Однажды вечером, вернувшись с работы, слесарь-сборщик Уральского завода тяжелого машиностроения в Свердловске Константин Иванович Шанцев загляделся на игру шестилетней дочери. Полина собрала своих кукол в кружок и читала им стихи, поочередно предлагая затем сделать то же самое каждой из «слушательниц».
– Во что играешь, Полюшка?
– В тетю Лину, папа, – последовал ответ.
И тогда Шанцев вспомнил, что недавно Поля ходила на очередной пушкинский вечер к тете Лине... Пушкин есть Пушкин. Любят его и большие и маленькие, каждый по-своему, но обязательно преданно и взволнованно. Но чтобы дети, которых не обманешь ложной искренностью, играли в любителей изящной словесности?! Захотелось взглянуть на легендарную тетю Лину. ...Тетя Лина – инженер одного из свердловских заводов Эвелина Владимировна Проскурякова – оказалась очень приятным, сдержанно-коректным человеком, матерью двоих уже взрослых детей. Это к ней, к Эвелине Владимировне, восемь лет назад пришли в назначенный день первые приглашенные – товарищи по работе, объединенные любовью к пушкинским стихам и к личности поэта. – ...Кто она такая, эта Натали? – шел спор на одном из вечеров, специально посвященном трагической и счастливой любви поэта. – Злой гений Пушкина или же ангел истинного чувства?
Люди разных профессий и возрастов воспринимали личные проблемы Гончаровой и Пушкина как свои, сегодняшние.
Возможно, в таких вот спорах и не откроется новая для пушкинистов-профессионалов истина, но обязательно прорастут любовь, сострадание. «Пушкин – это учитель наш, врач. – говорил в одном из своих выступлений директор музея в Михайловском С. С. Гейченко. – Любой может всегда прийти к Пушкину и сказать: «Александр Сергеевич, что-то не так у меня, боль...» И Пушкин всегда поможет».
А открытие для себя или ближнего своего Поэта, разве это так уж мало?
Благодаря подвижничеству Эвелины Владимировны десятки людей приобщились к пушкинской поэзии. Многие из них узнали про клуб «Муза» из передачи местного телевидения «Заветная полка». Причем телевизионщики проведали о вечерах Проскуряковой тоже случайно. Очередная передача предполагалась из квартиры одного свердловского любителя отечественной словесности, рьяного собирателя всевозможных пушкинских реликвий. В его-то архиве и обнаружили элегантный самодельный билет-приглашение на очередной поэтический вечер.
Собираются они в коммунальной квартире у Проскуряковой, в двух ее комнатках, общей площадью чуть больше двадцати метров. Бывают пять, двенадцать, семнадцать, а то и все двадцать человек. С Пушкиным встречаются здесь, как говорится, «при любой погоде». Собираются не по календарному случаю, а когда большинство любящих поэзию Пушкина свободны от повседневных забот. В этом году, как известно, праздновалось 185-летие со дня рождения поэта. Естественно, «Муза» не могла пройти мимо столь знаменательного события и посвятила ему отдельный вечер. Предмет же для разговора в обычные, неюбилейные вечера может предложить любой желающий.
Здесь беседуют об адресатах пушкинской лирики, о пушкинском Петербурге, о годах странствий поэта, о «суровом декабре» 1825-го, о лицеистах... Если есть желание рисовать на мотивы ученого кота, золотой рыбки – этим обычно увлекаются пушкинисты до тринадцати лет, – рисуй. Быть может, удастся заработать памятный приз. Рассказы о паломничестве в пушкинские места чередуются с демонстрацией слайдов. Звучит музыка. Периодически оформляется книжная выставка, где выставляются литературные новинки о поэте.
Под разговор пьют чай с самодельными пирогами. Я пробовал «Лицейский» и «Арап Петра Великого» – очень вкусно! Под чай вручают призы вечера – за активность, за точность прихода, за то, что пришел в первый раз. за... В общем, количество и наименование призов – величины непостоянные и колеблются в зависимости от конкретных обстоятельств.
Собственно, пирогами, открытками, значками и другими недорогими сувенирами и исчерпывается «материальная база» «Музы». Не считая, конечно. личной коллекции пушкинских реликвий, которую Эвелина Владимировна предоставила в полное распоряжение своих гостей. Ну, а наслаждение, полученное от хороших стихов и выступления товарища, душевный подъем от вечера, проведенного с единомышленниками, – разве это не самый важный приз!
Есть еще у «Музы» нечто вроде «подушной книги». Здесь оставляют свои автографы все, кто пришел. И за восемь лет в этой книге накопилось немало интересной информации о свердловских пушкинолюбах и их верности предмету своей любви. Шестилетняя Полина Шанцева, например, давно уже расписывается самостоятельно. Последнее время к Эвелине Владимировне приходят семьями: папа, мама, сын или дочь.
Конструктор. Патентовед. Школьник. Инженер. Слесарь-сборщик. Комплектовщица. Преподаватель литературы. Хормейстер. Директор школы. Музыкальный руководитель детского сада. Библиотекарь. Пенсионер...
Трогательно бережет Эвелина Владимировна ту атмосферу любви и согласия, которая неизменно царит на вечерах в двух ее тесных комнатках. Ведь бывает, что апробированная методика часто мертвым грузом сваливается на едва окрепший росток нового дела и губит его шаблонными установками... Будем надеяться, что с «Музой» этого не случится.
...Я спросил у президента «Музы», на сколько же еще вечеров хватит энтузиастам пушкинской жизни.
– Как на сколько? – искренне удивилась Эвелина Владимировна. – Это же Пушкин!
Мне стало неловко.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Из 500 молодых рабочих и инженеров завода только 18 занимаются техническим творчеством. В чем же причина?