- Поднять флаг земснаряда! - приказал Хлюст.
Старший матрос взбежал на верхнюю палубу, протрубил сигнал подъёма флага. Развеваясь на лёгком ветру, флаг поплыл в синее небо, остановился у клотика и заплескался над судном.
... За плечами Хлюста небольшая, но яркая жизнь - жизнь советского юноши. Он провёл своё детство в колхозном селе на Херсонщине, учился в школе. То ли оттого, что запах морской воды доносило до родного села Отрада, то ли потому, что служивший механиком на пароходе дядя Терентий Руденко так увлекательно рас сказывал ему о своих морских плаваниях, - Виктор мечтал стать моряком. И в суровый и грозный для Родины час, четырнадцати лет от роду (это было осенью сорок первого года), он стал юнгой на одном из военных судов.
В числе моряков Черноморского флота Виктор ходил в боевые походы: участвовал в десантных операциях под городом Керчью, вывозил из-под вражеского огня раненых с косы Чушки. Всю войну, с самых первых дней и до салюта Победы, он провёл на переднем крае.
Пришёл Виктор во флот ещё пионером, а ушёл из него комсомольцем, возмужавшим и закалённым в боях.
Рабочая биография Виктора Хлюста также весьма типична для молодого советского человека.
Молодой советский рабочий! В тяжёлых трудах войны родилась твоя зрелость человека, упрямо добивающегося победы. Таким ты остался и после войны, когда встала новая трудная задача - овладеть знаниями. Сегодняшним советским механизмам нужна не только твоя сила - нужны ум, знания, чувство хозяина, которое вливается в сердце вместе с мастерством. Это - изумительное чувство: быть хозяином умной советской машины, созданной коллективным трудом учёных, рабочих и инженеров.
Вот такое чувство благодарности за чудесную, могучую машину и испытал Виктор Хлюст, когда окончил курсы багермейстеров и начал работать на земснаряде. Было это на строительстве Цимлянского гидроузла. Виктор был назначен начальником комсомольско-молодёжного земснаряда, который намывал земляную плотину. И хотя земснаряд № 502 был в два раза меньше «Сталинградского-первого», на котором он работает сейчас в Жигулях, за один лишь сезон, за 6 с половиной месяцев, комсомольцы намыли в тело гигантской плотины около 2 миллионов кубических метров грунта!...
Комсомольскому экипажу было присвоено звание лучшего экипажа земснаряда и вручено переходящее Красное знамя строительства Цимлянского гидроузла. Земснаряд Хлюста дал самую высокую производительность, выполнил годовой план на 142 процента.
Самой замечательной чертой в их работе было то, что все члены экипажа, от начальника земснаряда и до рядового матроса, стали настоящими хозяевами, знатоками своей могучей и сложной машины, смело приступили к её усовершенствованию.
В этом поступке отражена характерная черта социалистического соревнования. Советских рабочих, комсомольцев уже не удовлетворяли количественные результаты. Перевыполнение нормы они считали в порядке вещей.
«Социализм не только не угашает соревнования, а напротив, впервые создает возможность применить его действительно широко, действительно в массовом размере, втянуть действительно большинство трудящихся на арену такой работы, где они могут проявить себя, развернуть свои способности, обнаружить таланты, которых в народе - непочатой родник и которые капитализм мял, давил, душил тысячами и миллионами», - писал В. И. Ленин в первые месяцы советской власти.
И этот творческий порыв к дерзанию, открытый социалистическим соревнованием, охватил молодых строителей великой стройки.
Виктор Хлюст и его товарищи захотели увидеть свою первоклассную машину лучше, чем она есть. В этом беспокойстве за общее дело участка, цеха, стройки, Родины и выражена лучшая черта молодого советского рабочего.
Интересную мысль о переделке щита управления подал техник-электрик земснаряда комсомолец Николай Хрущёв.
Прежде щит управления земснаряда находился в общей багермейстерской рубке. Все приборы управления были смонтированы на одной панели щита, расположенного ниже окна, из которого багермейстер вёл наблюдение за работой машины.
Для того, чтобы непрерывно смотреть в окно, багермейстер должен был всё время стоять, а для того, чтобы посмотреть на какой-нибудь из приборов, ему нужно было каждый раз наклоняться. Это создавало неудобства, утомляло.
Комсомолец предложил все приборы разместить не на одной, как это было раньше, а на двух панелях и расположить их на уровне глаз багермейстера. Это позволяло багермейстеру, уже не наклоняясь к приборам, вести за ними наблюдение и улучшало видимость забоя.
Виктор Хлюст не только решительно поддержал инициативу Хрущёва, но пошёл ещё дальше. Он предложил весь щит управления вынести в специальную рубку и распланировать приборы так, чтобы они постоянно были перед глазами сменного багермейстера.
Вся перестройка щита управления была произведена самим экипажем земснаряда. И если прежде багермейстер всю смену должен был стоять за пультом управления, то после перестройки он сел в удобное кресло.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.