Джереми Йорк. «Лики смерти»

Джереми Йорк| опубликовано в номере №1735, Май 2009
  • В закладки
  • Вставить в блог

Детектив

Перевод с английского Марины Жалинской
Глава 1
Когда мужчина толкнул ее в первый раз, Кэрол Ли не обратила на это внимания, и мужчина, пробормотав нечто, похожее на извинения, исчез в толпе, направлявшейся к станции метро «Пикадилли», даже не рассмотрела его лица. Кэрол торопилась домой после трудового дня. Сегодня вечером ее ждали только домашние дела, поскольку был вторник, а по вторникам Джим посещал курсы банковских служащих. Занятия заканчивались в десять часов вечера, и, выйдя из банка, он тут же спешил к таксофону, чтобы позвонить ей. Это был ритуал. Кэрол занимали мысли о том, хватит ли у нее дома стирального порошка, чтобы выстирать все белье, ведь, пока она доберется до дома, все магазины закроются. Соседей по лестничной площадке сегодня не будет допоздна, а ее сестра Джиллиан отправилась на несколько дней к друзьям в Суррей.
Перед входом в метро Кэрол задержалась у витрины магазина, чтобы присмотреть подарок для Джима – приближался его день рождения. Неподалеку от нее стоял какой-то мужчина, но она не признала в нем незнакомца, толкнувшего ее в толпе. На этот раз незнакомец был не один, а с приятелем – крупным, прилично одетым мужчиной. Девушке даже в голову не пришло, что мужчины наблюдают за ней, поскольку внешне они не проявляли к ней никакого интереса. Они тихо переговаривались между собой.
– Все в порядке, она идет точно по нашему графику, – шепнул один из них.
– Пойдем за ней, – улыбнулся в ответ другой. – Надо удостовериться, что она действительно направляется домой.
Людской поток подхватил Кэрол и внес ее в метро. Девушка привыкла к подобной толчее и не обратила внимания на то, что мужчины, стоявшие у витрины магазина, приблизились к ней. Один из них встал сзади, а другой протиснулся вперед. Сойдя с эскалатора, Кэрол очутилась в ярко освещенном проходе, и оба незнакомца некоторое время держались впереди, но постепенно один из них отстал, не упуская, однако, девушку из виду. Вскоре они достигли платформы, и вдалеке загрохотал поезд. Мужчины снова приблизились к Кэрол, не опасаясь вызвать подозрений, поскольку вся платформа была заполнена людьми – вечером в час пик на этой ветке метро всегда царило столпотворение – ведь именно она вела к вокзалу Ватерлоо, куда направлялось большинство пассажиров.
Кэрол повезло – двери одного из вагонов открылись прямо перед ней, но мужчины, опередив ее, прошли внутрь и повернули направо. Девушка спокойно вошла и встала у дверей вагона; у нее и в мыслях не было, что кто-то проявляет к ней интерес. Свободных мест не оказалось, но это ее не огорчило – до Ватерлоо было лишь две остановки.
Вскоре поезд остановился у Ватерлоо, и людской поток, подхватив девушку, вынес ее из вагона. Мужчины продолжали неотрывно следовать за ней.
Теперь толпа протискивалась сквозь турникеты вокзала, люди спешили занять места в тесных купе пригородной электрички. Вот поезд рванулся вперед и, не останавливаясь у Сербайтона, затормозил у Хершэма.
Кэрол вышла на небольшую, плохо освещенную деревянную платформу. Двери электрички закрылись за ней, и поезд двинулся дальше. Полумрак скрывал лица окружающих ее людей до тех пор, пока она не достигла зала ожидания. Кэрол прошла сквозь турникет и очутилась на улице. Впереди виднелась аллея, ведущая к главной автостраде. До дома оставалось минут десять ходьбы.
Только выходя из вокзала, девушка впервые обратила внимание на симпатичного молодого человека, потому что он, забрав у контролера билет, задержался у барьера, наблюдая за ней. Кэрол почувствовала, что его заинтересовала именно она, но в этом не было ничего необычного – многие мужчины, особенно молодые, обращали на нее внимание. Она надеялась, что он не попытается завязать с ней знакомство, и с облегчением вздохнула, когда молодой человек позволил ей спокойно пройти вперед. Но потом она вновь почувствовала его присутствие, и ей стало тревожно, захотелось поскорее попасть домой.
Толпа, окружавшая девушку, стала, наконец, рассеиваться. Кэрол свернула направо, под мост. Она не оглядывалась и надеялась, что наблюдавший за ней мужчина свернул в другую сторону. Как глупо считать, что он заинтересовался именно ею!
Сразу за мостом виднелся узкий поворот, а дальше начиналась грунтовая дорога, пересекающая поле. Впереди и позади Кэрол на некотором расстоянии горели фонари, но освещение было слабым. Кэрол старалась не ходить по этой дороге поздно вечером, ее пугала темнота. Но сейчас на узкой тропинке прохожих было много, некоторые переговаривались между собой, некоторые курили, а кое-кто так торопился, что едва не бежал, одним словом, поводов для беспокойства не было. Но Кэрол почему-то никак не могла выбросить из головы мысль о незнакомом молодом человеке. У него было симпатичное бледное лицо, маленький рот и небольшие глаза. Черные волосы, пожалуй, слишком редкие для его возраста, были гладко зачесаны назад. Добротное пальто из синего драпа плотно обтягивало его широкие плечи.
Интересно, идет ли он следом?
Кэрол дошла до угла и теперь могла обернуться, не привлекая внимания. Поле освещал один-единственный фонарь, установленный недавно по требованию сотен обитателей маленьких домиков, отрезанных темнотой от внешнего мира. Она осмотрелась и увидела на другой стороне незнакомца с его товарищем. Нельзя было с уверенностью сказать, что они идут за ней, но Кэрол почувствовала, как учащенно забилось ее сердце, и ускорила шаг. Уличные фонари и светящиеся желтые окна домов стали гораздо ближе, и Кэрол вздохнула с громадным облегчением. Теперь совсем немного осталось пройти до дома, в котором у нее была маленькая квартирка. Дойдя до ворот, ведущих в уродливый двухэтажный домик, она повернулась, чтобы открыть их, и быстрым взглядом окинула улицу. Двое мужчин медленно шли по противоположной стороне.
Молодой человек мельком взглянул на девушку, но не ускорил шаг.
Она быстро захлопнула за собой калитку и достала из сумочки ключи.
Открыв входную дверь, Кэрол скользнула в длинный узкий холл с потертым ковром на полу и узкой деревянной лестницей, нащупала на стене выключатель и щелкнула им. В холле вспыхнул свет. Она вошла внутрь, щелкнула другим выключателем и включила свет на крыльце. Ну, вот, теперь все встало на свои места, за исключением того, что никого из жильцов не было дома.
Чтобы побороть волну охватившего ее беспокойства, Кэрол быстро и решительно направилась вверх по лестнице, нарочито громко стуча каблуками.
