Только прошу вас, пожалуйста, поскорей! - сказала девушка, захлопнув заднюю дверку. Каждый второй пассажир говорил ему это, и, как всегда, он кивнул, не оборачиваясь, и, щелкнув счетчиком, ответил:
- Постараемся.
На этом чаще всего разговор кончался. Доверившись водителю и судьбе, пассажир замолкал, а ему оставалось только порезче тормозить перед светофорами, чтобы ясно было, как он спешит.
Но девушка, видимо, осталась недовольна таким ответом. Она добавила:
- Понимаете, я опаздываю на поезд.
Он еще раз кивнул, не оборачиваясь, и подумал, что этого можно было не говорить. Если бы она не опаздывала, то, конечно, дождалась бы троллейбуса, а не выскакивала бы из очереди на проезжую часть, согнувшись под тяжестью своего чемодана.
Он без труда определял характер пассажиров: эта была «торопыга», из тех, кто берет машину только в случае крайней необходимости. Облокотясь на переднюю спинку, она дышала громко и часто, словно не ехала, а бежала.
- По Садовой или через центр поедем? - спросил он.
- Ах, ну как хотите!
Он поправил зеркальце, чтобы не видеть ее лица. «Если б я не посадил тебя, интересно, кого бы ты понукала в троллейбусе?» Главное было не поддаться настроению пассажира и всякий раз делать вид, что поддаешься. Если бы пассажир командовал им, давно пришлось бы распрощаться с водительскими правами.
Сначала ей везло. Они проскочили на зеленый свет Смоленскую и площадь Восстания, но потом стояли перед Каляевской, на Самотечной и на Колхозной. Она наконец перестала дышать ему в ухо и откинулась на сиденье.
В «Форуме» шел новый фильм. Алла Ларионова чарующе улыбалась со стены прохожим и проезжим. «Сегодня вечером можно пойти в кино», - подумал он, но не решил, кого пригласить: маленькую Ниночку или Вальку из Большого Сухаревского. В конце концов почему бы не позвать их обеих?
- Вам, стало быть, Казанский? - спросил он, сворачивая к вокзалам.
- Да, да! - нетерпеливо сказала она.
Он подкатил к главному входу, тормознул и повернул рычажок счетчика. Она протянула ему две десятки и вытащила на тротуар свой чемодан. Он дал ей трешку сдачи, но она не двинулась с места, и тогда он достал из кармана ворох смятых, засаленных бумажек и принялся отыскивать среди них рублевки. Он протягивал их по одной, после каждой ожидая, что она скажет «довольно» и побежит на вокзал, но она ничего не говорила, и он сдал ей все сполна.
- Спасибо, - сказала она, и он посмотрел ей вслед, как она шла, выставив левое бедро и дергаясь на каждом шагу под тяжестью чемодана. «И носильщика не возьмет, - насмешливо подумал он. - На какой же это она поезд?»
Расписание прибывающих поездов он знал назубок по всем девяти московским вокзалам. А знать, когда поезда отправляются, ему было ни к чему.
Отъехав к стоянке, он достал из ящичка хлеб, колбасу, отвинтил колпачок у термоса и налил чаю.... Это была гениальная мысль - пойти в кино и с Валькой и с Ниночкой сразу, вот будет смеху!
- Простите, вы свободны?
Отхлебнув глоток, он выругался про себя. «Поесть спокойно не дадут!...»
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
История, рассказанная Татьяной С.