда и науки, человека и машины
Рассказ