Старик Маркс всю жизнь любил Дженни Вестфален. Ленин умел отдыхать и веселиться, как никто. Жить так, чтобы каждое мгновенье, вся жизнь были священны, чтобы знать «для чего сие». Знать, бороться, карабкаться и идти, если надо, разутому по большой росистой траве - делать то, что диктует правильно понятая жизнь. Это счастье не призрачно, оно осязаемо, оно в колонках Госплана и статотчетах НКТП, оно уже в настоящем и в будущем, и это счастье всегда и всюду будет проявляться своеобразно, не стандартно и не по регламенту. Оно будет проявляться и в занятом районе советского, Китая, и в утре над просыпающейся рекой, и в победах Сталинградского тракторного, к которым мы завтра возвращаемся...

Газган не успел закончить своей мысли, когда теплоход подошел к пристани небольшого волжского городка. Все поднялись и направились на пристань.

Газган остался и, казалось, сам себе договаривал... он вспомнил весь эпизод с Дмитриевским, как он поднял на него кулаки:

«Что это, я мало отдохнул, нервы...»

А потом, вынув блокнот, записал: «Написать в Москву о Дмитриевском. Скрытный, ловко маскирующийся враг».

Усталость брала свое, и Газган направился в каюту, твердо решив весь завтрашний день посвятить отдыху, не думая ни о чем... Но мысли уже направились к будням завода, к его неполадкам.

Вечером следующего дня закончилась поездка по Волге...

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.