Мы забегали и завозились быстрее прежнего, и через минуту весь угол был чист. Я поставил метлу и подошел к Колесникову.
- Ну что вы еще дадите делать? - тихо спросил я у него.
- Уж больно ты любопытный, - передразнивая меня, сказал Колесников, - ты лучше нос вытри.
Я схватился за нос. Колесников засмеялся.
- Как аукнется, так и откликнется, - сказал он.
Я отошел в сторону.
«Чего он мучает нас, - думал я, смотря на него, - расспрашивает, что мы умеем делать, а посылает за маслом, заставляет подметать и вдобавок еще насмехается».
- Идите-ка сюда, - позвал он нас к тискам, - ну, начинайте работать вприглядку. Что я делаю?
- Пропиливаете канавку в шайбе, - сказал Илья.
- Для чего эта канавка?
- Для шпонки.
- Так, так... А теперь молчите и не дышите. Ругая Колесникова, я сомневался – лучший ли он слесарь и не барахло ли он вообще? Но через полчаса я смотрел на его руки, как голодная собака на кусок хлеба, и старался подметить и перенять у него каждое движение.
Несколько раз я пытался заговорить с ним, но Колесников, посапывая, работал и ни разу не обернулся в мою сторону. Коричневые капельки набегали у него на кончик носа, мне хотелось указать ему на это, но я уже боялся обидеть старика. И только часа через два, когда прогудел гудок, Колесников, собрав инструмент и положив его в ящик, сказал:
- Ну, ребята, испытание вы выдержали. Схожу - ка я к начальнику цеха насчет вас поговорить. А вечером с Дарочкиным на собрании поговорю.
- Какое испытание? - удивился Михайловский.
- Насчет чего с Дарочкиным? - спросил я.
- Насчет любопытства твоего, - засмеялся Колесников и повернулся к Михайловскому, - завтра вы с каких пор на заводе?
- С девяти. До девяти в школе.
- Ага... Ну и кройте прямо ко мне. Что он такое задумал?
23 сентября. С девяти мы пошли в механический цех.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.