Тэа Тауэнтцин. «Любовь моя последняя»

Тэа Тауэнтцин| опубликовано в номере №1738, август 2009
  • В закладки
  • Вставить в блог

Детектив. Перевод с немецкого Нелли Березиной

Окончание. Начало в № 7-2009

– Черт меня подери, если я вру, господин комиссар, – говорил хозяин бара «Бонбоньерка».

У него – невыразительное одутловатое лицо с хитрыми глазами, грубо очерченным ртом и боксерским носом. Костюм в яркую клетку, галстук и шелковая рубашка выглядят дорогими, на мизинце – кольцо с бриллиантом.

Вчера он был в Регенсбурге на свадьбе, поэтому Фрайтаг не мог его разыскать.

Сегодня же вечером в баре было почти пусто, и на танцплощадке никого. Два длинноволосых молодых официанта слонялись в глубине бара, а четверо музыкантов сонно настраивали свои инструменты. Жизнь здесь просыпалась после девяти.

– Какое мне дело до Осси Шмерля? – продолжал хозяин бара. – Ради этого висельника давать ложные показания? Да упаси меня Боже! Вон там, на том стуле, – воскликнул он и показал коротким толстым указательным пальцем на красный табурет у стойки. – Вот тут он сидел как приклеенный до четырех утра. Опрокинул от пяти до десяти двойных.

– Двойных чего?

– Виски, пожалуй. Барменша скажет точнее. Где-то без четверти пять вошел Шутцманн, и мы все вместе отправились домой. Шутцманн подтвердит это.

Фрайтаг отмахнулся:

– Мне это ничего не даст. То, что Шмерль позавчера ночью был здесь, не вызывает у меня сомнений. Я хотел бы знать, от которого и до которого часа он был в баре, а не как долго.

Хозяин возмущенно вскинул руки.

– Мы же не отмечаем по секундомеру, господин комиссар, когда гость приходит и уходит. Полагаю, Шмерль пришел где-то между двумя и половиной третьего. Ахенваль был уже здесь, и…

– Ахенваль? – удивился Фрайтаг.

– Да, и довольно долго. А потом они о чем-то спорили.

– Что вы называете спором?

– Если у одного одно мнение, а у другого другое… Но в таких случаях я никогда не слушаю. Может, Додо знает больше?

– Кто это – Додо?

– Барменша. Должна вот-вот придти. Ахенваль покинул бар довольно разозленный, а Шмерль остался. Тут, на этом табурете. И в этом я могу поклясться. Не из симпатии к Шмерлю, а потому, что так и было. Шмерль никак не мог убить Ахенваля, тот ушел отсюда живехонький. А Шмерль до пяти не сдвинулся с места.

– За что, собственно, Шмерль дал вам пятьсот марок?

– На пропой, на что же еще? Или вы думаете, что за ложное показание? Пять сотен? Вы меня плохо знаете…

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 11-м номере читайте о Леонардо да Винчи XX века» Александре Леонидовиче Чижевском, о жизни и творчестве Александра Вампилова, беседу с писательницей Викторией Токаревой,  неизвестные факты жизни и творчества Роберта Льюиса Стивенсона, окончание детектива Наталии Солдатовой «Проделки Элен» и многое другое.

 



Виджет Архива Смены

в этой рубрике

Сомерсет Моэм. «Любовь и русская литература»

Рассказ. Перевод с английского - Виктор Вебер

в этом номере

«Архитектура должна быть аттракционом»

Считает культовый немецкий архитектор Сергей Чобан

Парижский романс

Эдуард Хиль был воплощением оптимизма на советской эстраде

Бордо, край высоких вин

«…как начали мы, братец, пить… Штабс-ротмистр Поцелуев… такой славный! усы, братец, такие! Бордо называет просто бурдашкой…»