— Чтобы ничего не заподозрила! У него уже было назначено свидание с его подружкой!
Женевьева съежилась. Наступило молчание, которое нарушил Живраль.
– Значит, по-вашему, это так называемое исчезновение все-таки бегство.
Еще не остыв после препирательства с сестрой, Жорж обернулся к нему.
— Факты достаточно красноречивы. Мой зять меня обжулил! На то есть доказательства, они у меня в руках. Одновременно этот красавчик назначает свидание своей жене, но сматывается...
— Со своей подружкой... – закончил Живраль.
— Значит, вам известно! – вскричала Женевьева.
— Нет, мадам. Это ваш брат только что сказал. Почему вы не сообщили об этом в комиссариате?
— Минутку, послушайте меня, инспектор, – вступился за сестру Жорж. – Сейчас вы поймете. Она подозревает, что он с какой-то женщиной. Вот истина. И мы хотели, чтобы полиция застукала его и узнала имя этой женщины. Это ведь ясно! Моя сестра хочет развестись. Завтра же мы идем к адвокату.
— Значит, поэтому, мадам, вы... укрылись у своего брата.
— Стоит ли об этом говорить, – сказал Жорж.
— Я понимаю. Но, если мадам не возвращается домой, как же знать, не вернулся ли мосье Куртуа?
— Вернется он или нет, – завопил Жорж, – моя сестра больше не желает иметь ничего общего с этим бандитом!
Глаза Женевьевы сверкнули.
– Вы что-то знаете, господин инспектор. Он вернулся, не правда ли?
Безумная надежда не покидала ее; она была готова простить. Прежде чем Живраль смог ответить, она горячо заговорила, обращаясь к брату.
– Вот видишь, он вернулся! Ты не станешь возбуждать против него дело! Я продам свои драгоценности, меха, квартиру, мы переедем в пригород, но вернем тебе деньги, клянусь.
Жорж не знал больше, что говорить.
– Ну что ты болтаешь, Женевьева? Инспектор не сказал ничего такого, что бы позволило тебе думать...
Не обращая внимания на Жоржа, Женевьева схватила Живраля за рукав потрепанного пальто. Он не сопротивлялся. Произнес, отвечая на невысказанный вопрос:
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Закат кумиров и новые имена на музыкальном рынке Запада