Иван Бедный

Бэла Иллеш| опубликовано в номере №37, сентябрь 1925
  • В закладки
  • Вставить в блог

Рассказ

ТРИ ТРУПА окровавленных лежали на растоптанном лугу. С ружьями у ноги два жандарма охраняли покой мертвецов. Палящий зной. Соломенные крыши выстроенных у подножья горы изб накалились в солнечной жаре. Капрал устремил свой взгляд в сторону скрывшегося за холмом леса, словно желая глазами приказать тени спуститься на луг. Вахмистр разглядывал мертвецов с усталым добродушием после недавних неистовых взрывов бешенства. Однако, жандармские глаза не могли залечить проколотые жандармскими штыками раны.

Один из мертвых крестьян лежал спокойно на спине, словно спал; лишь его длинные, жирные волосы были растрепаны, и на шее зияло красное пятно, величиной не больше мака. Этот несчастный имел позади себя долгую жизнь. Возраст его соседа невозможно было определить; голова его была совершенно размозжена ударами прикладов и каблуков. Третий мертвец - худощавый парень, был поражен пулей в спину. Он лежал ничком, зарывшись лицом в землю, словно ища в ней убежища от убийц.

- Гляди-ка! Гляди! Один еще жив.

Капрал вздрогнул. Вахмистр передал ему свое ружье и опустился на колени перед худощавым парнем. Ловким движением рук он его перевернул на спину и убедился, что он не ошибся. Иван Бедный дышал еще, издавая еле слышные стоны. Когда вахмистр, следуя своим познаниям в подаче первой помощи, твердой рукой приподнял раненого в сидячее положение, измученная голова парня беспомощно упала на грудь, и из посиневших губ хлынула кровь. В своем старании привести его в чувство он начал сильно трясти парня, понукая его подобающими данному случаю словами. Видно было, что эта необычайная работа совершенно вывела его из спокойного состояния.

Так как, однако, ни понукиванья, ни энергичное встряхивание не возвращали парню сознания, вахмистр, наконец, отпустил его. Голова Ивана Бедного сильно ударилась о растоптанную жандармскими сапогами землю.

- Ему бы что - нибудь выпить, - заметил капрал.

Вахмистр вновь усадил раненого и прижал к его окровавленным, вы мазанным землею, губам свою флягу.

- Пей, братишка. Иван Бедный открыл глаза. Он крепко сжал зубы, и глотка его осталась без движения; рот стал наполняться спиртом из жандармской фляги.

- Пей!

Раненый увидел теперь жандарма и почувствовал на своей шее поддерживающую его крепкую, жесткую руку. Как бы защищаясь, он подтянул свои колени под себя и попытался освободить голову. И когда жандарм наклонился к раненому еще ближе, они стали чувствовать дыхание друг друга. К Ивану Бедному начало возвращаться сознание.

- Пей! - подбадривал его жандарм.

Парень пришел в себя. Глубоко вздохнув, он собрал все силы своего истерзанного тела и сплюнул собравшуюся во рту кровавую слюну, смешанную с землей и спиртом, жандарму в лицо. Вахмистр вскочил на ноги, рванул из рук своего товарища ружье и изо всей силы ударил прикладом по черепу раненого.

Иван Бедный лежал неподвижно на помещичьем лугу.

Автор - венгерский коммунист, работающий сейчас в СССР. Печатаемый набросок был помещен в свое время в «Юманитэ», «Ротэ Фанэ» и других органах заграничных компартий.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 9-м номере читайте об Александре Беляеве - первом советском писателе, полностью посвятившим себя научной фантастике, об Анне Вырубовой - любимой фрейлине  и   ближайшей подруге императрицы Александры Федоровны, о жизни и творчестве талантливейшего советского актера Михаила Глузского,  о режиссере, которого порой называют самым влиятельным мастером экрана в истории кино -  Акире Куросаве,  окончание детектива Андрея Дышева «Жизнь на кончиках пальцев».  и многое другое.



Виджет Архива Смены