Под его наблюдением в спешном порядке производилась в порту нагрузка «беспокойного».
Андрей и Виктор, которого отец согласился взять с собой, толкались на набережной в ожидании отъезда.
С грохотом скатывались в трюм тяжелые бочки с рыбой.
Сползали по доскам замороженные говяжьи туши.
Кряхтя под тяжестью и матерно ругаясь, сновали взад и вперед грузчики, размещая по палубе мучные мешки...
Наконец, наступил день отплытия.
Накануне капитан Ян привел на судно двух новых матросов: хромого и изрытого оспой.
Виктор и Андрей сразу же узнали их и старались не показываться им на глаза.
Дома Андрей получил от отца строгое напутствие.
- Приезжай, да больше не дури! Социалист - были его последние слова. Он махнул рукой, как бы отпуская сына, и заспешил в магазин.
Зато мать долго не могла напрощаться с Андреем, с тревогой провожая его в море.
Федор стоял на берегу, поджидая Виктора, побежавшего за теплой одеждой. Матросы, закрепив паруса, готовились поднимать якорь.
Утро было свежее холодное.
Стальное клочкастое небо низко нависало над морем.
Дул соленый назойливый ветер.
Море играло короткой грязно - синей волной.
- Не попасть бы в шторм! - прислушиваясь к скрипу снастей, покачал головой Федор.
«Беспокойный» дышал - медленно поднимался и опускался.
Это было трехмачтовое каботажное (берегового плавания) судно, с пятидесятисильным мотором, несущее службу береговой охраны.
Как на военном судне, на нем имелись два пулемета и запас винтовок.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.