Запертые двери двух квартир на первом этаже выглядели очень внушительно, как и старая дубовая лестница, хотя ее ступеньки поскрипывали, несмотря на постеленный ковер. Девушка постепенно ускоряла шаг. «Это всего лишь нервы, – успокаивала она себя. – Стоит очутиться в своей квартире, и все беспокойство как рукой снимет». Ей больше не потребуется выходить на лестницу, пока она не услышит, что другие жильцы вернулись домой. Две пожилые старые девы из квартиры № 1 наверняка появятся первыми, и они, конечно, одолжат ей немного стирального порошка...
Отперев входную дверь, Кэрол широко распахнула ее и вошла в квартиру. Выключатель в гостиной находился на расстоянии вытянутой руки, поэтому она потянулась к нему, оставив дверь открытой. Звук закрывающейся двери и щелчок выключателя прозвучали одновременно, но свет не загорелся. Девушка оказалась запертой в темноте.
– Ну, почему именно сегодня? – испуганно прошептала она и постаралась уверить себя, что всему виной – перегоревшая лампочка, за последние несколько недель две из них пришлось заменить.
Постепенно глаза Кэрол стали привыкать к темноте. Первый испуг прошел, и она осторожно шагнула внутрь.
И тут сзади нее, в спальне, вспыхнул свет. Кэрол заметила чью-то тень, и незнакомый мужской голос тихо скомандовал:
– Оставайся на месте и молчи.
Глава 2
В первое мгновение Кэрол так испугалась, что действительно онемела. Она застыла в нелепой позе, выставив вперед правую ногу и вытянув руки, словно ища опору. Сердце бешено колотилось. Тень вдруг шевельнулась, и это движение вывело девушку из оцепенения. Она бросила быстрый взгляд через плечо и на фоне ярко освещенной спальни увидела темную фигуру незнакомого мужчины, державшего в правой руке какой-то предмет, похожий на дубинку. Мужчина шагнул вперед.
– Не смей... – начал он и, угрожающе подняв руку, двинулся к Кэрол.
О своих дальнейших действиях девушка не думала. Она устремилась к кухне, стараясь добраться туда быстрее злодея, но мужчина догнал ее, сильно толкнул в спину, и она, споткнувшись, ударилась о газовую плиту. От сильной боли и охватившего ее ужаса у Кэрол перехватило дыхание. Повернувшись, она увидела, как мужчина, занеся над ней правую руку, сжимающую дубинку, левой зажег свет на кухне. Теперь она могла разглядеть его бледное, искаженное гримасой ярости лицо, блестящие глаза, полуоткрытый рот. Мужчина тяжело дышал.
– Если еще хоть раз пикнешь! – прорычал он.
Недолго думая, Кэрол схватила с сушилки заварочный чайник и швырнула его в незнакомца. Тот быстро нагнулся, и чайник, пролетев над его головой, ударился о стену и упал на пол. Кэрол запустила в него стоявшими тут же чашкой и блюдцем. Мужчина снова увернулся, продолжая со свирепым видом приближаться к ней. Кэрол беспомощно озиралась по сторонам. Неожиданно ее взгляд упал на металлическую сковородку и, схватив ее за ручку, девушка попыталась ударить негодяя по голове, но промахнулась. Мужчина легко отбросил в сторону руку Кэрол и ударил ее дубинкой по голове.
Ноги Кэрол подкосились, и она, рухнув на пол, потеряла сознание. Некоторое время мужчина разглядывал упавшую девушку, а потом достал из кармана пачку сигарет и, как ни в чем не бывало, закурил. Сигаретный дым медленно заклубился над бесчувственным телом девушки.
Когда к Кэрол вернулось сознание, она решилась открыть глаза, и первое, что увидела, были ноги в мужских ботинках. Повернув голову, Кэрол смогла рассмотреть что мужчина сидит на кухонном стуле возле двери, курит и наблюдает за ней, помахивая дубинкой.
– Не шуми, и больше никто не сделает тебе больно, – ровным голосом произнес незнакомец.
Кэрол попыталась сесть, у нее раскалывалась голова, казалось, боль пульсировала вместе с сердцем, ныло колено, нещадно болело правое плечо. Наконец, ей удалось встать на колени, и, дотянувшись до газовой плиты, она с трудом поднялась.
– Что... что вам надо? – с трудом произнесла она. – Тут нет ничего ценного.
Незнакомец усмехнулся.
– А ты? Я говорил своим парням, что ты – девчонка хоть куда, и оказался прав! Тебе полегчало?
– Д-да...
– Послушай, детка, – мягко продолжил он, – если не будешь шуметь, все будет в порядке, никто тебя не обидит. Нам придется кое-кого подождать, но, думаю, они долго не задержатся. Здесь есть виски или джин?
– Есть немного джина.
– Хорошо, можешь выпить.
– Я не хочу.
– Твое дело. – Он пожал плечами. – Чего ты хочешь?
Она хотела сесть. Хотела, чтобы прекратилась эта пульсирующая боль в голове. Хотела, чтобы этот тип убрался восвояси. Хотела пробудиться от этого кошмара. И в то же время понимала, что из всех этих желаний ей доступно лишь первое.
Ничего не ответив, Кэрол продолжала смотреть на незнакомца.
– Говори, не бойся. Чего же ты хочешь? – повторил мужчина.
– Я хочу... хочу чашку чая и несколько таблеток аспирина, – простонала Кэрол. – У меня страшно болит голова.
– Можешь поставить чайник на плиту, если только не будешь им бросаться. А потом завари чай. Я и сам с удовольствием выпью чашечку.
Занявшись привычными делами, Кэрол постепенно успокоилась и, к тому времени, когда чайник закипел, почувствовала себя гораздо лучше, почти забыв про боль. Мужчина пристально смотрел на нее, и она изо всех сил старалась не сделать какого-нибудь неосторожного движения, которое могло быть принято за попытку швырнуть в него чашку или кипящий чайник.
– Можешь отнести все это в другую комнату, – предложил мужчина. – Заодно и примешь аспирин. Кстати, где он?
– Аспирин... аспирин лежит в моей сумочке.
– Хорошо. – Мужчина кивком указал на дверь, и Кэрол увидела, что ее сумочка висит на дверной ручке, должно быть, он подобрал ее, пока она лежала без сознания.
Взяв поднос, Кэрол направилась в гостиную и поставила его на журнальный столик. Мужчина бросил ей сумочку, и она, осторожно присев на краешек кушетки, открыла ее и вынула маленький флакончик с аспирином. Пристальный взгляд коротышки обострил ее страхи, но, собрав все свое мужество, Кэрол резко спросила:
– Почему вы не скажете, что вам от меня надо?
– Скоро сама все узнаешь, – ответил он. – Как насчет чая?
Дрожащей рукой Кэрол налила чай, и, когда мужчина потянулся за своей чашкой, она обратила внимание на то, какие у него мощные руки и плечи. Несмотря на невысокий рост, этот человек явно обладал недюжинной силой. А она, глупая, еще пыталась бороться с ним!..
Девушка проглотила таблетку аспирина, отхлебнула глоток чая и прикрыла глаза.
– Что вам надо? – вновь спросила она.
– Деньги, – криво усмехаясь, заметил мужчина.
– Но у меня нет денег!
– Может, и нет.
