Коммутатор товарища Ленина был соединен со всеми Народными Комиссарами. Телефонные переговоры между членами правительства также шли через этот коммутатор, поэтому работы всегда было много.
Владимир Ильич был очень требовательным в делая. Его распоряжения о вызовах людей записывались В выполнялись точно и в срок. Часть работы по оповещению товарищей о приеме он возложил на телефонисток. Это несколько разгружало секретарей, которым все равно пришлось бы делать вызовы через коммутатор. Часто он сам диктовал вызовы одной из двух дежурных телефонисток. Он просил сообщать назначенным на прием за несколько дней, а в день приема снова напоминать им. Владимир Ильич распорядился повесить в простенке у коммутатора небольшую школьную доску и записывать на ней мелом все его распоряжения о вызовах людей к себе на прием. С этой школьной доской, которая была введена Владимиром Ильичем уже при мне, воем стало очень удобно. По мере выполнения ненужное стиралось.
В дни приемов товарищ Ленин утром выходил на коммутатор и смотрел доску записей:
- Ну, кто у нас сегодня назначен на прием? Всех оповестили? Напомните - ка еще раз, предупредите, пожалуйста...
Владимир Ильич очень не любил, чтобы пришедшие ожидали приема, поэтому каждый должен был приходить в точно назначенное время.
Телефонисткам в те годы работалось не так легко и просто, как сейчас. Часто не было света, и тогда мы подключали приготовленные заранее аварийные аккумуляторы.
Иногородние переговоры вначале могли вестись только из стеклянной будки, которая находилась в помещении коммутатора. Нередко переговорам мешали неисправности и обрывы на линии. Но вскоре Владимиру Ильичу был поставлен в кабинете аппарат прямого провода, да и телефонная связь стала лучше.
Когда Владимир Ильич говорил из стеклянной будки по междугородному телефону с городами или с фронтом, я слышала, как он отдавал распоряжения, тут же назначал сроки выполнения, требовал доложить об исполнении и предупреждал, что сам лично проверит или пришлет кого - нибудь для проверки. Ленину докладывали о победах над белогвардейцами, о выполнении заказов для фронта, об отгрузке хлеба для городов, и - я помню это - он всегда так радостно благодарил, как будто ему лично кто - то сделал большой и долгожданный подарок.
Мы, телефонистки, невольно прислушивались к разговорам, страдали, когда видели, что Владимиру Ильичу тяжело, радовались, когда он был в веселом расположении духа.
На доклады о разных неполадках Владимир Ильич реагировал сразу. Он тут же заказывал дежурной телефонистке разговор с Народным Комиссаром, которого касался вопрос, или велел соединить его с кем - либо по иногороднему телефону, если речь шла о других городах.
Владимир Ильич был очень прост в обращении с людьми. Он разговаривал с каждым не только как с равным, но с большим уважением. Никакие самые большие дела не могли помешать Владимиру Ильичу заботиться о людях.
Не было случая, чтобы Владимир Ильич, узнав о чьей - нибудь беде, не старался помочь человеку. Он хлопотал об очках для крестьянина, которого видел впервые, об обеде для матери своего секретаря, о красноармейце, с которым разговорился в теплушке товарного поезда, об истопнике, который топил печь его кабинета, о больной женщине, которой нужно было срочно сделать операцию. Помог он и мне. Вот как это произошло.
В 1920 году я вышла замуж за курсанта школы Красных командиров ВЦИК Семенова. В том же году я проводила его на Туркестанский фронт, а в мае 1921 года у меня родилась девочка.
Иногда мне не с кем было оставить девочку дома, и вот однажды пришлось отправиться на дежурство в Кремль с Наденькой на руках. В первой половине дня дочь тихонько спала на одеяльце, постланном на двух стульях в углу. Но потом она проснулась. Что делать? Работать с ребенком на руках у аппарата было нельзя. Я придвинула стулья с девочкой к стенным часам, решив, что она станет смотреть на маятник и быстро уснет. Но Наденька тут же начала неистово плакать. Как раз в этот момент появился на коммутаторе Владимир Ильич. В руках у него был пакет.
- Кто дежурит? - спросил он. - Вы? Очень хорошо! Вот это отправьте сейчас же, срочно... А чей это ребенок? Ваш? Девочка? Наденька? Очень хорошо, прекрасное имя!
Владимир Ильич подошел к девочке и осторожно, но с удовольствием похлопал ее по щеке.
- А что вы с ней здесь? - спросил он вдруг.
Я рассказала, что девочку не с кем оставить. Владимир Ильич молча возвратился к себе. Через полчаса меня вызвал управляющий делами Совнаркома.
- У вас есть ребенок? - спросил он.
- Да, - ответила я.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.