- На двадцать один...
- Ну, положим, что к двенадцати упадёт ещё на тридцать. Пусть даже на сорок. И то у нас в запасе почти полметра останется... В общем, десять минут на звоночки - и всё. Доложи начальству, что плот ведёт бывший сапёр Семён Боталов.
На этот раз Наташа связалась с районом очень быстро. К телефону подошёл первый секретарь райкома партии, видимо, в этот момент случайно оказавшийся в общем отделе. После долгого молчания секретарь наконец оказал, что решение правильное: ценная поделочная древесина нужна заводу немедленно, - но просил внимательно следить за уровнем воды и через два часа позвонить ещё раз ему лично.
Когда Наташа выбежала на берег, все ребята уже стояли по своим местам, держа в руках багры, и ждали только разрешения, чтобы сразу оттолкнуться и вывести плот на течение.
Скоро плот отчалил и вышел на средину реки. Ребята что - то кричали Наташе и махали шапками.
Ветер усиливался, на реке поднялись волны, сверкавшие в лучах вечернего солнце. Это сверкание слепило глаза и сглаживало очертания предметов.
Скоро плот потерялся в голубой дали, и Наташа осталась одна.
Долго она ходила по мосткам, поминутно взглядывая на рейку. Вода падала.
Стало ещё холоднее. При каждом порыве ветра мостки раскачивались, и ледяные брызги летели ей в лицо. Скоро закоченели руки. Наташа с тревогой думала, что яркое солнце, холод и ветер, пожалуй, могут ускорить падение воды. После того как ушёл плот, прошло ещё не больше часа, а вода упала на целых семнадцать сантиметров. Чтобы не волноваться, Наташа решила заняться делом: истопить печурку в диспетчерской и снова подойти к рейке через час.
Дрова были сырые, они загорелись только тогда, когда Наташа зажгла и сунула в печь обрывок толстого просмолённого каната. Она сидела перед печуркой, обхватив колени руками, и беспокойно посматривала на часы.
Без пятнадцати восемь Наташа взбежала на мостки и, увидев, что вода за какой - нибудь час упала ещё на тридцать восемь сантиметров, бросилась к телефону.
«Уже сейчас перекат почти непроходим, - думала Наташа, - что будет к двенадцати?»
И от этой мысли ей стало холодно. Нет, она ни в чём не могла себя упрекнуть. Решение было правильное. Кто же знал, что ветер и холод вдруг станут поглощать воду, как гигантский насос...
Долго сна не могла дозвониться; наконец из постороннего шума выделился равнодушный женский голос:
- У товарища Смольникова совещание. Звоните позднее.
И трубку тотчас повесили. Наташа почувствовала, как от острой обиды и возмущения кровь хлынула ей в лицо. Она снова позвонила и злым голосом потребовала, чтобы немедленно дали кабинет Смольникова.
- Я ждал вашего звонка, - услышала она усталый голос.
- Это всё ваша секретарша... Полчаса не могу дозвониться, - пожаловалась Наташа и потом сразу начала говорить взволнованно, громко и очень торопливо: - Что делать, товарищ Смольников? Вода падает очень быстро. Уже на семьдесят шесть сантиметров. А пока я вам звонила, наверное, без малого метр. Уже теперь пройти через перекат невозможно. А они там будут только к двенадцати ночи. Это значит, что на Синем камне их обязательно разобьёт. Что делать? Двое ребят не умеют плавать...
- Вот что, Наташа... Вас, кажется, Наташей зовут?
- Да.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.