Кислород в июле

Надежда Панченко| опубликовано в номере №1737, Июль 2009
  • В закладки
  • Вставить в блог

Вырыпаев о новом фильме

Вырыпаев дебютировал в кино три года назад с фильмом «Эйфория». Картина сразу же получила несколько престижных премий, в том числе на Венецианском фестивале. В июле выходит новый фильм, римейк знаменитого спектакля «Кислород». Фильм состоит из авангардных музыкально-драматических произведений. Музыку к ним писали Олег Костров, Андрей Самсонов, Айдар Гайнуллин, группа «Маркшейдер кунст» и другие. Жанр – «притча в стиле рэп».

– Почему в июле выходит фильм «Кислород», а не «Июль»?

– Я бы снял фильм по пьесе «Июль», но кто же мне даст на это денег? А «Кислород» мы сделали с прекрасными людьми из компании «Красная стрела». И вот он выходит в июле. А что – чем плох месяц? По-моему отлично. Лето. Пошли в кино, посмотрим «Кислород». Отлично.

– Вы перестали играть «Кислород» в театре, потому что спектакль перестал должным образом резонировать со временем?

– Потому что я перестал сопереживать тому, что происходит, я стал старее. И вообще все нужно заканчивать вовремя, пока не развалилось.

– Каким способом текст «Кислорода» перенастроен в кино, чтобы он опять «выстрелил»? И стояла ли вообще такая задача?

– Мы сняли и смонтировали текст. И это работает, мы уже проверили. В кого попадет, в кого нет, это уже от человека зависит. Но главный принцип – чтобы все работало одновременно: и текст, и картинка, и музыка, а в итоге появляется нечто еще, и появляется это не на экране, а в душе у зрителя. Во всяком случае, я надеюсь на это.

– Как Вы вообще относитесь к кино? И какое кино Вы любите?

– Я в кино человек необразованный. Фильмов смотрю мало. Если честно, то почти вообще не смотрю. Я не боюсь повториться или быть на какого-то похожим, поэтому я не наблюдаю за развитием новых форм в кино. Но смотрю жанровые фильмы, такие как «Бэтмен» и «Пираты Карибского моря». А вот последний фильм, который я посмотрел и мне он очень понравился, это фильм Кауфмана «Нью-Йорк – Нью-Йорк». Вот фильм для меня.

– Для Вас не было неожиданностью то, что Вы, театральный режиссер, стали снимать кино?

– Да как-то так вот занесло. Хотелось снять только «Эйфорию», и все. А потом потребовались деньги и пришлось снимать «Кислород». В кино ведь платят такие бешеные деньги, в театре мы столько не получаем. Захотелось доделать то, что не получилось в «Эйфории». Возник профессиональный интерес. Ну и потом судьба, как говорится.

– Театральные режиссеры, снимающие кино, делают особенные фильмы. Это объясняется тем, что в кино привносится некая театральность?

– Самое ценное, что я пытаюсь принести в кино из театра, – это зритель. Я привык чувствовать зрителя, как он смотрит. Когда ставишь спектакль, то ставишь его, сидя в зрительном зале. И вот по такому же принципу я пытаюсь сделать и фильм. Правда, я ориентируюсь на свою театральную публику, а это немного народу. Для продюсеров это проблема с прокатом. Короче говоря, на мне не заработаешь.

– Есть ли что-то такое, о чем Вы готовы кричать, так сильно Вас это волнует?

– Есть вещи, которые меня сильно волнуют, но я не буду говорить о них в фильме. Фильм – это не исповедь. Личную жизнь впрямую в искусство я не впутываю. Конечно, она как-то сказывается, но ровно в той мере, в какой от настроения повара зависит качество приготовленного блюда.

– Какие преимущества есть у семьи, в которой муж режиссер, а жена – актриса?

– Никаких.

– Есть ли такое место на земле, где бы Вы чувствовали себя «в своей тарелке»?

– Да. Не могу сказать, где оно. Но в этом месте я бываю минимум два раза в день. И там я чувствую себя дома.

– Признаете ли Вы авторитеты? Если да, кто для Вас является авторитетом?

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 1-м номере читайте о встрече одного из наших авторов с Валентином Пикулем,  о жизни и  деятельности академика Игоря Васильевича Курчатова,  об уникальной  судьбе уникальной женщины  русской эмигрантки Нины Буровой,  об истории создания двойного портрета «Арлекин Пьеро»,  об интересном эпизоде в жизни художника Ван Гога, окончание детектива Александра Аннина «Жестокий пасьянс» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этой рубрике

Любимая картина Хемингуэя

Полотно Жоана Миро «Ферма»

Искусство глазами медбрата

Бело-розовое сало и многое другое

в этом номере

Ставок больше нет

Российских игроков ждут Макао и Монако, а крупье – биржа труда

Три судьбы в одной

Княжна Тараканова

Отпор железным мухам

7 вопросов Астамуру Тедееву, одному из разработчиков Концепции правового регулирования интернет-отношений