Покушение на планету людей

Федор Бурлацкий| опубликовано в номере №1407, Январь 1986
  • В закладки
  • Вставить в блог

Отец. Черный? Какой же вы черный?

Мария. Его прабабушка по матери была черной.

Отец (закипая). Я не могу понять, что здесь происходит. При чем здесь прабабушка, при чем здесь черный? Я пришел сюда, чтобы поговорить со своей дочерью, и прошу вас, мистер Авель, предоставить мне эту возможность. Разве я не имею права на этот маленький знак внимания, в конце концов?

Авель. Имеете, сэр. Но вот как Мария? Выдержит ли она разговор с вами наедине, сэр? Она еще не окрепла после дубинок, сэр.

Мария. У меня нет секретов от Авеля, папа. Кроме того, ты, наверное, будешь говорить о политике. О нашей демонстрации. Но об этом тебе лучше поспорить с Авелем.

Отец. Что за игру ты затеяла со мной, девочка моя? Или, вернее, в какую игру тебя увлек этот странный парень...

Мария. Никто меня не увлек, отец. До всего я дошла сама, своим умом. А уж если кто-то меня довел, то, говоря начистоту, это был ты, именно ты.

Отец. Я?! Я люблю тебя, тебя одну всю мою жизнь. Еще задолго до твоего рождения я знал, что ты придешь. Я ждал тебя. После смерти Берты я не любил никого, кроме тебя...

Мария. Я не застала Берту. Мне говорили, что она была хорошей женщиной. Быть может, если бы она была моей матерью, все было бы иначе. Но мою мать ты не любил никогда.

Отец (пауза). Да, это правда. Я не любил твою мать. Я женился на ней только для того, чтобы была ты. Я так был поглощен своим делом, что у меня не хватало ни сил, ни времени, ни на что другое. И ты, одна ты всегда была моим прибежищем, нитью, которая связывала меня с жизнью. И вот теперь ты бросаешь меня, ты уходишь...

Мария (насмешливо). У тебя остается твое дело, твоя бомба. Она всегда была моей соперницей. И вот она победила. Я освобождаю тебя — для нее. Иди! Что же ты медлишь?!

Отец (потрясенно). Когда-то ты гордилась своим отцом...

Мария (печально). Да, я гордилась гобой всю мою жизнь.

Отец. И что же? Что произошло? Что переменилось?

Мария. Все рухнуло. Рухнуло в один день. Рухнуло, когда я поняла, чем ты занимаешься...

Отец. Чем я занимаюсь? Я работаю на безопасность Америки.

Авель. Безопасность... оборона... Этими словами полковник Оуррен держал всех нас в подземелье три года. Ровно три года я просидел в бункере у пульта, вернее, у замка, простого замка наподобие зажигания в автомашине. Просидел в ожидании приказа повернуть ключ направо до конца. Спиной ко мне сидел мой дружок Джо, он должен был сделать вместе со мной — то же самое. И тогда разверзлась бы земля и ракета, начиненная атомной смертью, взмыла бы в воздух...

Мария. А до этого он плавал на атомной подводной лодке. Там была какая-то неисправность... И теперь мы не сможем родить тебе внука, отец.

Отец (примирительно, Авелю). Я понимаю ваши чувства. Это тяжелая работа. Но кто-то должен ее делать, не так ли? Она по плечу только мужественным людям. Я рад пожать вашу руку. (Протягивает руку, но она повисает в воздухе.)

Авель (вежливо). Сэр?

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 12-м номере читайте о судьбе эсерки Марии Спиридоновой, проведшей тридцать два из своих пятидесяти семи лет в местах лишения свободы, о жизни и творчестве шведской писательницы Сельмы Лагерлеф, лауреата Нобелевской премии по литературе, чья сказка известна всем нам с детства, об одном из самых гениальных  и циничных  политиков Шарле-Морисе Талейране, очерк о всеми любимом талантливейшем актере Вячеславе Тихонове, новый остросюжетный роман Георгия Ланского «Право последней ночи» и многое другое…

Виджет Архива Смены

в этом номере

Провожая в армию

Девять парней одного призыва. Начало

Молодой коммунист. Что сделано

Навстречу XXVII съезду КПСС

Половодье

Рассказ