...В общем, в конце концов ребята разговорились. Правда, Тищенко сказал, что не такой уж это выдающийся случай – откапывать всю ночь бульдозер, бывали, мол, случаи и похуже.
Собираясь уходить, я спросила у ребят:
– Вы на канале давно, не знаете ли, где тут работают бетонщики Колбаско? Может, слыхали?
– Слыхали. А вы что, писать про них будете? Вы лучше про нашего Атамурата напишите.
Атамурат Кыясов сидел на кровати, ссутулившись, покраснев от смущения. По-русски он говорил неважно, но товарищи все отлично понимали и переводили мне.
– Я из колхоза Кирова, – сказал он, – это тут, близко, в Тедженском районе. Пришел по комсомольской путевке тянуть воду к своему селу. Дома жена, дочка, мама. Раньше был в колхозе трактористом.
Вода в колхоз Атамурата уже пришла, но он решил вести ее и дальше: вода нужна и другим...
– Потом, когда у всех вода будет, – назад. Хлопок сеять.
Об одном Кыясов умолчал: за отличную работу на строительстве его наградили орденом Ленина.
– А знаете, как переводится его имя? – спросили меня ребята. – Атамурат – гордость отца. Правильное имя.
Они посоветовали мне поискать Колбаско на головном сооружении.
Может быть, бетонщики действительно там? И мы отправились с попутным самолетом в поселок Головное, расположившийся у самой Аму-Дарьи.
Аму-Дарья встретила нас ясным небом и добрым солнышком. Но вода и в реке и в канале, берущем здесь свое начало, коричневая даже под голубым небом. Река несет массу ила и грязи. Это настоящий бич для гидростроителей и эксплуатационников. В голове канала то и дело намывает мели. Люди здесь шутят: «У нас на шее эта голова сидит. День и ночь ее разрабатываем». Действительно, круглые сутки не останавливаются моторы земснарядов, очищающих русло. Образуются мели и дальше, на следующих километрах. Там тоже работают земснарядчики – часовые канала. Они расширяют, выравнивают его, борются с прорывами и заносами. Пройдет еще несколько лет, пока искусственная река «приживется» на новом месте, образует постоянное ложе.
В Головном опять не повезло: бетонщики Колбаско были неуловимы. И все-таки я не отказалась от мысли найти их – решила проехать по каналу до той самой точки, где должна была начаться третья очередь строительства.
И вот, пересев на полуглиссер, мы отправились на восток. До поселка Эксплуатации наш путь лежал через озера, которые еще недавно были мелкими и засоленными. Канал прошел прямо через них, образовав огромные водоемы. вода там очень красивая, сине-зеленая, прозрачная, как в настоящем море, только пресная. Берега терялись в дымке.
Мы увидели настоящее птичье царство. Издали почуяв опасность, поднимались тяжелые гуси. Белые и серые цапли летели к берегу. В одном месте нам встретился даже пеликан. С тех пор, как сюда пришла большая вода, Келисские озера стали излюбленным местом зимовки водоплавающей птицы. Люди меняют географию. Меняются и птичьи маршруты...
Кончились озера, мы опять поплыли по каналу. Впереди, положив на берег гигантскую руку трубы, застыл земснаряд.
– Вот тут работает бригада Бориса Охремчука, – сказал сопровождавший нас инженер Кузин. – Бригадир – человек интересный. Заедем?
Мы сидим в каюте, где живет небольшой экипаж земснаряда, и пьем чай. Борис рассказывает о людях, с которыми ему привелось работать. Он на канале с пятьдесят третьего года. Весь он складный, сильный, говорит неторопливо, обстоятельно.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.