Тиара царя Сайтоферна

Ирина Опимах| опубликовано в номере №1737, Июль 2009
  • В закладки
  • Вставить в блог

Легенда о том, как одесситы обманули экспертов Лувра

История о тиаре царя Сайтоферна давно стала легендой. В конце XIX века внимание просвещенного мира было приковано к раскопкам в Северном Причерноморье – тут, на землях, где когда-то располагались богатые греческие города, чуть ли не каждый год находили удивительные образцы древнего искусства – скульптуры, предметы быта, ювелирные изделия. Торговля древностями шла полным ходом и давала хорошие доходы.

Поближе к раскопкам решили перебраться и братья Гохманы, имевшие в Одессе лавку колониальных товаров. Открыв антикварный магазинчик в Очакове, они принялись активно приторговывать древностями. Но очень скоро обнаружилось, что иногда поток этих древностей иссякает. Тогда предприимчивые одесситы решили перемежать подлинные античные артефакты фальшивками и предлагать их не очень сведущим богачам, снедаемым острым желанием украсить свой дом произведениями античных мастеров. Параллельно продавали «артефакты» и в музеи.

Начали с производства фрагментов мраморных плит, на которых выбивались надписи на древнегреческом языке. Потом занялись изделиями из золота. Первым на удочку Гохманов попался некий господин Фришман, богатый коллекционер из Николаева. Однажды в его доме появились бедные крестьяне из села Парутино, которые в своем огороде случайно обнаружили очень красивые вещи – может, господин Фришман посмотрит? Господин Фришман, конечно же, посмотрел и тут же купил «старинные» кинжал и корону, заплатив 10 000 рублей.

Гохманы были в восторге – эта сделка принесла им 8000 рублей чистого дохода! Позже Фришман все же решил показать кинжал и корону экспертам. Каково было его разочарование, когда оказалось, что украшение его коллекции древностей – фальшивка! А парутинские крестьяне как сквозь землю провалились.

Шепсель Гохман после этой истории понял – дабы не попасться, нужно искать более умелого ювелира. И он его нашел! Человека, который принес братьям огромные деньги и славу величайших мошенников ХХ века, звали Израиль Рухомовский. Жил он в Одессе, занимался чеканкой и ювелирным делом.

В 1895 году Гохман попросил Рухомовского сделать золотую «тиару царя Сайтоферна» якобы в подарок знакомому археологу. Снабдил мастера русскими и немецкими фолиантами, каталогами крупнейших музеев. Семь месяцев делал Рухомовский эту тиару и получил за работу огромные по тем временам деньги – 1800 рублей.

…Золотые кольца, серьги, посуда, пряжки, когда-то скреплявшие одежды древних греков, – директора Императорского музея Бухер и Лейшинг пришли в восторг от вещей, которые выкладывал из своего вместительного саквояжа господин Гохман. И тут визитер вынул еще один сверток, развернул его и произнес: «А теперь, господа, тиара царя Сайтоферна!»

Перед пораженными австрийцами предстала сияющая золотая тиара – древняя чеканка изумительной работы. Выполненная из тонкой золотой полосы, высотой 17.5 см, она была украшена горизонтальными фризами. На самом широком, среднем, фризе изображались сцены из гомеровских «Илиады» и «Одиссеи». Нижний, второй по ширине, фриз тоже был украшен чеканкой: скифский царь охотился на крылатого зверя, а в это время богиня победы Ника увенчивала царя лавровым венком.

Нижний и средний фризы разделяла полоса с надписью: «Царю великому и непобедимому Сайтоферну. Совет и народ Ольвии».

«Прошлым летом раскапывали скифский могильник и обнаружили захоронение скифского царя Сайтоферна и его супруги. Там и нашли эту прекрасную тиару», – объяснил Гохман.

Почти все, найденное в Причерноморье, шло в российские музеи, а в Европу попадали какие-то крохи, поэтому завладеть таким сокровищем для австрийцев было большой удачей. Конечно же, во избежание обмана, они пригласили экспертов, археологов и искусствоведов, и те ни на минуту не усомнились, что тиара – подлинное произведение античных мастеров. Кое-кого, правда, смущала столь идеальная сохранность изделия, но отдельные скептические голоса заглушил хор восторженных экспертов.

