Сальвадор выставил сторожевое охранение, опасаясь внезапного флангового удара, и приказал готовиться в обратный путь. Педро все еще стоял, не двигаясь. Силы как будто покинули его. Один из тринадцати сказал вполголоса, что в конце концов неизвестно, может, Гассан и не убит. Он тоже видел, как тот упал, но кто знает, может быть, его рана не смертельна?
- О ком ты говоришь? - дико закричал Педро. - О Гассане? Об иностранном товарище, сержанте?
- Да, комиссарио, я видел, как его скосило. Но, может быть, он не убит, а только ранен.
- А кто сказал, что он убит? - закричал Педро. - Кто сказал? Кто?
Никто не ответил.
- Где это случилось?
- Там, под горой...
- Пойдем, покажи мне дорогу.
- Комиссарио, - Сальвадор преградил Педро путь. - Мы теряем время. Каждую минуту можно ждать контрудара. Нас могут отрезать.
- Что ты хочешь предложить? - выжидательно спросил Педро. - Может быть, бросить раненого товарища?
- Он один, а нас много, - решительно произнес Сальвадор.
Педро почувствовал, как в нем поднимается ярость и возмущение, но сдержал себя... Никакой опрометчивости! Спокойствие и выдержка!...
- Оставь троих, - обратился он к Сальвадору, - пусть они ждут нас здесь. А сам с остальными займи ту вершину, где залегли четверо наших, и жди меня.
К Педро вернулась вся его энергия.
- В мое отсутствие командование принимает Сальвадор... А ты, - обратился Педро к бойцу, - живо покажи мне, где лежит раненый. Винтовку отдай товарищу, а сам захвати гранаты.
Педро вместе с бойцом бросились вверх по склону. Бежать пришлось недолго: за порослью лежал Гассан. Тело его было сведено судорогой, колени подтянуты к подбородку, он стонал. Педро нагнулся, ощупал его лицо, попробовал его поднять, но Гассан застонал еще сильней, и Педро выпустил его. Подошел боец.
- Там лежит Диего - мертвый, - сказал он.
- Беги назад и приведи еще двух товарищей. Третий пусть ждет нас там. И мертвого мы не можем оставить... Живей, торопись!
Боец побежал. Педро остался один. С величайшей осторожностью он попытался устроить раненого поудобнее. Лицо Гассана было покрыто холодным потом; губы плотно сжаты. Педро вытер ему лицо и придвинулся почти вплотную к его уху.
- Ты узнаешь меня, Гассан? - спросил он. - Ты узнаешь меня, друг, брат?.. Это я, Педро... Узнаешь?.. Мы спасли вас... тебя... Гассан, дорогой, ты узнаешь меня?
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.