Три судьбы в одной

Светлана Бестужева-Лада| опубликовано в номере №1737, Июль 2009
  • В закладки
  • Вставить в блог

— Мертвые, что ли, встают из гробов в этой стране? — воскликнула Екатерина. Однако то была подлинная княжна Владимирская, Анастасия Андреевна, в замужестве — миссис Ли. Потеряв мужа и двух сыновей во время войны Америки с Англией за свою независимость, она решила вернуться на родину и с изумлением узнала, что ее обвиняют в предъявлении прав на российский престол. Да и вообще — сидит в тюрьме, и ее допрашивают палачи...

Анастасия Андреевна поспешила к императрице, чтобы заявить, что она ни на что не претендует. Екатерина предложила Анастасии пожить в монастыре на правах гостьи. Избран был Ивановский женский монастырь в самом центре Москвы. Там княжне Владимирской предоставили прекрасные покои с садом перед окнами и все ее приказания выполнялись мгновенно.

Анастасия поняла все правильно: через какое-то время она постриглась в монахини под именем Досифеи. На этом пострижении была, пожалуй, вся Москва, искренне верившая, что в монахини уходит «всклепавшая на себя имя».

Монахиня Досифея прожила еще почти сорок лет в монастыре. Похоронили ее в Новоспасском монастыре, в усыпальнице бояр Романовых, как последнюю представительницу этого рода — боярского, не царского. Еще одна загадка, кстати, так и не разгаданная. На серой плите значились лишь монашеское имя и день кончины — 4 февраля 1810 года.

Дотошные историки утверждают, что княжна Владимирская — это изощренная выдумка самой Екатерины, спрятавшей под этим «псевдонимом» подлинную дочь императрицы Елизаветы и ее морганатического мужа, графа Алексея Разумовского. Потому и допрашивала она несчастную самозванку-иностранку с таким пристрастием, что знала о существовании вполне законной наследницы Елизаветы. И успокоилась только тогда, когда возможная соперница сама явилась к ней, а затем позволила постричь себя в монахини и удалилась от мира.

Что же касается «княжны Таракановой», то такой женщины не существовало нигде, кроме страниц литературных произведений. По сути дела, это псевдоним дочери Елизаветы, которая могла бы так назваться, не сочти ее опекуны более уместным титул княжны Владимирской. Этот образ получил куда большую популярность, чем две живые женщины, послужившие его прототипами.

Может быть, подлинной дочери Елизаветы на самом деле и не было? Просто на долю одной женщины выпало сразу три судьбы?..

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 12-м номере читайте о судьбе эсерки Марии Спиридоновой, проведшей тридцать два из своих пятидесяти семи лет в местах лишения свободы, о жизни и творчестве шведской писательницы Сельмы Лагерлеф, лауреата Нобелевской премии по литературе, чья сказка известна всем нам с детства, об одном из самых гениальных  и циничных  политиков Шарле-Морисе Талейране, очерк о всеми любимом талантливейшем актере Вячеславе Тихонове, новый остросюжетный роман Георгия Ланского «Право последней ночи» и многое другое…

Виджет Архива Смены

в этой рубрике

Неожиданный взгляд на русское кино

Онфлёрский фестиваль российского кино уникален, как минимум, для Европы. Судите сами…

Паоло Веронезе

Картина «Пир в доме Левия»

в этом номере

Барселона

Фотопутешествие с Юлианом Рибиником

Деньги любят счет. Победный!

Наш обозреватель ищет объяснение громких спортивных побед России

Презумпция виновности

Яна Яковлева о произволе наших силовых органов