Наши дома

Д Аркин| опубликовано в номере №239-240, февраль 1933
  • В закладки
  • Вставить в блог

Этот проект (оставшийся только проектом) механически решал вопрос об индивидуальном жилье, фактически оставляя для него лишь спальные кабины; столь же механически упрощенно производилось деление всех обитателей дома - коммуны на три возрастные группы, причем дети отделялись от родителей - особый корпус - и так далее. В собственном архитектурном отношении эта схема игла к необходимости отдавать значительную часть полезной площади под коридоры и переходы, ибо расчленение мест питания, мест сна, мест занятий, отдыха и т. д., а также отделение взрослых детей требовало связи между целым рядом частей здания, иногда весьма отдаленных друг от друга. Это и вело к бесконечным коридорам, к улицам внутри дома.

Такой «улицы в доме», являющейся вообще показателем чисто механического решения внутренней планировки, не избежал и реализованный в Москве интересный проект нового типа жилого здания в постройке дома сотрудников Наркомфине (Новинский бульвар, проект арх. Гинзбурга). Желая установить более тесную связь между отдельными ячейками - квартирами, архитектор положил в основу внутренней планировки каждого этажа длиннейший коридор, тянущийся от одного конца дома к другому. Эта «крытая улица», на которую выходят своими дверьми отдельные клеточки - квартиры, на деле не столько связывает их между собой, сколько разъединяет, подчеркивает обособленность каждой ячейки.

Из ошибок первых проектов «домов - коммуны» архитектура должна сделать (и уже делает) практические выводы. Идея обобществления различных бытовых процессов отнюдь не должна означать ограничения индивидуальных элементов жилья какой - то «кабиной». Развитие коллективных начал в быту вовсе не означает стеснения индивидуальной бытовой свободы, и только примитивное, упрощенное, механическое представление о коллективном жилье как жилье казарменно - вагонного типа могло породить проект этих самых «кабин».

Архитектура ищет новых типов жилья, вводя в план жилого дама ряд общественных бытовых учреждений. Столовые, клубные комнаты, детские сады, физкультурные станции и библиотеки - читальни должны быть предусмотрены планом нового дома.

В план и архитектурное оформление жилья должен быть внесен ряд новых приемов и методов, которые бесспорно являются положительным достижением новой архитектуры: больше света в помещении, больше открытых пространств, связанных с помещением (использование плоской крыши, открытые балконы и полузакрытые «лоджии»), применение встроенных шкафов и других элементов.

Важнейшей проблемой жилищной архитектуры является вопрос о внешнем оформлении здания.

Большое число новых жилых домов, в том числе больших сооружений, охватывающих по нескольку корпусов, а иногда и занимающих целый квартал, представляют собою в архитектурном отношении попросту пустое место. Достаточно привести в качестве примера целый ряд новых рабочих домов в индустриальных районах Москвы (поселок Дубровке, жилые дома при «Шарикоподшипнике», студенческие общежития в Дорогомилове и много, много других); в этих новых постройках строго выдержан «принцип»: «дом - это коробка с окнами и дверьми». Этот, с позволения сказать, «принцип» обычно пытаются обосновывать требованиями максимальной экономии и удешевления строительства. Впрочем, дело тут не только в «обоснованиях» этого порядка: коробочная «архитектура» является в то же время прямым логическим следствием тех теорий, которые отрицают вообще за архитектурой всякие художественные задачи.

И те и другие «обоснования» - яркий пример грубого искажения того громадного и глубокого нового содержания, которое вкладывает пролетариат в архитектуру. Никакими якобы рационализаторскими лозунгами, никакими ложно понятыми требованиями простора и дешевизны нельзя оправдать придания казарменно унылых форм новым жилищам, которые строит рабочий класс. Максимальное удешевление строительства - первейшая обязанность всех строящих организаций и архитектора; но не превращением нового рабочего жилья в ящик - казарму должно быть достигнуто это удешевление, а наиболее целесообразной постройкой всех процессов стройки, умелым применением местных материалов, механизацией работ, использованием всех внутренних ресурсов строительства.

Против домов - ящиков, за полноценные архитектурные произведения! Этот лозунг должен мобилизовать творческую энергию наших архитекторов, развить и углубить творческое соревнование лучших сил нашей архитектуры.

Попытки понять этот лозунг как призыв к механическому подражанию архитектурной старине должны встретить решительный отпор. А такие попытки бесспорно имеются.

Важнейшая и глубочайшая мысль о необходимости критически использовать в нашем строительстве все самые высокие достижения архитектуры прошлого (а без такого использования немыслимо движение вперед нашей архитектуры) некоторыми подменяется слепым копированием старых памятников или эклектической смесью из самых разнородных архитектурных стилей. Надо ли доказывать, что предлагать нашей эпохе, классу, творящему ее историю, подобные копии - значит элементарно не понимать самого существа нашей культуры. Каждый архитектурный стиль говорил языком своей эпохи, языком тех общественных отношений, которые составляли социльное содержание данной эпохи. Начиная новую эру, открывая подлинную историю человечества, мы обязаны уметь творчески использовать все лучшее, что создано человеческим гением во все эпохи прошлого. Но использовать творчески - критически.

Наша архитектура располагает всеми предпосылками для всестороннего расцвета этого творчества. Советский архитектор свободен от множества пут, связывающих архитектурную работу на Западе, и обладает такими орудиями, какие никогда еще не имелись в распоряжении архитектуры. Он может - впервые в истории - создавать по единому плану не отдельные, изолированные дома и целые города, - он может подчинить единому замыслу целые улицы, площади и кварталы в реконструируемых старых городах. Он может наполнить архитектуру всей многообразием нового быта, новой культуры. Советская архитектура активная участница гигантской работы по реконструкции городов, призвана создать здания и комплексы зданий, всеми своими формами выражающие новое содержание.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 4-м номере читайте о знаменитом иконописце Андрее Рублеве, о творчестве одного из наших режиссеров-фронтовиков Григория Чухрая, о выдающемся писателе Жюле Верне, о жизни и творчестве выдающейся советской российской балерины Марии Семеновой, о трагической судьбе художника Михаила Соколова, создававшего свои произведения в сталинском лагере, о нашем гениальном ученом-практике Сергее Павловиче Корллеве, окончание детектива Наталии Солдатовой «Дурочка из переулочка» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Рейс «Сибирякова»

Очерк второй