Кулаки пролетарской молодежи оказались крепче резиновых дубинок буржуазных лакеев.
От Пфорцгейма до Гейдельберга всего час езды на автомобиле. Я избрал этот путь. Безумием было бы ехать по железной дороге и снова попасть в полицейскую западню, как в Пфорцгейме. Но и эта поездка в наемном автомобиле не без риска. Попадись шофер подлец, он мог бы преспокойно свезти меня в полицейское управление Гейдельберга. Надо полагать, что о моей поездке дано знать из Пфорцгейма в Гейдельберг. Все заставы наверно заняты полицией.
Я сильно встревожен. Мой арест в Гейдельберге мог бы сорвать демонстрацию и митинг в Маннгейме.
К счастью, полиция ожидала меня на вокзале, когда я окольными путями прибыл р Гейдельберг.
Ожидавшие меня у вокзала рабочие, узнав о моем приезде, мощной демонстрацией двинулись к базарной площади. Здесь должен был состояться митинг. Руководство демонстрацией как и в Пфорцгейме, было в руках молодежи. Полиция не осмеливалась помешать демонстрантам - она уже знала об участи своих коллег в Пфорцгейме.
Пролетариат Гейдельберга за воевал улицу.
Спустя час я снова мчался в автомобиле по направлению к Маннгейму.
В Маннгейме я покинул автомобиль, не доезжая до вокзала. Полиция и здесь поджидала меня на вокзале: баденский министр внутренних дел запретил мне пребывание и выступление в Маннгейме.
У вокзала десятки тысяч людей. Много рабочих. Много любопытствующих. Тут же сформировалась грандиозная демонстрация, несмотря на дубинки. С боевыми песнями мы двинулись к городскому концертному залу. Здесь назначен был митинг протеста против запрета демонстраций и против полицейских зверств в Пфорцгейме.
Зал полон до отказа. Я собираюсь говорить. Вдруг в зале забеспокоились. Беспокойство передалось и на трибуну, где и стоял. Хочу знать, в чем дело. Оборачиваюсь и не верю своим глазам: стройными рядами на трибуну поднимаются двадцать товарищей в форме запрещенного юнгфронта. Головы многих из них покрыты окровавленными повязками. Это - товарищи из Пфорцгейма. Они проехали 70 километров на велосипедах, горя желанием участвовать на митинге в Маннгейме. И вот они здесь - измученные, израненные, окровавленные, избитые.
Избитые - но не побежденные.
Победители вдвойне.
В Пфорцгейме они завоевали улицу, здесь - увенчали победу, демонстрируя перед полицией свою силу.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.