Мы были в грозной близости от берега, а лодка по - прежнему неслась, закусив удила. Все шло в таком бешеном темпе, что я только сейчас осознал, что веду тщетную борьбу с водоворотом. Когда же я это повял, я тотчас переметнулся на другую сторону и налег на кормовое весло. Лодка поддалась и, следуя течению водоворота, помчалась вверх. Но к этому времени мы подошли почти совсем вплотную к берегу, так что Слоуперу пришлось выскочить на скалу. Впрочем, тут же убедившись, что мы на один - два дюйма промахнулись, он бесстрашно спрыгнул обратно в лодку, как на комету.

Хоть мы сейчас неслись в безумном вихре водоворота, все же можно было уже вздохнуть спокойнее. Завершив круг, мы снова были откинуты на Гриву, пересекли ее вторично и вдруг очутились внизу, в безобидном маленьком омуте...

... К концу года из-за вспышки цинги я был вынужден покинуть свою хижину; я начал делать записи только на обратном пути, все 1900 миль которого я проделал в открытой лодке. В Клондайке я нашел себя. Там не разговаривают. Там думают. Там начинаешь понимать жизнь. Там я ее и понял.

Перевела с английского Т. Литвинова.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.