— А верхний сосед?
— Тоже мне доказательство! Да он терпеть меня не может и готов наговорить что угодно!
— Почему же он вас не терпит?
— Да потому, что мы мешаем ему спать.
— Хорошо. Оставим музыку и вернемся к спорту. Значит, вы умеете прыгать, влезать в окна, взбираться на балконы...
— В нашем доме балкона нет.
– У вас – да. Но в другом месте он есть. Спас хочет что-то возразить, но сдерживается.
— Итак, сделаем некоторые выводы. Вы уличены во лжи, и ваше алиби рухнуло окончательно. Остается ответить на вопрос: выпрыгнув из окна около двенадцати, куда вы пошли и что делали?
— Для меня такого вопроса не существует, – медленно отвечает Спас, снова вперив в меня свой наглый взгляд. – Я ни на минуту не отлучался из своей квартиры.
— Это все, что вы можете сказать?
— Я повторяю: для меня этого вопроса вообще не существует.
— Как угодно! Только имейте в виду, что упорство не всегда бывает ценным качеством. В вашем изложении оно крайне опасно. Опасно до такой степени, что вызывает необходимость немедленно задержать вас.
При этой фразе многие начинают говорить правду, но Спас стоит на своем.
В продолжение многих лет мне приходилось видеть разных людей, которые отрицали вину с изумлением или негодованием, повторяли одну и ту же фразу или пытались защищаться любыми доводами. У лжи, как и у правды, может быть разная интонация. Но, имея опыт, можно все-таки разобраться, когда человек, сидящий перед тобой, лжет, хотя и смотрит невинными глазами младенца. Труднее установить, с какой целью этот человек увертывается, ибо не всякий обманщик убивал или был соучастником убийства.
– Вообще-то вас следует задержать, – говорю я. – Но я сделаю исключение и дам вам отсрочку. Подумайте и, если появится желание что-нибудь добавить, приходите. А пока вы свободны.
Спас оцепенело встает, словно не может прийти в себя от столь неожиданного оборота дела. Затем, не взглянув на меня, направляется к дверям медленной, неуверенной походкой. Да, палуба сильно качается под его ногами...
– Минутку! – останавливаю я Влаева в последний момент. – Чуть не забыл: что это за история с вашей неудавшейся поездкой в Югославию?
Спас медленно оборачивается. Опущенные губы выражают апатию и усталость.
— Спросите ваших людей. Они мне отказали в заграничном паспорте.
— К кому и зачем вы собирались ехать?
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.