Федоренко долго стоял на углу и размышлял о том, имеет ли он право подвергать свою жизнь опасности. В конце концов страх перед губернатором и полицмейстером Данильчуком взял верх. Федоренко вынул из кармана огромный наган, взвел курок и направился в темноту. Кроме револьвера, Федоренко на всякий случай имел при себе длинный штык. Когда он остановился перед домом Иосифа, пот с него лил ручьями. Дрожащей рукой постучал в дверь.
— Кто там? — спросил высокий мужской голос.
— Свои, открывай!
Дверь отворилась. На пороге стоял Иосиф — маленький, горбатый мужчина в плисовых штанах и широкой, скрывающей горб куртке из мягкой материи. Лицо у него было худое, болезненное, один глаз закрыт черной повязкой. При виде Федоренко Иосиф испуганно отшатнулся.
— Ты чего? — удивленно произнес жандарм и усмехнулся, взглянув на наган в своей руке. — Не бойся, — снисходительно сказал он бандиту и спрятал наган в карман пальто. Старательно прикрыл за собой двери и подошел к столу.
— Ты один?
Иосиф кивнул. На первый взгляд он производил впечатление безвредного грустного калеки. Лишь приближенным Иосифа было известно, какой он ловкий, жестокий и мстительный. Рассказывали, что четырнадцатилетним пареньком он вступил в банду Карася, отравил его и сам стал главарем. Как ни странно, популярность Иосиф приобрел не столько благодаря своему воровскому умению и жестокости, сколько неожиданной для такого человека культуре и начитанности.
Иосиф уже давно не принимал участия в грабежах. Он был главарем: отбирал, делил и продавал награбленное.
Полиция не могла его ни в чем уличить. Во время налетов Иосиф сидел дома с книгой или отправлялся в театр.
Бандита обуревало желание прослыть культурным человеком. Он выписывал десятка два польских и немецких журналов, проспекты крупных книгоиздательств, не пропустил ни одной театральной премьеры. А между тем жил он очень убого. В комнате его не было никакой мебели, кроме стола и узкой кровати. На столе лежало несколько газет, стояла керосиновая лампа и графин с водкой. Очевидно, Иосиф принимал гостей, которые с приходом Федоренко улизнули через черный ход.
— Я пришел к тебе с важным делом. Нас никто не услышит?
— Говори, не бойся, — сказал бандит.
Федоренко нагнулся и долго шептал ему что-то на ухо. Дело, с которым он пришел, было по меньшей мере странным. Но Иосиф не удивился. Посланец полицмейстера Данильчука обещал бандитам полную безнаказанность, если они ограбят несколько еврейских домов в Старом городе. Иосиф уже привык к странным поручениям царской охранки. Первый раз речь шла об убийстве высокопоставленного царского чиновника, находившегося в Лодзи проездом в Берлин. В другой раз поручили ограбить кредитную кассу лодзинских промышленников и захватить находящуюся там папку с документами. За это бандиты получили от охранки такое мизерное вознаграждение, что Иосиф решил больше никогда не иметь с ней дело. На сей раз предложение Федоренко было связано с нападением на еврейские дома и с возможностью поживиться. Тем более что со стороны полиции опасность не угрожала.
— Когда? — спросил Иосиф.
— Сегодня ночью.
— Ни полиции, ни жандармов?
— Никого. Можно даже поджечь пару домов.
Они выпили по рюмке водки, и Федоренко собрался уходить.
— Ну как, договорились? — спросил он напоследок.
— Договорились.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.