Улица. Вечер. Лешка и Соня возвращаются с патронами.
Лешка (передавая Соне чемодан). Опять кто - то идет, и по виду гад (отходит, нащупывая револьвер). Идите мимо, не заговаривая, а ежели что, то я тут же. Заряды у меня полные! (Подходит Михаил).
Михаил. Соня!
Соня. Миша, куда вы?
Михаил. А вы куда? И с чемоданом? Ну, говорил я, что кружок наш повели ко дну?' Савранский - это такая сволочь, и вот вы бежите. От хорошей жизни не побежишь.
Соня. И с чего вы взяли, что я бегу? Я никуда не бегу. Вы думаете, я вещи несу, на вокзал еду? Я патроны несу для отряда, Миша. Сейчас же идемте с нами, вам дадут винтовку, бейте юнкеров, это они во всем виноваты.
Михаил. Послушайте меня, Соня, вы белены объелись? Савранский - это неслыханная сволочь, до чего девушку довел!
Соня. Не смейте, не смейте, вы трус, я вас презирать буду, если вы сейчас же не пойдете с нами.
Лешка (подходит). Молодой человек, чего вы к барышне пристаете? Видите, оне на вокзал спешат, а вы пристаете.
Соня. Да ведь это же член нашего бывшего кружка. Его нужно убедить, сагитируйте его, Леша.
Михаил. Я преимущественно Марксом агитируюсь. Нет ли у вас Маркса, второго тома, молодой человек? Второй раз хожу в библиотеку, а она закрыта. В первом томе старик явно выражал свое неудовольствие против того, что при социализме закрывались библиотеки, а девушки, вместо того чтобы читать книги и пить чай с вареньем, таскали патроны. Нет ли у вас второго тома? Может быть он там высказывает нечто резко противоположное?
Лешка. Если он это говорит, то хорошо, что библиотека закрыта. Вы лучше Мельникова почитайте. Знаете такого писателя?
Михаил. Мельников? Такого марксиста не слыхал. Но, судя по вашему поведению, учиться у него нечему.
Лешка (отводя в сторону Михаила). Слушай, друг. Вон в этом доме, квартира 10, у меня знакомый живет, студент, Еремушкин фамилия; так у него не только Маркс, но и Фаланг и все есть, ты к нему сходи, скажи Лешка послал, понял? (Хватает чемодан и Соню, убегает).
(Из дому выходит Игорь).
Михаил (один). Чудовищно! Чудовищно!
Игорь. Самое большое чудовище это ты. Ну куда ты прешься, рассеянный человек? С кем это ты стоял?
Михаил. Игрушка, это ты? Игрушка, нет ли у тебя второго тома Маркса?
Игорь. Я бы с удовольствием достал его, чтобы сжечь!
Михаил. Игрушка, я не узнаю тебя, ты сделался готентотом. Чудовищно! Понимаешь, мир сошел с ума! Ты хочешь сжигать Маркса, я только что молодой кретин с того самого завода, помнешь, куда я неудачно ходил, - «Пои - пей» или «Бомбей», что ли, - так предлагал заменить его Мельниковым.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Литературный монтаж о первых днях комсомола Москвы
Восемнадцатый