Марьяна Спивак: «Театр позволяет увидеть себя со стороны»

Елена Воробьева|24 Марта 2015, 13:53| опубликовано в номере №1797, Июль 2014
  • В закладки
  • Вставить в блог

 

 

Ей прочили актерскую карьеру с детства. Да иначе и не могло быть. Первый «выход» на съемочную площадку случился еще до ее рождения: мама, актриса Екатерина Васильева, тогда снималась в фильме «Прощание славянки», режиссером которого был дедушка Марьяны -  Евгений Васильев.  Ее отец - Тимофей Спивак – известный актер и режиссер («Шел четвертый год войны», «Американская трагедия»). Бабушка – народная артистка РСФСР Жанна Прохоренко («Баллада о солдате», «Калина красная»).

Правда, в детстве девочка не собиралась стать артисткой, а хотела быть  ветеринаром, потом журналистом, переводчиком, но в результате все же выбрала… театр. И не ошиблась: выпускницу Школы-студии МХАТ сразу заметил и пригласил в свой театр сам Константин Аркадьевич Райкин. Так из одной творческой семьи Марьяна Спивак попала в другую – в «Сатирикон», по признанию актрисы, он стал для нее вторым домом.

Марьяна, не жалеете о своем выборе?

- Конечно, нет! Мне кажется, это самая лучшая профессия из всех существующих! На сцене актер проживает бесконечное количество судеб, сцена дает то, что человек, может быть, никогда не испытает в своей жизни. Там ты заряжаешься какой-то особой энергией… Это невозможно выразить словами, это чувство надо испытать самому. Я люблю сцену за то, что она дает возможность быть всегда разной. За возможность импровизации, за то, что все действие происходит здесь и сейчас. За те секунды, когда ты видишь, как меняются глаза твоего партнера… Каждый раз на сцене ты проживаешь судьбу своего персонажа как в первый раз. Кино – это другое. Несколько дублей – и все. Когда фильм вышел на экран, уже ничего изменить нельзя. А в театре артист выходит и играет, может быть, уже в пятидесятый, в сотый раз один и тот же спектакль, и никогда не будет одинаковым: он растет, развивается, иногда – умирает… Он всегда абсолютно разный. Театр - это особая стихия… Я не представляю своей жизни без театра. Это и есть моя жизнь.

- Что нового в творческой жизни происходит у вас сегодня?

- В театре «Сатирикон» только что состоялась  премьера спектакля «Кухня», в постановке Константина Райкина  по пьесе  английского драматурга  Арнольда Уэскера. Это самая известная его пьеса, ее много ставили по всему миру, но в Москве на профессиональной сцене она ставится впервые. Константин Аркадьевич говорит, что эта постановка - своего рода «завещание» Петра Наумовича Фоменко: когда-то он обмолвился, что эту пьесу, наверное, невозможно поставить... разве что Райкин возьмется, со своими артистами. Вот он и рискнул. Действие происходит на кухне ресторана, Кухня является здесь  своеобразной моделью мира, каждый человек в котором - винтик в огромном механизме, и если он сломается - стоп-машина! Мир остановится. Но скоро найдется новый винтик, про человека забудут, и механизм снова закрутит своими шестеренками... В спектакле занята почти вся труппа театра, двадцать семь человек одновременно находятся на сцене. Пьеса многонациональная, многие персонажи говорят с акцентами, что четко прописано у автора, Арнольда Уэскера. Константин Аркадьевич пригласил консультантов для работы над  спектаклем, по языкам: греческому, немецкому, итальянскому, английскому. Моя героиня француженка, но свой акцент я «снимала» самостоятельно, слушала французскую речь в интернете, общалась со знакомыми обрусевшими французами. Так же были приглашены  консультанты по кулинарному делу. Театр очень ответственно отнесся к профессиональной подготовке артистов для спектакля, мы даже  стажировались в Центре подготовки персонала при «Кофемании». Девочки обучались по специальности «официантка», мальчики практиковались на кухне, учились профессионально резать овощи, разделывать мясо, рыбу, жарить-парить… Мы должны были быть хорошо подготовлены, чтобы со сцены все наши действия выглядели правдоподобно, отлажено. Конечно, это был очень интересный опыт, к тому же теперь «на черный день» освоена новая профессия(улыбается).

