О молодом геологе Александре Прусевиче и его товарищах мне рассказывали многие. Слышал я о них и в Москве, и в Сталинске, и по пути в Кия-Шалтырь - небольшой таежный поселок, где разместилась поисковая партия. То, что сделали эти геологи в таежных дебрях Кузнецкого Алатау, можно смело назвать подвигом.
Поисково - съемочные работы здесь вели и москвичи из Академии наук и ленинградцы, но сколько - нибудь ощутимых результатов достигнуть не удалось. Мысль о том, что в комплексе щелочных пород должны быть нефелиновые сиениты - ценнейшее сырье для алюминия, по - прежнему оставалась простым предположением.
Летом 1957 года, как только подсохли тропы, в труднодоступный район горы Пестрой вышла поисковая партия Александра Прусевича. Преодолевая крутые косогоры и быстрые горные потоки, небольшой отряд из двенадцати человек обследовал огромный участок тайги, русла нескольких рек. Поиски оказались безуспешными. Лето близилось к концу, скоро должны были начаться дожди, которые в этих краях идут, не переставая, до самого снега. Возвращаться ни с чем геологи не хотели, однако задерживаться до зимы было рискованно: запасы продовольствия подходили к концу, а теплая одежда осталась на базе.
Прусевич решил двинуться на юг. Геологи добрались до поселка Кия - Шалтырь. Когда - то в этом поселке, расположенном на слиянии двух речушек - Кии и Шал тыря, - жили старатели. Но золото давно уже выбрано, и люди ушли на новые места. Геологов встретили два огромных медведя. Они поднялись на задние лапы и огласили тишину страшным ревом. Трудно было понять, что хотели этим выразить здешние старожилы...
- Не унывайте, друзья, мяса здесь много, само приходит, - сказал страстный охотник Виктор Агеев, глядя вслед удалявшейся медвежьей паре.
В Кия - Шалтыре отряд основал временную базу. В первый же день геологи разобрали несколько заброшенных изб и соорудили дом, сделали склад для продуктов, которых оставалось катастрофически мало.
... А утром, выйдя на улицу, геологи увидели непонятную картину: Александр Прусевич стоял у соседней полуразвалившейся хижины и со всего плеча бил молотком по каменной стене. Каждый раз, отбив кусок камня, он откладывал молоток в сторону, брал лупу и внимательно что - то рассматривал.
- Не хочешь ли ты из этой развалины высечь огонь? - спросил кто - то.
Прусевич оглянулся.
- Идите-ка сюда, - сказал он. - Смотрите, что это, по - вашему?
В руках у него был нефелиновый сиенит. Неизвестно, когда сложили этот дом, но одно не вызывало сомнений: камень взят где - то поблизости, на берегу какого - нибудь ручья.
Находка вселила в геологов надежду. А недели через две Прусевичу удалось открыть и месторождение. Ручей, в котором обнаружили большое количество гальки с характерной пористой поверхностью, уводил к горе. На карте она была обозначена высотой 1017, и геологи назвали ее «Нефелиновой».
Начался сентябрь. Беспрерывно шли дожди. Нужно было оконтурить тело месторождения до первого снега. Поисковая партия разбилась на три отряда. Жили на месте работ, в палатках, чтобы не тратить времени на дорогу до базы.
Шурфы рыли через каждые сто метров. Первые же пробы показали очень высокое содержание нефелина.
Стало совершенно очевидно, что придется зимовать. Геологи связались по радио с основной базой и начали строить аэродром. Это был единственный шанс на доставку одежды и продовольствия.
Но первый самолет оказался и последним: повалил густой мокрый снег, и полеты стали невозможными.
Суровая сибирская зима не сломила воли геологов. Работы не прекращались... А весной прибыли трактора, приехали бурильщики, взрывники, механизаторы.
... И вот мы беседуем с Александром Прусевичем, главным геологом партии, в поселке Киа - Шалтырь.
Прусевич показывает мне небольшой образец.
- Это и есть нефелиновый сиенит, - говорит он. - Очень похож на обычный гранит. Еще совсем недавно основным сырьем для получения алюминия считались бокситы. В большинстве случаев их надо обогащать - удалять из сырья пустую породу. А нефелин избавляет от необходимости строить дорогостоящие обогатительные фабрики. Но это еще не все... При его переработке не остается веществ, которые не могли бы быть использованы в промышленности или строительстве.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.