Это было года два назад. В одно из воскресений Союз французских девушек проводил собрание старшеклассниц средней школы в районе Иври, в Париже.
В тихий полуденный час, когда редко встретишь прохожего на этих узких мощённых торцом улицах, мы подошли к небольшому двухэтажному дому.
Из раскрытого окна доносился взволнованный голос. Говорила девушка. Сначала слова её страстной речи сливались в одну длинную и непонятную фразу, потом наступило минутное молчание.
Мы вошли в дом. В длинной комнате с низким потолком на простых деревянных скамьях сидело около сорока девушек. Это были совсем юные подростки. Перед ними у первой скамьи стояла девушка постарше, она держала в руках журнал «Девушки Франции».
Меня поразили лица девушек. В широко открытых глазах были видны удивление, восхищение и какое-то непреодолимое устремление вперёд. Никто из них не шевельнулся при звуке открытой нами двери: они были целиком захвачены тем, о чём говорила их старшая подруга.
Девушка читала отрывки из дневника Ины Константиновой.
В тот полуденный парижский час француженка говорила о русском городе Кашине... Занесённые снегом тихие улицы, базарная площадь с часами на старинной башне, деревянный домик на Советской, большое светлое здание кашинской школы...
В классах этой школы формировался характер Ины и её друзей. Здесь они учились не только математике и литературе: они учились жить. Глубокое уважение к учителям, дружба с товарищами, светлая юношеская любовь, верность данному слову, жаркие споры на комсомольских собраниях, забота о младших пионерах, мечтательные «хождения по сугробам», поездки в Москву - это и была та дорога, которая привела Ину к подвигу во имя советской Родины.
Двери в жизнь для каждого молодого человека открываются из школы.
* * *
Иностранцы, посетившие нашу страну, изумляются самостоятельности и зрелости мышления советских учащихся.
Для нас это так же естественно, как дышать воздухом.
Недавно английский педагог Парнер из Ливерпуля, выступая на конференции учителей Англии, заявил: «Каждый, кто имел дело с лошадьми, щенятами или маленькими мальчиками, знает, что своевременная порка не только не приносит вреда, а, наоборот, очень полезна». Это, заметьте, говорит не приютский учитель Оливера Твиста времён Диккенса, а учитель обычной школы современной Англии.
Можно ли ждать от учеников этой школы самостоятельности мышления?..
Мне довелось однажды разговаривать с учащимися одного лондонского колледжа. Они организовали «дискуссионный клуб». Всё шло благополучно в этом клубе, пока школьники обсуждали «животрепещущие» темы, вроде «Надо ли уступать место женщинам в метро?», но как только совет клуба предложил послушать доклад «Демократия в Советском Союзе», директор школы наложил свой запрет.
Учащиеся другой лондонской школы вынуждены были скрывать, что они комсомольцы, потому что их могли за это исключить из школы. Коммунистам и комсомольцам не разрешается пользоваться крупнейшими залами и театрами Лондона: Альберт-холлом, Сентрал-холлом, Кингсуэй-холлом, Мемориал-холлом и театром Стеллпикчер. Недавно власти запретили расклеивать в метро плакат «Остановить подготовку к войне», а муниципальный совет лондонского района Марилебон отказался предоставить зал Сеймур-холл под танцы для молодёжи только потому, что этот танцевальный вечер проводило Общество англо-советской дружбы.
Советская школа - это школа воспитания высокого чувства советского патриотизма, гражданского долга, школа высокой культуры и подлинного гуманизма.
Недавно в одной из московских школ ученик ушёл с урока в кино. На другой день он стоял смущённый и пристыженный перед своими товарищами, осуждавшими его поведение. Ученик понял, что поступил дурно. Но когда товарищи сказали, что он ходил смотреть пустой и глупый фильм «Индийская гробница», у мальчика задрожали губы от обиды. «Я смотрел «Повесть о настоящем человеке»!» - сказал он взволнованно.
На Западе и в Америке есть немало любителей поговорить о «большой культуре», о влиянии этой «большой культуры» на человека.
В своё время много говорили о высокой «культуре» немцев, об их первоклассной технике, аккуратности. И что же? Немецкие культуртрегеры побывали в Париже. Что осталось от памятников Гюго и Вольтеру? Пустые постаменты. Немцы не были в Лондоне, но лондонцы должны знать, для чего гитлеровцам была нужна их высокая техника: руины до сих пор стоят в Сити и в районах лондонских доков. Немецкая техника нужна была гитлеровцам для оснащения Майданека, Освенцима и Бухенвальда газовыми камерами...
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.