- Вы  блистательны в трагедиях  «Ричард Ш», «Король Лир»,  а в ближайшем будущем не ожидается премьерных постановок по пьесам великого Шекспира в год его 450- летия?

- С Шекспиром мы неразлучны! Недавно у нас в театре состоялась премьера «Отелло»,  в постановке Юрия Бутусова. Я играю Дездемону. Хотя изначально вместо Отелло планировалась постановка «Трех сестер»,  но, как часто бывает у Бутусова, планы поменялись в процессе репетиций практически в последний момент. Два месяца мы репетировали Чехова,  а за неделю до отпуска было принято решение взяться за Шекспира...  Голова шла кругом, оставался всего месяц до премьеры, и поднять такую махину в такой короткий срок казалось нереальным. Нас спасла только безоговорочная вера и любовь к режиссеру, с которым после выпуска «Чайки» мы стали почти родными. В  «Чайке» Бутусов выходит на сцену вместе с нами, он перешагнул границу между режиссером и актерами,  побывал на нашей стороне поля, и это, конечно, был очень  смелый шаг, изменивший и нас, и его. Для меня работа с Бутусовым - это счастье, то, ради чего стоило заниматься профессией. Он никогда не бросает свои спектакли, если есть возможность  - приезжает, смотрит, что-то меняет, исправляет. Эти изменения своего рода тренинг - постоянные репетиции не дают актерам  расслабиться, зачерстветь, заскучать.

Что же касается Шекспира, то сейчас у нас в театре начались  репетиции спектакля «Укрощение строптивой», который ставит Яков Ломкин. Это будет уже третья моя работа под руководством Якова Сергеевича, в «Сатириконе» несколько лет назад мы выпустили спектакль «Оглянись во гневе», на малой сцене, и еще был антрепризный спектакль «Другие» по пьесе Сартра «За закрытыми дверями». В «Укрощении» я играю роль Катарины.  Очень интересно, что из этого получится, приходите осенью к нам  на премьеру!

 – Актер должен все время думать: «Зачем я играю эту роль? Для чего выхожу на сцену?»…

– Конечно, иначе для чего вообще заниматься этой профессией? Всегда и во всем надо искать смысл. Как говорит режиссер Виктор Рыжаков - современный театр может удивить только искренностью. Если не искать для себя этих смыслов, не отдавать себя на сцене без остатка – по-настоящему, искренне веря в то, что ты делаешь - скучно будет не только тебе, но и зрителю в зале. Ведь театр не может существовать без зрителя. Но и «Без театра нельзя» (слова  Сорина в «Чайке» Чехова)…  Часто людям не хватает времени, да и желания разбираться и копаться в своей жизни. А театр позволяет увидеть себя со стороны. Это бывает очень полезно.

В театре существует незримая нить, связывающая актера со зрителем. Это удивительное чувство, когда ты понимаешь, что тысячный зал, как один живой организм, затаив дыхание, внемлет тому, что происходит на сцене. Когда зрители настолько захвачены действием, что забывают, что пришли в театр, когда они дышат с нами, артистами, одним воздухом, живут вместе с нами – сейчас, сию секунду. Это настоящее актерское счастье… И если удается так «взять» зрителя, понимаешь, для чего нужна твоя профессия. Но для этого надо по-настоящему «гореть» своим делом, любить свою работу. Бессмысленное воспроизведение роли превращает артиста в ремесленника, в робота, а роль – в зазубренный скучный урок. Тогда и актер не растет, не развивается, и зритель не подключается эмоционально, ничего не выносит для себя после спектакля.

– Марьяна, а кто «зажег» вас? Вы родились в творческой семье, и актерская судьба была предопределена?

