В очереди улыбаются и беспокойно переступают, будто у всех вдруг озябли ноги.

Галка с подружкой уже близко от тумбочки, где гремит подносами судомойка.

- Есть там еще?

- Есть, хватит...

В зале вдруг темнеет. Кажется, тугая туча с густой просинью вот-вот заползет сюда: такая близкая и тяжелая. Где-то далеко хохотнул гром.

Галка сунула платочек в карман комбинезона и согнала у переносья брови-ниточки.

- Дождя еще не хватало!... У нас цемент открыт... Поживей там нельзя?

Гром раскатывает теперь широко и мощно. В зале звякнули, всплакнули стекла.

- Цемент у нас открытый! - повторяет Галка. - Успеть бы!

- Ты ведь с ночной?

- С ночной.

- Теперь это не твоя забота.

Вот и тумбочка. Они берут скользкие холодные подносы. Сегодня никто не ворчит, что подносы опять не вытирают.

А грохот нарастает, ширится. Похоже, небо трещит по швам.

- Цемент марки «шестьсот». Высшей марки цемент, - частит Галка и оглядывается на окна.

- Пусть бригадир думает... Шесть человек осталось.

В зал входит парень. Он весь в мазуте, рыжий и смешно лопоухий. Он стоит с минуту, потом спокойно идет к очереди и протискивается впереди Галки. Та брезгливо сторонится, сбив косынку на самый затылок, тычет остреньким кулачком ему в спину.

- Ты!

Но спина, как крепость. Лопоухий не оглядывается. Бубнит вроде бы сам себе:

- Не тычь, не Иван Кузьмич! Двое суток не жрал, тороплюсь на трассу.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• 9
• следующая

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.