– Тогда зачем вы здесь? У меня... у меня есть лишь несколько фунтов. – Охваченная внезапной мыслью, что он действительно пришел ограбить ее, Кэрол поспешно открыла сумочку. – Тут всего лишь 30 шиллингов, и еще 5 фунтов лежат в спальне. Я храню их на всякий случай. Принести?
– Не суетись! – остановил ее коротышка. – Меня не интересует твоя мелочь.
– Но у меня действительно нет денег! В этой квартире ничего больше нет!
– Я верю тебе, детка.
Кэрол обессиленно опустилась на кушетку.
– В этом... в этом нет никакого смысла.
– Смысл появится, когда ты узнаешь, в чем дело. Ждать осталось недолго, – произнес он. – Послушай, детка, когда сюда явится Поль, не вздумай с ним пререкаться. Он может быть ужасен, если что-то идет не так, как он хочет. Поэтому будь послушной девочкой.
– Кто это такой?
– Тот парень, который считает, что с твоей помощью можно получить большие деньги, – пояснил коротышка, все еще криво усмехаясь. – Он ответит на все твои вопросы. Прислушайся к моему совету: не перечь ему.
Его перебил условный стук в дверь. Коротышка с облегчением вздохнул, подошел к двери и открыл ее. В квартиру вошел высокий крупный мужчина.
Когда он повернулся к Кэрол, она с ужасом узнала в нем того самого типа, который рассматривал ее на вокзале и шел потом следом до самого дома. Значит, она не ошибалась.
Мужчина оглядел Кэрол с головы до ног, и ее охватил страх.
Глава 3
Новый посетитель оказался настолько массивным, что по сравнению с ним невысокий бандит действительно смотрелся коротышкой. При ярком электрическом свете здоровяк уже не выглядел таким симпатичным, как на улице; глаза у него были узкими, лицо одутловатым, а рот маленьким, почти женским. На его огромной фигуре довольно карикатурно смотрелся безукоризненно сшитый костюм.
– Привет, Луи! – произнес коротышка ровным голосом, но в его тоне проскальзывали нотки почтения. – Все прошло по плану.
– Это хорошо, Джеки, – отозвался Луи.
– А где Поль?
– Будет позже, – ответил здоровяк, не отрываясь глядя на Кэрол.
– Неприятностей не было? – наконец, спросил он.
– Так, пустяки.
– А подробнее?
– Увидев меня, она завизжала, вот и все. Я немного приструнил ее, и потом она была паинькой.
– Лучше ей такой и оставаться, – заметил Луи и шагнул к девушке. – Слушайся нас, не поднимай шума, и все будет в порядке, – отчеканил он. – Это все, что тебе следует запомнить.
– Я... – Кэрол попыталась что-то сказать, но слова застряли у нее в горле.
– Есть вопросы? – Луи не шевелился.
– Я хочу знать, что происходит! – закричала девушка.
– Придет время, узнаешь. И не смей повышать голос, мне это не нравится. – К облегчению Кэрол, Луи отступил назад, но девушка все равно чувствовала исходящую от него угрозу. – Так вот. Мы долго дожидались подходящего момента, когда дома не будет твоих соседей по лестничной площадке, и устроили так, чтобы жильцы с первого этажа тоже убрались отсюда, поскольку для разговора с тобой нам требуется пустой дом.
Кэрол замерла на месте, не веря своим ушам.
– Ты поняла? – спросил Луи.
– Да.
– Сложности были только с одной парой, но мы устроили им телефонный вызов. Так как мы прождали три недели, и наше терпение на исходе, постарайся больше его не испытывать.
– Что... что вам от меня надо? – бесцветным голосом произнесла Кэрол.
– Мы побеседуем с тобой, – объяснил Луи, – а потом ты напишешь письмо и пойдешь с нами. Но это будет после телефонного звонка Рассела. В котором часу он обычно звонит?
Услышав фамилию Джима, Кэрол оцепенела.
За все это время она ни разу не вспомнила о нем, поэтому сразу встревожилась.
– Так когда он обычно звонит? – повторил свой вопрос Луи.
– По-разному. Обычно десять минут одиннадцатого, но иногда может позвонить раньше или позже. Это...
– Когда Джим позвонит, – перебил ее Луи, – ты должна разговаривать с ним так, чтобы он ничего не заподозрил. Завтра утром он обо всем узнает.
– Оставьте в покое Джима! – взмолилась девушка. – Какое... отношение он может иметь ко всему этому?
Луи смерил ее долгим внимательным взглядом и спокойно произнес:
– Самое прямое.
– Вы с ума сошли! Джим никогда не станет связываться...
Быстрым взмахом руки Луи отвесил ей пощечину. Удар был не столько болезненным, сколько неожиданным, но самым страшным оказалось то, что внешне Луи не выказал никаких признаков гнева или раздражения.
– Ты давно знакома с Расселом? – как ни в чем не бывало, спросил он.
– Почти два года, но...
– Как часто вы встречаетесь?
К собственному удивлению, Кэрол торопливо ответила:
– Четыре... четыре или пять раз в неделю. Большинство выходных мы тоже проводим вместе. Иногда Джим навещает своего кузена, живущего за городом, а я хожу к подруге. Мы... Но почему... какое отношение имеет ко всему этому Джим?
– Вопросы здесь задаю только я. Вы собирались пожениться?
– Да, конечно, мы...
– Когда?
– В следующем году. Он готовится к экзамену по банковскому делу. Он... он работает в отделе управления и надеется получить назначение за границу. Нам... нам хотелось бы жить за рубежом, и он сейчас проходит специальный курс обучения…
– Ясно, – прервал ее Луи и о чем-то задумался.
Кэрол не могла предугадать, что еще выкинет этот здоровяк, и его молчание пугало ее. Она тщетно пыталась привести мысли в порядок.
– Он много говорит о своей работе? – внезапно спросил бандит.
– Ну... не особенно.
– Отвечай прямо: да или нет?
– Он почти ничего не рассказывает. Я имею в виду... – Кэрол испуганно взглянула на руки Луи, опасаясь, что он опять ударит ее. – Он... он рассказывает мне о том, как прошел рабочий день, в каком настроении пребывали управляющий, помощник управляющего и его... его коллеги, но никогда не упоминает о своей работе, не вдается ни в какие подробности. Мне известно только то, что он ведет дела филиалов банка, расположенных у нас в стране и за границей. Это все, что мне известно. Он никогда не говорит со мной о денежных операциях, если вас это интересует.
– Никогда? – насмешливо переспросил Луи.
– Нечего так смотреть на меня! – закричала Кэрол. – Я уже сказала, что Джим ничего не докладывает мне о своих делах, это конфиденциальные сведения, и он не должен о них распространяться.
– Верно, – заметил Луи таким тоном, словно этот ответ его вполне устраивал. – Конечно, он не должен болтать лишнее. Мне известно, что у твоего жениха прекрасная репутация. Джима Рассела можно охарактеризовать как человека, заслуживающего доверия, не так ли?
– Да, конечно.
– Тогда все сходится, – согласился Луи. Впервые за все это время его лицо немного расслабилось, а на губах появилось какое-то подобие улыбки. – Этот человек заслуживает доверия, и он нам подходит.
– Если вы думаете, что он станет помогать вам...
