Комсомолец в Ленинскую школу

опубликовано в номере №29-30, май 1925
  • В закладки
  • Вставить в блог

УЧЕБА КОМСОМОЛЬЦЕВ уже не слово, а дело. Ведь, как было год тому назад. Кружок создавался очень торжественно, говорили, обсуждали много, но со второго занятия он начинал редеть, влачить жалкое существование, а с первым весенним днем таял, как снегурочка. Не мало мы знаем комсомольцев, которые, побывав в нескольких кружках, дальше первобытного коммунизма не шли, ибо работа неизбежно разваливалась.

От такого положения мы далеко ушли вперед. Уже кончают свою работу более 15.000 кружков, охвативших около 300.000 комсомольцев. Союз с силой двинул работу и дал ей невиданный размах. Это уже не бумажные кружки, которых у нас и раньше было много, это не цифры «с потолка». С огромными усилиями, преодолевая всякие препятствия, комсомольские организации руководили сложной машиной политобразования и, несмотря на это, довели работу до конца.

Почти в каждой губернии не раз создавалось такое положение, когда посещаемость вдруг резко понижалась, занятия срывались, когда казалось, что и на этот раз такими большими трудами созданное здание рухнет. И все же удалось впервые сотни тысяч комсомольцев хоть сколько - нибудь обучить, подготовить к дальнейшей, более серьезной работе. Велики наши успехи, но не менее велики недостатки.

Не редко еще комсомолец считает учебу повинностью, вроде налога на его свободное время, приходит на кружок «отсидеть», «отскучать», ищет всякого предлога, чтобы избавится от этой обязанности. Этого отрицать никто не может, хотя верно и то, что многое множество заводских комсомольцев горячо и крепко взялись за дело.

Кружок сейчас тоже своего рода заседание: послушал часок, через неделю еще раз придешь послушать. А между этими часами - провал. Книга - лучший путь к знанию, а ею комсомолец еще ни в какой степени не овладел. Даже с чтением газет у нас дело обстоит из рук вон плохо. Дайте что нибудь с приключениями, чтобы события перегоняли события, как в кино (Месс - Менд, например), тогда комсомолец книжку проглотит. А если книжка посерьезней, если нужно поработать, чтобы разгрызть корешок и добраться до зернышка, тогда она попадает на полку или служит в качестве снотворного средства.

Чтобы овладеть книгой - нужно сделать известное усилие, неторопливо обдумать основные мысли, усидчиво потрудиться. А когда дорвешься, когда узнаешь, что дает книга, тогда работа над ней станет не повинностью, а радостью. Даже чтобы курить научиться, нужно известное усилие, нужно привыкать. Только для курения - эта выдержка у комсомольца находится, а для книжки ее не хватает, а нужно бы наоборот.

Понятно, смешно и глупо было бы обвинять в этом комсомольскую массу. Руководитель - активист хотя очень часто собирает книги, но очень мало их читает. Нередко он небрежно, спустя рукава, относится к важнейшей работе по руководству кружком, не готовится к занятиям, торопится, перепрыгивает, как белка, с вопроса на вопрос, мудрено и с выкрутасами объясняет.

Много виноваты здесь и внешние условия - обстановка. Есть на больших заводах кружки, где занимаются, стоя в мастерской после долгих часов труда. Много расхлябанности и неорганизованности в самой постановке дела. Всего не перечтешь.

Но от этого не делается легче. В союзе комсомолец воспитывается, как общественный работник, здесь складываются его характер и привычки. Поэтому нельзя мириться с тем, что он приучается налету схватывать вершки, но не умеет добраться до корешка, не умеет серьезно учиться.

Чтобы проникнуть в глубины великого ленинского учения, недостаточно нахвататься всяких громких слов и иметь развязанность, которой у комсомольца больше, чем достаточно. Для этого нужна выдержка, тщательная, упрямая работа и большая любовь к делу.

Ведь, как ясна и проста, как все, что писал Ильич, статья о кооперации. А несмотря на ее ясность и четкость, она настолько глубока, что даже лучшие, самые знающие и опытные работники не сумели увидеть в ней сразу все до дна. Несколько месяцев они работали, продумывали каждую строку, пока поняли, что эта скромная, маленькая статья открывает самую верную и широкую дорогу к социализму.

