Первые дни Люся вела себя так, будто не замечала его. Наконец она не вытерпела:
- Тебе же в другую сторону!
- Ну и что? Я тебе мешаю?
Люся не стала спорить, не сказала твердо, что он не вправе так поступать, что это все равно ни к чему не приведет. Девушка просто промолчала. С того дня Эдик стал ее неизменным спутником по дороге из школы.
Но однажды на остановке у Сытного рынка Люся, взглянув в окно, внезапно оборвала разговор. Побледнев и пробормотав, что ей нужно сойти, она стала пробираться к выходу. Но не успела. Трамвай тронулся. А юноша, смотревший с улицы на Люсю и Эдика, подождал, когда с ним поравняется последний вагон, и привычно вскочил на подножку.
На следующей остановке Эдик вышел вслед за своей спутницей и только тут заметил худощавого невысокого парня в синем костюме. Люся смутилась.
- Мальчики, познакомьтесь, - робко предложила она.
Недобрый, исподлобья взгляд ощупал Эдика, остановился на значке перворазрядника:
- Пошли, поговорим...
И они направились в парк.
... Николая Яблокова Люся впервые увидела у одного из знакомых летом прошлого года. Они
стали встречаться, вместе бывать на танцах, в кино. О Николае Люся знала только, что он слесарь - инструментальщик одного из заводов на Петроградской стороне. Ему 22 года. Хорошо танцует. Окончил, по его словам, десятилетку. Вот, пожалуй, и все. Мало знали о нем и родители Люси. Николай Яблоков казался им одним из тех неплохих ребят, знакомых Люсе по клубным вечерам танцев, на которые она стала ходить еще ученицей девятого класса. И родители довольно благосклонно встретили ее «кавалера».
А «кавалеру» приходилось вовсю лавировать. То надо увильнуть от разговора о поступлении в институт: не рассказывать же, что кое - как окончены всего лишь 7 классов, а не десятилетка; то сделать глубокомысленный вид, когда заходила речь об интересной книге; то скрывать свое прошлое - хулиганские «забавы», попойки, драки.
Эдик ничего этого не знал.
... И вот двое парней в отдаленной аллее парка обстоятельно разбираются в своих «правах» на ухаживание за девушкой. А Люся, стоя в стороне, следит за ними с замиранием сердца.
Правда, Николай обещал ей: «Драки не будет». Он хозяин своего слова. Но Эдик такой горячий! Наконец она облегченно вздохнула: парни пожали друг другу руки, и Николай, усмехаясь, направился к ней. Эдик, не попрощавшись, пошел в другую сторону.
Друг Эдика, Анатолий Хорев, был до крайности возмущен поведением Люси. Однажды, встретив Люсю в коридоре, он отозвал ее в сторону и стал горячо говорить о недостойности ее поведения. Она сначала молча слушала, а затем неожиданно ответила, что, возможно, прекратит дружбу с Николаем: ведь скоро он должен идти в армию.
Опять надежда затеплилась у Эдика. Он отыскал Люсю и пригласил ее в кино.
Люся согласилась.
... Они идут вдоль набережной. Окрыленный надеждами, Эдик парит в мечтах. Вот так бы идти и идти, не расставаясь! Но почему она так мучает его? Если он ей неприятен, то зачем пошла с ним, зачем подарила ему свою фотокарточку?
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.