– А куда он денется? Именно поэтому мы его и выбрали. Он – единственный, кто соответствует всем требованиям. Ты тоже подходишь нам, – добавил Луи. – Если бы не ты, нам пришлось бы придумывать какой-нибудь другой план. Как по-твоему, управляющий доверяет Джиму?
– Конечно, доверяет.
– Тогда все в порядке, – заключил Луи и, к облегчению Кэрол, отвернулся. – Джеки, сейчас – десять минут восьмого, ждать остается более трех часов, поэтому не мешало бы перекусить. Тут нечего пожевать?
– Кое-что есть, – отозвался Джеки. – Я заглянул в кладовую: там осталось несколько яиц и небольшой кусок бекона. Пива я не нашел.
– Ну, нам надо что-нибудь посущественнее. Смени Бена, и скажи ему, чтобы он достал еды. Мне страшно хочется есть. Ступай, а я постерегу ее.
– Хорошо, Луи, – согласился коротышка, но не двинулся с места. – Может, лучше Бена послать за провизией? Бен быстро управится, а если Поль придет и обнаружит...
– Поль поручил это дело мне, – вкрадчивым тоном произнес Луи, – и я – босс. Поэтому делай, что тебе говорят. Понял? И позволь еще кое-что добавить, Джеки. – Луи повернулся на каблуках и подошел к коротышке вплотную. – Мы с Полем долго разрабатывали этот план, и сейчас, когда операция началась, мне нужно сосредоточиться. Поэтому я не желаю спорить с тобой, с Беном или с кем-либо еще. Ты знаешь, как быстро я выхожу из себя, и мне не хотелось бы, чтобы ты стал виновником этого.
Джеки начал бочком продвигаться к двери.
– Я только предложил, – извиняющимся тоном пробормотал он. – Думал, как лучше…
– Вот именно, – отозвался Луи. – Повторяю: пока нет Поля, я – босс.
Джеки вышел и громко хлопнул за собой дверью.
Наступила гнетущая тишина. Кэрол не слышала, как Джеки спустился вниз, как открылась и закрылась входная дверь. Она наблюдала за Луи. Характерной тяжеловатой походкой он подошел к креслу и опустился на подлокотник. Несмотря на отлично сшитый костюм, бандит выглядел как-то нескладно. Луи не предпринимал никаких действий, но даже неподвижно сидя в другом конце комнаты, этот человек пугал ее. Самым худшим было то, что он пристально разглядывал Кэрол, не произнося при этом ни слова, вероятно, оценивая ситуацию и решая, как поступить дальше.
– Тебя зовут Кэрол Ли? – неожиданно громко прозвучал в тишине его вопрос. – Кэрол – это уменьшительное от Каролины?
– Нет, Кэрол – мое полное имя.
– Просто Кэрол?
– Кэрол Энн. Кэрол Энн Ли.
– Звучит неплохо. И знаешь, что еще? На мой взгляд, ты прекрасно смотришься. Одеть тебя пошикарнее, украсить бриллиантами, и ты будешь выглядеть на миллион фунтов. Я разбираюсь в нарядах и знаю толк в женщинах. Хочешь, докажу? Смотри. С такими волосами ты должна носить черное, зеленое или желтое. Тебе также пойдет что-нибудь блестящее. Цвету твоего лица позавидует любая королева красоты. Ты – привлекательная девушка, Кэрол, кстати, я тоже неплох. Меня ждет хорошее будущее. Я иду к намеченной цели напролом. Последние две или три недели я наблюдал за тобой, хотя ты и не подозревала об этом. Я специально отослал Джеки, чтобы поговорить с тобой с глазу на глаз.
Поль – крупный босс, но, завершив это дело, он уйдет на покой, а я займу его место. У него есть особые причины передать дела именно мне. Не доставляй нам неприятностей, делай, что я прикажу, и, когда все кончится, ты не пожалеешь. Никто не пожалеет, если будет помогать Луи… Этот Рассел – не для тебя, понимаешь? Зря тратишь на него время. Ты должна быть рада, что мы выбрали его, а я – тебя. – Замолчав, он медленно дотронулся до плеча Кэрол. Это было как прикосновение змеи, и девушка с трудом удержалась, чтобы не стряхнуть его руку. – Нам необходимо понять друг друга, – невозмутимо продолжал Луи. – Немного взаимопонимания – и все будет в порядке.
Его рука скользнула по ее плечам, затем по груди.
Этого Кэрол уже не смогла стерпеть и резко оттолкнула его руку.
Глава 4
– Я же говорил о взаимопонимании, – яростно прорычал Луи. – А если ты так это воспринимаешь… Я ведь предупреждал…
Кэрол замерла от страха, и неожиданное появление вернувшегося коротышки Джеки показалось ей на этот раз чудесным спасением. Но она рано успокоилась. Увидев Джеки, Луи повелительно взмахнул рукой.
– Свяжи ее, – приказал он. – Да покрепче. Поищи в доме какие-нибудь веревки.
– Ладно, – поспешно проговорил Джеки и направился в кухню.
– Это послужит тебе хорошим уроком, – зловеще улыбнулся Луи, обращаясь к Кэрол.
Через пару минут вернулся Джеки, но с пустыми руками.
– Не мог ничего найти, – извиняющимся тоном сказал он. – Никакой бельевой веревки или чего-либо подобного.
– Разорви хотя бы простыню, – приказал Луи.
– Отличная мысль, – согласился Джеки и направился в спальню. Вспыхнул свет, и девушка увидела, как бандит стал рыться в ее шкафу, потом послышался звук торопливо разрываемой ткани. Вскоре Джеки вышел из спальни, неся в руке простынь, которую он скрутил в виде веревки.
– Сядь! – велел Луи.
Кэрол подчинилась, понимая, что сопротивляться бесполезно. Она села, чувствуя неприятную дрожь во всем теле, а Джеки с самодельной веревкой приблизился к ней.
– Руки назад, – последовал очередной приказ Луи. Кэрол послушно подчинилась.
Джеки молча повернул девушку спиной и крепко связал ей руки.
– Что вы собираетесь сделать с Джимом? – беспомощным голосом спросила Кэрол. – Вы... вы не собираетесь причинить ему зло?
– Мы не причиняем зла тому, кто ведет себя разумно, – вкрадчиво ответил Луи. – Тебе предстоит еще многому научиться, но я – хороший учитель. – Он продолжал наблюдать, как Джеки толкнул девушку на кушетку и, взяв ее за лодыжки, обмотал вокруг них другую полоску простыни и крепко связал. Проделав все это, он усадил ее поудобнее.
Кэрол попыталась успокоиться и отогнать навязчивый образ Джима, но не могла: Джим, с его серьезными карими глазами, которые временами вспыхивали и начинали искриться весельем, стоило ей очутиться рядом. Джим, ее сильный и добрый Джим с вьющимися каштановыми волосами, квадратным подбородком и слегка приплюснутым носом... Он называл себя грубым парнем. Возможно, так оно и было, но она знала, как нежно и заботливо вел себя Джим по отношению к ней. Джим... Нет никакой возможности предупредить его об опасности, остается только дожидаться телефонного звонка. Она должна поговорить с ним. Луи хочет, чтобы она заставила Джима поверить, что все в порядке. А она не станет этого делать! Она предупредит его. Не так уж трудно что-нибудь придумать, и он спасет ее, он сделает все, чтобы освободить ее...