Не «легкодума» и не начетчика, а серьезного общественного работника, выдержанного коммуниста нужно воспитать в союзе. Поэтому со всей силой необходимо повернуть руль в сторону более глубокой и организованной учебы.

Несмотря на то, что много раз говорили и повторяли слова Ильича о том, что коммунистическая учеба - это наука борьбы, руководство для действий, - все - таки до конца этого комсомолец не понял, не прочувствовал. А как раз сейчас это особенно важно, сейчас, когда мы идем к организованной, глубокой учебе - нужно это крепко - накрепко ввести в сознание каждого молодого рабочего и крестьянина.

Год тому назад весь союз задумался над таким положением: плохо ли, хороши - ли комсомолец учится, но общественной работы не выполняет. Тогда особенно выдвинули и подчеркнули важность усиления общественно - политической работы нашего союза.

Сейчас комсомолец проник уже во все поры общественного организма, стал одним из активнейших строителей новой жизни. В сельсоветах, профсоюзах, кооперации, в каждой деревушке, на каждом заводе комсомольцы энергично, инициативно выполняют свои общественные задачи. Мы широко шагнули вперед по пути участия в общественном строительстве, но зато отстали с учебой. Получились своего рода «ножницы». Вот тут - то мы явственно увидели, как неразрывно, органически должны быть спаяны учеба и практическая работа, мы увидели, что без учебы комсомолец не может правильно проводить своей работы.

В целом ряде случаев комсомолец в деревне неверно устанавливал свои взаимоотношения с сельсоветом, ячейка пыталась подменить собою совет. Понятно, это происходит чаще всего не по его злой воле, а потому, что он не понимает, не продумывает политики партии в деревне, не изучает основных решений по этому поводу, потому что слишком мало политически развит. А может ли работать комсомолец в кооперации, не зная основных направлений нашей хозяйственной политики, может ли работать в армии, не зная международного положения? Конечно, не может. Если бы каждый комсомолец покопался в своем опыте, он нашел бы не мало ошибок, которые вытекали из отсутствия знаний и широкого политического кругозора. На тех участках работы, где мы строим рядом со спецами, это бывает чаще всего. Спецы знают технику своего дела, но не понимают нашей политики, поэтому ими необходимо четко руководить даже в том случае, если они совершенно искренно хотят с нами работать.

Строя - учись, учась - строй. Мы теперь больше строим, мы должны больше учиться.

Поэтому, начиная со следующей зимы, весь союз переходит от кружков к школе. Школа до сих пор была страшным словом для комсомольцев. Было бы большой бедой, если бы они поняли этот переход, эту школьную учебу, как лекционную скуку, и безжизненную книжную мудрость. Школа должна быть неразрывно связана с практикой, должна подготовить комсомольца к общественной работе. Школа фабзавуча стала уже с этой стороны понятна каждому молодому рабочему. А это будет школа «полит - уча».

Переход к школе означает большие требования комсомольцу, большие требования к руководителю и организатору. Комсомолец должен серьезнее, вдумчивее работать, читать, быть более дисциплинированным. Руководитель и организатор должны правильно и четко поставить дело.

Уничтожить наплевательский взгляд на учебу, приучить комсомольца не поверхностно, на - лету, а деловито и глубоко прорабатывать вопросы, устранить расхлябанность, суету и комчванство (шапками закидаем), разгрузить и организовать работу комсомольца, - вот что означает переход на настоящую, глубокую учебу.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В июльском номере читайте о трагической судьбе младенца-императора Иоанна Антоновича, о жизни и творчестве замечательного писателя Ивана Лажечникова, о композиторе Александре Бородине - человеке весьма и весьма  оригинальном, у которого параллельно шли обе выбранные им по жизни стези – химия и музыка, об Уильяме Моррисе -  поэте, прозаике, переводчике, выдающимся художнике-дизайнере, о нашем знаменитейшем бронзовом изваянии, за которым  навсегда закрепилось имя «Медный», окончание иронического детектива  Елены Колчак «Убийство в стиле ретро» и многое другое



Виджет Архива Смены