— Мало в Москве холостяков? — прямо спросил я.
— Ну что вы, 21 миллион по России — это последние сведения. А по Москве — 40 тысяч разводов ежегодно. Потенциальных членов у нас больше, чем в КПРФ, но холостяк — существо плохо социализируемое.
Панов замолчал. Мы шваркали молча вниз по бывшей улице Герцена. Мокасины генерального секретаря были в пыли, левый башмак украшал след от птичьей какашки; знак это скорее хороший — человек с пометом на обуви не обманет, не предаст.
Мимо нас пробежала китаянка со скрипкой. Панов зачем то сжал губы. На Манежной площади мы вяло раскланялись.
— Стойте, самое ж главное! — Панов протянул мне бейдж с надписью «ВДОХ-531». Мой личный номер.
***
531 — мне эта цифра показалась знакомой. Потом Google напомнил: в Китае холостяков называют , то есть буквально — «лысая голая палка».
Домой я явился еще большим холостяком, чем уходил. Мой номер 531. А Панов — не в себе. Только пока не понимаю, какое отделение, этаж, куда приносить передачи. Зачем он сжал губы при виде скрипачки? Они там все голубые? Импотенты? Или, наоборот, террористы, свингеры? И вообще, какого дьявола я потратил неделю для того, чтобы отдать незнакомому мужчине 750 рублей?
Я уснул жутким сном.
В пять утра по CNN снайперы принялись расстреливать протестующих в Бангкоке. От этого я сразу проснулся, хоть и с трудом. Я ненавижу себя, жизнь, засыпать, просыпаться и когда не открывается упаковка со стиральным порошком или новыми лезвиями. Нет, была пара светлых дней: когда я женился в день дефолта 17 августа 1998-го, и когда я развелся. В тот день по Тверской мимо нас катились танки — репетировали парад. А мы пили шампанское — наша война подошла к концу, все капитулировали, пленные набивали животы американской тушенкой, а наши города хоть и стояли в руинах, но были уже свободны. Мой брак между дефолтом и танками был закончен.
****
Ровно в полдень, по милицейски пунктуально, позвонил Панов. Мне было приказано явиться в среду к 6 вечера в подвал на Бауманке на отчетно-перевыборное собрание нескольких групп ВДОХ. Именно приказано — чтобы я опять не начал зудеть. Направо, налево, прямо, потом увидите жилую трехэтажку, вход со двора, серая железная дверь без вывески рядом с дворницкой, звонок.
***
И почему все ноют в связи с холостяками о носках? Новых носков у меня пар десять. И со стиркой я не вижу никаких проблем — порошок, кондишн, программа F, 40°, свободен. Завтрак — гранатовый сок, разбавить три к одному, кофе, щепотка корицы, яйцо, ноотропил, антидепрессант. Секунда на размышление: менять рубашку или нет? А, черт с ней, надену вчерашнюю. Зато никаких халатов, вопросов, никакого утреннего секса — все в дело, то есть в сублимацию. Ставлю пластинку Nurse With Wound — ту, где 45 минут шумно двигают мебель: «Large Ladies With Cake in the Oven» (Толстушки С Тортом в Духовке). Ее ненавидели все мои женщины. Но теперь никто, никто тебе не скажет: «Умоляю, убери ты свое Ваганьково!»
Конференц-зал ВДОХ — место, похожее на Панова. Подвал жилой трехэтажки на Бауманской. Хотя жилым этот дом назвать сложно — в окне первого этажа пополам согнулась бабка. Кажется, что она так стоит лет пять и гладит мертвого кота, как писатель Шаламов. Внизу образы тоже какие то инфернальные. Все здесь в двух экземплярах — как бы в напоминание о том, что пары у членов ВДОХ никогда не будет. Через конференц-зал протянута веревка, на ней два черных носка, два полотенца, в углу две прошлогодние липучки с трупами мух. Стол сделан из двери. Гора бумаг, папки «Дело», два сталинских телефона. Диван с пролежнями. И ширма — болтающийся ковер. Вдох здесь дается так же тяжело, как женитьба. Единственное окно в подвале затемнено и заколочено. Вдоль трубы протянуты три скакалки. Тоже для сушки. Кажется, штаб-квартира ВДОХ создана лишь для того, чтобы написать манифест, выстирать носки и скакать. А ведь здесь могла бы печататься «Искра», «Атмода» и «Лимонка» — охранка бы спятила прежде, чем нашла это убежище.
Я сунул нос за ширму. Александр Панов делал себе чай. Он был не таким угнетенным, как накануне.
— Что, ужас? Мне все говорят: ты умрешь не от одиночества, а от рака легких.
— А где все? — тупо спросил я.
***
В 4-м номере читайте о женщине незаурядной и неоднозначной – Софье Алексеевне Романовой, о великом Николае Копернике, о жизни творчестве талантливого советского архитектора Каро Алабяна, о знаменитом режиссере о Френсисе Форде Копполе, продолжение иронического детектива Ольги Степновой «Вселенский стриптиз» и многое другое.
Виртуальная реальность переселяет мужчин в тела женщин
Семь дней во мраке (опыт сенсорной депривации)
Интеллектуальные программы для развития мозга оказались бесполезны
31 октября 1632 родился Ян ван дер Меер ван Делфт (Ян Вермеер)
Мы разыскали свою бывшую аудиторию, а именно — рабочую молодежь
Корреспондент «Смены» Дмитрий Ромендик отправился на экскурсию в самый мистический район Москвы
комментарии
Либо забыли исправить ошибки, либо дописать про сохранённую авторскую орфографию и пунктуацию. А эпизод в четверг какой-то урезанный.
Спасибо, KaaKshram. Тимур, имплантируй кусок в текст, pls.
Интересные теги у статьи. Практически.... краткое содержание жизни автора?)))