Кэрол сидела и ждала, чувствуя, как от неудобной позы затекают руки и ноги. Время тянулось нестерпимо медленно. Часы показывали половину девятого вечера, а Джим будет звонить после десяти, самое позднее – в четверть одиннадцатого. Ждать оставалось почти два часа. Несмотря на мучившие ее голод и страх, она твердила себе, что необходимо предупредить Джима во что бы то ни стало. Он скоро позвонит, и надо непременно что-то придумать...
Глава 5
Лекция, проходившая в большом зале здания правления банка, закончилась около десяти часов. Лектор занял место рядом с ведущим заседание импозантным и напыщенным мистером Сирилом Уилберфорсом. Тот вытер платком лоб и нервно закурил сигарету. Он вообще был человеком нервным, и пожилые сотрудники банка, проработавшие с ним много лет, хорошо знали об этой черте его характера.
Слушатели расслабились, задвигались, начали перешептываться. Они только что прослушали интересную лекцию, посвященную влиянию неконвертируемости фунта стерлингов в некоторых зонах с твердой валютой.
Джим Рассел, занимавший третий по важности пост в отделе, возглавляемом Уилберфорсом, достал курительную трубку и взглянул на часы.
– Который час? – шепотом спросил его сосед.
– Без десяти десять.
– Что-то сегодня время тянется слишком медленно. Может быть, зайдешь ко мне выпить, дружище?
– Да я... – начал Рассел.
– О, только не отказывайся. Я пригласил еще несколько парней. Вчера у меня был день рождения, так что, есть повод повеселиться.
– Я бы с удовольствием, Том, но мне тогда не удастся вернуться домой раньше одиннадцати. А у меня еще остались кое-какие дела.
– Позвонишь от меня и все уладишь!
– Кое-куда придется позвонить в любом случае. – Джим добродушно усмехнулся. – Поздравляю тебя с днем рождения и прошу извинить, что не сделал этого раньше.
– Не стоит извиняться, старина. Ты поступил великодушно, не напомнив мне о моем возрасте. Подумать только – тридцать восемь лет! Еще два года – и будет сорок! Я уже чувствую себя стариком. Вам, молодым...
Тем временем Уилберфорс благодарил докладчика.
– ... я надеюсь, что выражу мнение всех присутствующих, высказав глубокую благодарность профессору Коннингхэму за его интересную лекцию, прочитанную с таким чувством юмора, и мы надеемся, что еще не раз встретимся с профессором в этом зале. А сейчас я бы попросил, – важно продолжал он, – чтобы кое-кто из вас задержался. Полагаю, вы об этом не пожалеете. Мистер Арнольд Бенн, мистер Фредерик Слоукум, мистер Кристофер Уиллис, мистер Джеймс Рассел, мистер Артур Мейсон. Остальные могут быть свободны. До свидания, джентльмены. Доброй ночи...
– До свидания...
– Прощай, первая часть курса, – с гримасой прокомментировал Том. – Пожалуй, тебя выбрали не только от избытка ума, но и из-за красивой внешности.
– Куда выбрали? – не понял Джим.
– Уилберфорс хочет, чтобы ты остался и переговорил с ним. А это означает, что он собирается спросить тебя, готов ли ты ехать туда, куда тебя направит банк – от Парижа до Индокитая, от Буэнос-Айреса до Тимбукту. Советую не отказываться, тогда он порекомендует тебя прославленному мистеру Дандерфилду, и при первой же возможности ты укатишь за границу...
– Не понимаю, о чем ты говоришь? – удивился Джим. – Старик ведь не называл меня...
– Уверяю, он упомянул твое имя. – Том схватил за руку направляющегося к выходу коллегу. – Джефф, скажи, Джим попал в число избранных?
– Да, если это можно так назвать...
– Вот видишь? Тебе повезло. Благослови тебя Бог, Ромео, только не забудь о своей Джульетте. Я все-таки жду тебя в гости и с радостью выпью с тобой. Теперь у тебя тоже есть для этого повод...
Недослушав его, Джим поспешил к столу, вокруг которого уже толпились несколько счастливчиков. Избранники, явно польщенные оказанной им честью, переминались с ноги на ногу, ожидая, когда Уилберфорс уделит им внимание. Все они были обычными сотрудниками филиалов Мидвейского банка, и кое-кто уже догадался, зачем их попросили задержаться. Том оказался прав: это был неофициальный отбор кандидатов. Уилберфорс собирался рекомендовать лучших сотрудников мистеру Дандерфилду, директору-распорядителю банка, а это означало, что их, вероятно, направят за границу с прекрасными перспективами продвижения по службе.
Джима Рассела смущало только то, что он заставляет Кэрол ждать. Конечно, она не обидится на него, но ему было неприятно нарушать сложившуюся традицию. Кроме того, ему не терпелось сообщить ей еще об одной грядущей перемене: правление банка предпочитало посылать за границу женатых сотрудников...
Но постепенно восторг, который не скрывали коллеги, охватил и его, и Джим забыл о Кэрол. Вероятно, сейчас она, удобно устроившись в кресле, смотрит телевизор. Набив и раскурив трубку, он остановился у стола и приготовился ждать.
– Короче говоря, джентльмены... – начал Уилберфорс. – Счастлив сообщить, что намерен рекомендовать вас на посты директоров филиалов и на другие руководящие должности для работы за границей. Конечно, пока я ничего не могу гарантировать, но все же хотелось бы удостовериться, что каждый из вас готов отправиться в любое место, куда его направит банк. Свои пожелания сможете изложить позже, однако, я надеюсь, вы меня понимаете. Сейчас настало время сообщить, есть ли у кого-нибудь какие-либо причины – семейные обстоятельства или состояние здоровья, – по которым вы не сможете в ближайшее время покинуть Лондон. Как вы понимаете, «ближайшее время» – это относительное понятие, но...
Причин ни у кого не оказалось.
– Превосходно, – продолжил Уилберфорс. – Я всегда чувствовал, что ни один из вас не отклонит нашего предложения, но мне хотелось быть полностью уверенным. Теперь у каждого из вас появится шанс получить приличное место за границей. Вы досконально изучили работу каждого подразделения нашего банка, приобрели некоторый опыт управления небольшими коллективами, у вас были для этого превосходные возможности.
Могу добавить только одно: имеющимся среди вас холостякам следует поторопиться. Что скажете, Рассел? – И Уилберфорс заговорщически хихикнул, остальные поддержали его. Затем он официально пожал каждому руку, похлопал по плечу, поздравил, пожелал спокойной ночи и удалился.
Джим тоже поспешил домой, горя желанием поскорее добраться до телефона. Он уже не был уверен, что сможет дотерпеть до утра... Впрочем, все будет зависеть от настроения Кэрол. Если она слишком устала, то придется отложить разговор на завтра. Правда, он опоздал со звонком на целых полчаса, но она ведь не станет из-за этого сердиться...
