Тёмнокоричневая вершина горы высоко поднималась над лесом. На ней не росло ни деревьев, ни кустарника. И в обычное время только светлые полосы известняка резко выделялись на тёмном фоне. А сейчас я увидел, как из - за вершины вытянулось лёгкое белое облачко.
«Будет дождь», - подумал я и разбудил Павлушку.
Пока я связывал удочки и собирал подпуск, облако превратилось в чёрную тучу, которая, как баранья папаха, прикрыла вершину горы.
Схватив в одну руку тяжёлую корзинку и удочки, другой рукой я подсадил Павлушку на плечо и побежал к танцевальной площадке. Павлушка смеялся, болтал ногами и всё кричал:
- А мой папка самый сильный! Сильнее всех!
Он был ещё в таком возрасте, когда папы кажутся детям самыми умными и сильными и заполняют собой весь их маленький мир.
Приближаясь к танцевальной площадке, я увидел Никиту. Он стоял на эстраде и что - то говорил, обращаясь к толпе и указывая туда, где стояли грузовики. За шумом начинавшегося ветра я не расслышал слов.
Поднявшись на эстраду, где сидели музыканты, и прислонив удочки к стене, я увидел, как Никита и ещё пять человек побежали на опушку леса.
Шум ветра усилился, и солнце исчезло. Только сейчас молодёжь догадалась, что будет дождь. Под крышей эстрады сразу стало шумно и тесно. С шутками я смехом музыкантов оттеснили к задней стене.
Когда упали первые капли дождя, стало так тесно, что многие, уцепившись друг за друга, висели на краю, как на подножке переполненного трамвая.
Вдруг моё внимание привлёк шум спора. Какой - то молодой человек в куртке с бесчисленными замочками «молния» возмущённо говорил:
- Послушайте! Куда вы свой мешок на людей толкаете?!
- Во - первых, не мой, а государственный! - услышал я голос Никиты. - Вы понимаете, что здесь селекционное зерно? Колхозники его три года по зёрнышку отбирали!
- Нет, не понимаю! Зачем это понадобилось, когда все машины пологом покрыты?
Кто - то уже принялся объяснять молодому человеку, какие у нас бывают грозы, но Никита крикнул:
- Товарищи, принимай!
Десятки рук подхватили трёхпудовый мешок, пронесли его над головами и бережно опустили к моим ногам. На деревянной бирке, которая, как галстук, висела на горловине мешка, было выведено: «Элита» - и рядом цифровые данные.
Никита, покрывая шум толпы и ветра, кому - то кричал:
- Гриша, подбери человек пять! Очисти эстраду под зерно! - И вдруг с озорным смешком добавил: - Да смотри, повежливее с этими, которые совесть на замочки позапирали! Не оскорби достоинства ненароком!
Раздался смех, и почти все стоявшие с краю, спрыгнули на землю.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
К 15-летию со дня смерти К. Э. Циолковского