–  Я выросла в актерской семье, и горжусь своей принадлежностью к актерской династии.  Но в детстве совсем не хотела быть артисткой, потому что видела все трудности профессии изнутри. Актерская судьба сложная,  сегодня ты -звезда, а завтра - никто… Очень многое в карьере зависит от случая, от везения, особенно это касается кинематографа. С интересной работой мне пока больше везет в театре, чем в кино. Пока самой значимой ролью в кино для меня стала роль Капитолины Васильевой в сериале «Сын отца народов». А сниматься я начала совсем ребенком, в 6 лет у моего дедушки Евгения Васильева в фильме «Пока гром не грянет»,  чуть позже мама привела меня в студию «Ералаша», а в 13 лет снялась у папы в фильме «Горе-злосчастье», играла Василису… Наверное, это и была актерская «прививка», после которой уже нет другого  выхода, как избрать актерскую карьеру, несмотря на все связанные с этим страхи. В семье меня никто стать артисткой не принуждал, даже наоборот, отговаривали и надеялись, что я изберу другую профессию. Но когда я  все-таки пошла на подготовительные курсы в Школу-студию МХАТ, родные к этому отнеслись спокойно – дали мне свободу выбора, шанс испытать себя. И в поступлении не помогали: у нас в семье принято всего добиваться самостоятельно. В 2002 году я поступила в Школу-студию МХАТ, в мастерскую Игоря Золотовицкого и Сергея Земцова. Играла в дипломных спектаклях: «Гамлет»,  «Безымянная звезда», «Майская ночь, или Утопленница», «Три сестры», «С любимыми не расставайтесь».

– А как вы попали в «Сатирикон»?

– Меня пригласил  Константин Аркадьевич Райкин и сразу дал работу. В «Бальзаминове» я сыграла Матрену. Сложно было играть первый спектакль на такой большой сцене. Акустика сложная… Тысячный зал… Страшно. Я срывала голос, руки-ноги не слушались… Рядом со мной артисты говорят тихо – и их отлично слышно, а я ору, но меня не слышно вообще. Марина Валентиновна Чаплина, главный педагог «Сатирикона» по сценической речи, мне сильно помогла – практически заново поставила голос. Я научилась, что называется, «распределяться» до конца спектакля, голос больше не теряю. Да и за семь лет, что я работаю в театре, изучила все особенности нашей непростой сцены. Ведь недаром площадка  «Сатирикона» считается самой сложной театральной площадкой Москвы - акустика там не театральная, здание бывшего кинотеатра не приспособлено для исполнения спектаклей, так что наш звукоцех порой творит чудеса.  Но мы не теряем надежды, что рано или поздно произойдет реконструкция, и у нашего театра появятся новые технические возможности.

 – Несколько лет назад  спектакль «Синее чудовище», где вы играете заглавную роль – Дардане, стал ярчайшим событием театральной Москвы, и до сих пор с успехом идет на сцене «Сатирикона». Константин Райкин создал суперсказку, ни на секунду не теряя философской серьезности Карла Гоцци. Вам нравится эта постановка?

– «Синее чудовище» один из  моих любимых спектаклей. Это спектакль-праздник, и роль Дардане - роль-подарок, я очень благодарна Константину Аркадьевичу за то, что он доверил мне ее сыграть. Мне очень нравятся именно характерные роли. В Дардане есть и лирика, и юмор. Кроме того, моя героиня должна надеть мужской костюм и перевоплотиться в мужчину – это ли не подарок для любой актрисы?!  Впрочем, то же самое могу сказать и про другие свои роли. За время работы в «Сатириконе» я выпустила семь спектаклей, еще в три ввелась. Каждая работа мне дорога по-своему. Повезло сыграть и гламурную блондинку Эстель в спектакле «Другие», и высокомерную брюнетку Елену в «Оглянись во гневе», и трагическую Машу в «Чайке». Роль Дездемоны в спектакле  «Отелло»  - пожалуй, самая насыщенная разными актерскими красками. Моя Дездемона совмещает в себе множество образов. Она и нежная, и строгая, и страстная, и несчастная… В каждой сцене она другая,  как и любая женщина в разных жизненных ситуациях. 

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 5-м номере читайте о многих интересных фактах такого знакомого и любимого, но не до конца понятного праздника 1 Мая, о жизни и творчестве русского писателя Дмитрия Васильевича Григоровича, об удивительной истории памятника Александру III, о судьбе последней  императрицы Франции, супруге Наполеона III Евгении Бонапарт, о тайнах жизни Агаты Кристи, о популярнейшем актере, барде и авторе   Марша Бессмертного полка Михаиле Ножкине, окончание остросюжетного романа Виктора Добросоцкого «Белый лебедь»  многое другое



Виджет Архива Смены

в этой рубрике

Неожиданный взгляд на русское кино

Онфлёрский фестиваль российского кино уникален, как минимум, для Европы. Судите сами…

в этом номере

Та, которая вылепила свою жизнь

1 июля 1889 года родилась Вера Игнатьевна Мухина