Глава 6
Лежа на левом боку, Кэрол смотрела телевизор, изредка бросая взгляды на Луи, который нервно барабанил бледными пальцами по подлокотнику кресла.
Ближе к десяти часам бандиты развязали веревки, стягивающие ее руки, и подвинули кушетку ближе к телефону, чтобы девушка могла дотянуться до трубки.
Телефонный звонок раздался в двадцать минут одиннадцатого.
Вздрогнув, Кэрол в смятении отодвинулась в сторону. Луи немного поколебался, но потом решительно подтолкнул девушку к аппарату.
– Держи себя в руках! – грубо приказал он. – Отвечай!
Руки Кэрол тряслись, губы дрожали. Она сняла трубку, приложила ее к уху и сиплым голосом произнесла:
– Алло.
– Луи здесь? – спросил незнакомый мужской голос.
Это был не Джим, а какой-то чужой человек, которого интересовал Луи. Кэрол не знала, радоваться или огорчаться этому.
Пухлые пальцы Луи крепко сжимали ее руку.
– Алло, позовите Луи. – Голос незнакомца доносился откуда-то издалека.
– Луи... Это вас, – пробормотала Кэрол, обращаясь к здоровяку.
Бандит отпустил ее руку и взял телефонную трубку, не сводя с девушки тяжелого взгляда,
– Я слушаю.
Кэрол заметила, как сузились его глаза.
– Хорошо, – ответил он, а через мгновение добавил: – Да, Поль, она успокоилась. Все идет по плану. Мы ждем звонка Рассела. – Помолчав немного, Луи пробурчал: – Конечно, Поль! Я позвоню тебе. – И, повесив трубку, опустился в кресло.
Кэрол закрыла глаза и попыталась расслабиться. Часы медленно отстукивали минуту за минутой. По телевизору шла какая-то передача. Человек на экране суетился и что-то говорил. Когда передача закончилась, Луи медленно приподнялся и пристально посмотрел на девушку.
– Ты говоришь, что он звонит тебе каждый вечер?
– Да, да. Я сама не понимаю…
– Послушай – Луи придвинулся ближе. – Учти, что водить меня за нос тебе не удастся. Если захочешь поиграть со мной – пеняй на себя.
– Но я ожидаю его звонка с минуты на минуту!
– Что-то не верится. По-моему...
В этот момент зазвонил телефон, и Кэрол вздрогнула. Если она не ответит, Джим поймет, что с ней что-то случилось, приедет сюда и угодит прямо в лапы бандитов. Этого нельзя допустить! Она должна как-то изловчиться и предупредить его!
– Бери трубку и помни, о чем я тебя предупреждал! – Луи нагнулся и схватил ее за руку. – Разговаривай с ним спокойно, веди себя так, словно ничего не произошло. Джим не удивится, если у тебя будет сонный голос. Приезжать сюда ему незачем. Если ты... – Луи неожиданно схватил девушку за горло.
Кэрол ощутила его хватку и, вздрогнув, потянулась к трубке, но телефон вдруг замолчал.
Джеки замер на полпути к кухне и, не моргая, следил за Луи, пальцы которого все сильнее сдавливали горло Кэрол, затем медленно подошел к ним.
Вдруг телефон снова зазвонил.
– Отвечай, как обычно, – спокойно велел Луи, а пальцы его еще сильнее вцепились ей в горло.
– Привет, Кэрол! – Голос Джима звучал взволнованно. – У тебя все в порядке?
– При... привет, Джим! Да, все… я... – Она замолчала, не в силах продолжать, и изобразила зевок.
– Ой, ты спала. Любимая моя, прошу прощения! Я опоздал со звонком, потому что лекция сегодня длилась дольше обычного. Как твои дела?
– Я... я... Все в порядке, Джим, но... – выдавила она хриплым голосом, – ...у меня разболелась голова, и... и я пораньше легла спать. Я...
Больше она не могла его обманывать, поэтому снова зевнула и замолчала. Ей хотелось закричать, предупредить Джима, чтобы он был осторожен и не вздумал приезжать, но не смогла преодолеть страх перед Луи.
– Моя прелесть, ты зеваешь. Наверное, очень устала? – продолжал Джим. – Не надо было мне звонить так поздно. Голова сильно болит?
– Уже нет. Мне гораздо лучше.
– Послушай, любимая! Не буду тебе больше надоедать, ложись спать. Я позвоню утром до того, как ты уйдешь на работу. Прими две таблетки аспирина и ложись. Помни...
У них был обычай: когда Джим говорил «помни», Кэрол должна была ответить «я люблю тебя». Ни один телефонный звонок не заканчивался без этих традиционных слов.
– Хорошо, дорогой, я сейчас лягу.
– Любимая, ты, наверное, не расслышала меня. Послушай! Помни...
– Конечно, я люблю тебя, – скороговоркой произнесла Кэрол, однако в ее голосе не было обычной сердечности. Она была до смерти напугана и ощущала, как бешено колотится сердце.
Разговор закончился, и Луи ослабил хватку. А Джеки, переводя дыхание, достал полупустую пачку сигарет и закурил.
– Все в порядке, – с облегчением проговорил он. – Первая часть плана успешно завершилась. – И подобрав с пола кусок простыни, принялся связывать руки Кэрол.
– Теперь нам нельзя терять ни минуты, – заметил Луи. – Надо поскорее уносить ноги. Пойди проверь, не вернулись ли жильцы с первого этажа, а потом подгони к подъезду автомобиль.
Джеки с готовностью подчинился и бесшумно скрылся за дверью. Через некоторое время он вернулся, быстро пересек комнату, поднял с пола обрывок простыни и завязал Кэрол рот. Девушка крутила головой, отчаянно сопротивлялась, но все ее попытки вырваться оказались напрасными.
– Машина готова? – резко спросил Луи.
– Да, стоит у дома, – ответил коротышка. – Вокруг все спокойно.
– Я отнесу ее вниз, а ты через пять минут выключишь радиоприемник и пойдешь за мной.
Луи поднял Кэрол на руки, что-то проворчал и двинулся к двери, которую ему услужливо приоткрыл коротышка.
Глава 7
Джим Рассел опустил трубку и, рывком распахнув дверь, вышел из телефонной кабины. Днем у телефонов-автоматов на вокзале Ватерлоо обычно толпилась масса народу, иногда даже выстраивались очереди. Однако в этот поздний час здесь никого не было, только у одной кабины плакала какая-то девушка. Но Джим не замечал ничего. Он вынул из кармана свою трубку, рассеянно взглянул на нее, но раскуривать не стал, а медленно направился к платформе, от которой должна была вскоре отойти его электричка.
– Ничего не понимаю, – громко произнес он. – Что-то не сходится.
Он перебрал в памяти события последних дней. Может быть, Кэрол на что-то обиделась, и поэтому сразу не ответила на его традиционное «помни». Иногда у них случались размолвки, и он по себе знал, как трудно бывает обиженному человеку вести себя привычным образом, но никак не мог понять, чем же он на сей раз провинился. Разве что опоздал со звонком? Впрочем, Кэрол никогда не была капризной...