Было принято решение купить тиару. Начался торг. И тут очаковский негоциант заломил такую цену – 200 тысяч рублей, что Венский музей вынужден был отступиться. Везти тиару обратно в Россию не хотелось. И тогда пройдоха Гохман встретился со своим венским коллегой, антикваром Антоном Фогелем и его помощником маклером Шиманским. После чего тиара оказалась в Париже, в кабинете директора Лувра мсье Кемфена. Снова восторги, вопросы, экспертизы… И, наконец, заключение – тиара подлинная, это настоящий шедевр греческого искусства, вполне достойный украсить коллекцию луврского отдела древностей.

Так тиара перешла к Лувру, а антиквары, получив за нее 200 тысяч франков, поспешили покинуть французскую столицу. Деньги разделили по справедливости – Фогелю достались 74 тысячи, Шиманскому – 40 тысяч, а Гохману – 86.

1 апреля 1896 года Лувр официально сообщил о новом приобретении. В музей повалили толпы любителей истории и археологии и просто зеваки. Никто не мог пройти мимо выставленной в зале античного искусства тиары скифского царя. Совершенство чеканки, живость фигур, динамика сцен, мягкий свет золота завораживали всех.

Прошло несколько лет. Парижане привыкли к тиаре царя Сайтоферна, дорожили ею и с гордостью показывали гостям столицы. Статьи о скифском царе и его тиаре вошли во все каталоги Лувра и в ученые монографии.

Но вот в начале марта 1903 года в парижской газете Maten появилось сообщение о том, что некий монмартский скульптор и художник Эллин Майенс, привлеченный к суду за подделки картин, заявил, что он занимался и подделкой античных произведений. В частности, знаменитая тиара царя Сайтоферна, хранящаяся в Лувре, – его рук дело. В этом легко убедиться – тиара спаяна методом, неизвестным во времена Древней Греции.

Газета Maten напечатала также заявления двух бывших одесситов – парижского ювелира мсье Лифшица и мадам Нагерборг-Малкиной. Эти господа утверждали, что тиару сделал вовсе не Майенс, а одесский мастер Израиль Рухомовский, они сами видели, как он трудился над царским шлемом.

После такого заявления нервы дирекции Лувра сдали – они изъяли тиару из экспозиции, потребовали возбудить дело против шайки мошенников, продавших музею фальшивку, и привлечь к делу Лифшица, Малкину и самого Рухомовского, если он действительно существует.

Найти Рухомовского в Одессе оказалось совсем не сложно. Он сказал, что готов ехать, если ему дадут нужную на путешествие сумму, и 5 апреля 1903 года прибыл в Париж. Французское министерство создало специальную комиссию по расследованию этого дела. Возглавил ее Шарль Клермон-Ганно, член Академии наук, один из самых известных ученых Франции. В комиссию пригласили видных археологов, историков, специалистов по античному искусству.

Весь Париж говорил о тиаре и версиях ее происхождения. На первых полосах газет появились фотографии ее предполагаемого автора, а один экстравагантный богач даже предложил Лувру продать ему тиару за 250 тысяч франков, но только если она будет признана фальшивкой!

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 6-м номере читайте о жизни и творчестве нашего великого поэта Николая Некрасова,  «феномене Страны Советов» - детских железных дорогах, о самом знаменитом композиторе своего времени Франце Йозефе Гайдне, о «подлинном гении гравюры» Евграфе Чемесове,  о популярнейшем актере Александре Калягине, новый детектив Андрея Быстрова «Зеркальная угроза»  и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этой рубрике

Константин Кинчев: «Я — не великий!»

Легенда рок-сцены — о правде, «самости» и «гитаре-кормилице»

в этом номере

Кто подставил художника Виноградова?

Впервые за 16 лет Юрию Михайловичу Лужкову было отказано в удовлетворении иска о защите чести и достоинства.

Кругом враги

5 причин не выходить в Интернет

Отпор железным мухам

7 вопросов Астамуру Тедееву, одному из разработчиков Концепции правового регулирования интернет-отношений