Джим предъявил свой билет контролеру, продолжая сомневаться: ехать домой или все-таки навестить Кэрол. Поезд прибудет в Уолтон около полуночи, пожалуй, не стоит так поздно беспокоить Кэрол.
Освещение платформы было тусклым, но у большого рекламного щита ярко горел фонарь. Подойдя к нему, Джим вынул бумажник и достал из него одну из фотографий Кэрол. Этот цветной снимок размером с почтовую открытку нравился ему больше всего. С фотографии на него смотрела красивая веселая девушка. Легкая улыбка играла на ее губах.
Джим убрал фотографию обратно в бумажник и тяжело вздохнул. Они помолвлены уже более года. Целый год она вынуждена выслушивать его обещания, мечтать о будущем, держать под контролем свои чувства... Может быть, стоит все же зайти к ней и сообщить новость о своем назначении?
Подошла электричка. Джим устроился в углу на свободном местечке и уставился в запотевшее окно, за которым мелькали тусклые огоньки Лондона.
Поезд проехал Сербайтон.
Если он выйдет в Хершэме и пройдет пешком мимо дома Кэрол, то к себе доберется вскоре после полуночи. Выходить – не выходить?
Поезд тем временем приближался к Хершэму.
Как только электричка остановилась, Джим вскочил и бросился к выходу.
Спустя десять минут он уже стоял у крыльца дома Кэрол. Весь дом был погружен в темноту, ни одно окно не светилось. Немного поразмыслив, Джим не решился тревожить Кэрол и быстро зашагал к себе домой, не заметив, как из подъезда соседнего дома вышел и направился в противоположную сторону невысокий человек. Это был Бен, тот самый тип, который толкнул Кэрол вечером у Пикадилли. Мужчина добрался электричкой до вокзала Ватерлоо и оттуда позвонил в Челси.
Луи сразу же поднял трубку. Видимо, он ожидал звонка и не ложился спать.
– Рассел был около дома, но внутрь не заходил, – доложил Бен. – Потом отправился в сторону Уолтона. Все тихо и спокойно.
– Хорошо, можешь идти домой, – скомандовал Луи.
Утро в среду выдалось чистым и ясным. Крыши соседних домов и кусты в садике, расположенном позади дома Джима Рассела, покрывал иней. Лучи восходящего солнца окрашивали бледное небо в розоватые тона. Проснувшись, Джим услышал внизу шаги матери и взглянул на часы. Почти половина девятого! Следует поторопиться. Обычно Кэрол как раз в это время выходила из дома. Джим вылез из-под одеяла и, накинув халат, поспешно сбежал по лестнице в холл и набрал номер Кэрол. В телефонной трубке отчетливо слышались длинные гудки. Трубку не снимали. Часы в столовой пробили половину девятого. Джим еще раз набрал номер, но результат оказался тем же. Бросив трубку, он в мрачном настроении поднялся наверх. Пора было собираться на работу, но, как назло, все валилось у него из рук – бритва, мыло, даже зубная паста выдавливалась с трудом.
Мать приготовила завтрак. Она, как всегда, была спокойной и веселой. Джим тоже держался бодро, однако не стал ничего рассказывать о предложении Уилберфорса. Покончив с едой, он наскоро оделся и поспешил на станцию, размышляя по дороге, стоит ли позвонить в офис Кэрол. Еще одно их неписаное правило гласило: звонить друг другу на работу следует только при крайней необходимости. Но разве сейчас не такой случай?
В банк Джим опоздал на двадцать минут. Определенно, день начинался плохо. Но хуже всего было то, что, когда Джим подошел к входным дверям, к зданию банка подкатил черный роллс-ройс, и из него вылез мистер Дандерфилд, директор-распорядитель, известный еще и тем, что знал в лицо каждого из двух тысяч сотрудников главного офиса. Когда взгляд бледно-голубых глаз директора-распорядителя остановился на Джиме, молодого человека обдало холодом. Как говорится, уж если не повезет, так рысью.
Уилберфорс сидел в своем кабинете, остальные коллеги Джима тоже были на своих местах. Джим молча уселся за стол, борясь с желанием немедленно позвонить в офис Кэрол, и принялся за работу. Но в одиннадцать часов он все же не выдержал и набрал номер Кэрол.
– Я бы с радостью соединила вас, мистер Рассел, – ответила телефонистка, – но сегодня утром Кэрол Ли не вышла на работу.
– Не вышла? Почему же?
– Нам позвонили и сообщили, что ее не будет целый день. Сказали, что она себя плохо чувствует.
– Странно, – выдохнул Джим. – Значит, она должна быть дома. – И вспомнив, что Джиллиан в отъезде, спросил: – А кто вам звонил?
– Не знаю. Разговаривала не я.
– Что ж, благодарю. – Джим в растерянности опустил трубку.
Затем он связался с коммутатором банка и попросил телефонистку соединить его с квартирой Кэрол в Хершэме.
– Простите, мистер Рассел, но этот номер не отвечает.
– Не может быть!
– Хорошо, я попробую перезвонить, хотя и так уже дважды набирала.
– Попробуйте, пожалуйста! – попросил Джим и, вернувшись на свое рабочее место, невидящим взглядом уставился на лежащие перед ним бумаги.
Сомнения одолевали его, и он не мог сосредоточиться на делах до тех пор, пока снова не зазвонил телефон.
– Никто не отвечает, мистер Рассел, – ледяным тоном произнесла телефонистка. – Может, стоит перезвонить позже?
– Да, пожалуйста, – рассеянно ответил он. – Буду вам очень признателен.
Теперь Джим обеспокоился не на шутку.
Телефонистка еще несколько раз пыталась дозвониться до Кэрол, но телефон упорно молчал. К часу дня Джима охватила сильная тревога.
Когда он во втором часу отправился перекусить, то решил по дороге остановиться у телефонной кабины и набрал рабочий телефон Кэрол. На коммутаторе дежурила уже другая девушка.
– Да, мистер Рассел, – ответила она, – это я приняла сообщение о том, что мисс Ли сегодня не выйдет на работу.
– Простите, а кто предупредил вас о том, что мисс Ли заболела?
– Какой-то мужчина. Он назвался ее кузеном.
Насколько было известно Джиму, кузенов у Кэрол не было.
Итак, незнакомый мужчина звонит в офис и сообщает, что Кэрол заболела. А дома ее нет. Ситуация выглядела слишком неправдоподобной. За легким ланчем в кафе, расположенном неподалеку от банка, Джим пытался вспомнить, не было ли за последние дни в поведении Кэрол каких-нибудь признаков того, что она увлеклась другим мужчиной.
Вечером телефон Кэрол по-прежнему не отвечал. Не появилась девушка и на вокзале Ватерлоо у книжного киоска, где они обычно встречались. Джим простоял там сорок пять минут, а затем сел в электричку и доехал до Хершэма.
Опередив толпу пассажиров, он достиг того места, где дорога сворачивала в сторону полей, и уверенно направился к дому Кэрол.
Войдя в холл, Джим поспешно взбежал вверх по лестнице, на ходу вынимая ключи, которые ему дала Кэрол на случай, если она потеряет свои, и позвонил. Ему никто не открыл, и, немного поколебавшись, он сам отпер дверь ключом.
Тишина, царившая в квартире, сразу насторожила его.
– Кэрол, – позвал он и медленно прошел внутрь. – Кэрол!
Никто не отозвался, только вдалеке за окном, нарушая зловещее безмолвие, прогрохотал поезд.
Включив свет, Джим огляделся и принюхался: в гостиной стоял слабый запах сигаретного дыма, а ведь ни Кэрол, ни Джиллиан не курили. Значит, тут побывал кто-то посторонний. Но никаких следов посетителя он не обнаружил, все вещи оставались на своих местах. Джим заглянул в обе спальни и не заметил ничего подозрительного, потом осмотрел кухню – там тоже было все в порядке. Тогда он решил проверить, на месте ли одежда Кэрол. Открыв
гардероб, Джим внимательно просмотрел вещи, развешанные в шкафу. Отсутствовал костюм, который Кэрол обычно надевала на работу, и ее любимая шляпка. Все остальное, похоже, было на месте.
Он прошел в ванную комнату. Джиллиан хранила свою зубную щетку, пасту и кремы в небольшом стенном шкафчике, а Кэрол держала их на стеклянной полочке над раковиной.
Полка была пуста.
Стало быть, она ушла и забрала свои туалетные принадлежности...
Глава 8
Джим еще раз внимательно осмотрел квартиру, заглянув в каждый уголок. Все вещи были на своих местах, но кое-что показалось ему странным: чашки, блюдца и стаканы в буфете стояли не в том порядке, как обычно, а маленькая сковородка почему-то была на плите рядом с чайником. А ведь Кэрол и Джиллиан любили порядок и всегда убирали сковородки в шкафчик под раковиной.
Джим взял сковородку и заметил сбоку большую вмятину, да и ручка ее почему-то была погнута. Это озадачило Джима: вряд ли легкая сковородка могла бы искривиться так, упав на пол. Но какое отношение имела безобидная сковорода к исчезновению Кэрол, он и представить себе не мог. Джим вздохнул и вернулся в гостиную. Некоторое время он, размышляя, стоял посреди комнаты.
Итак, какой-то мужчина, назвавшийся кузеном Кэрол, позвонил в ее офис и сообщил, что она не выйдет на работу. Вдобавок ко всему, в этой квартире побывал человек, который курил так много, что вся гостиная пропахла табаком.
Джим чувствовал, что с девушкой стряслась беда.
Он решил еще раз перебрать в памяти все имеющиеся факты. Прошлым вечером он впервые заподозрил что-то неладное. Два дня назад Кэрол была страстно влюблена в него, в этом Джим не сомневался. Поэтому абсурдно предполагать, что она могла уехать, ни слова ему не сказав. Но, похоже, дело обстояло именно так. А тут еще мифический «кузен» звонит ей на работу и передает, что она заболела...
Надо связаться с Джиллиан, может, она что-нибудь знает.
Джим вспомнил, что Джиллиан уехала в Суррей навестить заболевшую подругу, но точного адреса он не знал. Фамилия подруги, кажется, Андерсон... Да, точно, Андерсон. Порывшись в гостиной, Джим отыскал телефонный справочник и стал торопливо перелистывать страницы. «Андерсон, Андерсон... Вот! Мистер и миссис У. Р. Андерсон, Мир, Гилфорд, Суррей. Телефон – Мир 0318». Он придвинул к себе телефонный аппарат и попросил телефонистку соединить его с Гилфордом. В трубке послышались гудки, затем знакомый голос вежливо произнес:
– Вас слушают.
– Привет, Джиллиан! Это Джим.
– О, привет, Джим! – Джиллиан была младше Кэрол и на первый взгляд производила впечатление легкомысленной болтушки, хотя была серьезной и соображала не хуже других. – Джим, надеюсь, Кэрол не заболела?
– Насколько мне известно, нет, – ответил молодой человек. – Но сегодня творятся какие-то странные вещи. Она не вышла на работу, и дома ее тоже нет. Она ничего не говорила тебе о том, что собирается уезжать?
– Она никуда не собиралась уезжать, – ответила Джиллиан. – По крайней мере, у нас не было разговора на эту тему. А ты уверен, что Кэрол на самом деле уехала?
– Похоже на то.
– Ну, тогда не знаю, что и думать... Не могу себе представить, куда и зачем она направилась. Тебя она тоже не предупредила?
– Не сказала ни слова.
– Непонятно, – озадаченно заметила Джиллиан. – Обычно она носится по дому, как угорелая, если ей приходится заставлять тебя ждать лишних пять минут. Да, Джим, это на самом деле подозрительно. У тебя нет никаких соображений на сей счет?
– Ни малейших. А ты что скажешь?
– Честно говоря, затрудняюсь ответить. По-моему, ехать ей было некуда.
– У вас есть родственники?
– Фактически нет, – ответила Джиллиан. – Правда, есть одна пожилая тетка, старая дева. Она живет в Корнуолле, но мы не виделись с ней уже много лет.
– И все?
– Да, – решительно произнесла Джиллиан. – Я просто не могу себе представить, куда она запропастилась. Джим, а с ней не мог произойти несчастный случай?
Джим не ответил. Исчезнувшие туалетные принадлежности и телефонный звонок в офис делали это предположение маловероятным.
– Может быть, лучше обратиться в полицию? – внезапно спросила Джиллиан.
Конечно, если ничего не знать об исчезнувших туалетных принадлежностях, то звонок в полицию покажется лучшим выходом. Джим решил не посвящать Джиллиан в подробности.
– Мне не хотелось бы понапрасну поднимать тревогу, – сказал Джим. – Сейчас я нахожусь в вашей квартире и собираюсь подождать здесь еще пару часов, – вдруг Кэрол вернется. Если у тебя возникнут какие-либо идеи, позвони мне. Хорошо?
– Ты сообщишь мне, когда что-нибудь прояснится?
– Конечно.
– Если потребуется моя помощь, я тут же вернусь домой. Хотя, честно говоря, мне не хотелось бы этого делать. Мэрион, моя подруга, тяжело больна, и я ухаживаю за ней. Но если ты считаешь...
– Оставайся в Гилфорде, – успокоил Джиллиан Джим. – Если появятся новости, я сразу же дам тебе знать.
Он положил трубку и надолго задумался. Звонок в Гилфорд не оправдал его надежд; ничего нового выяснить не удалось. А если действительно произошел несчастный случай?
Он должен выяснить это. Но каким образом?
И тут его осенило.
Конечно, Гордон!
Гордон был старшим инспектором Скотланд-Ярда. Джим познакомился с ним чуть больше года назад, когда тот расследовал ограбление банка. А потом, когда дело было закрыто, они не раз пропускали вместе по рюмочке в баре. Ему нравился Гордон, и, если он все еще работает в Скотланд-Ярде, то сможет, по крайней мере, посоветовать, как поступить в подобной ситуации.
Джим набрал номер Уайтхолл 1212.
– Скотланд-Ярд.
– Я могу поговорить со старшим инспектором Гордоном?
– У нас нет инспектора с такой фамилией. Но есть суперинтендант Ян Гордон...
– Да-да, именно он-то мне и нужен.
– Думаю, что он еще не ушел, – сказал оператор. – Пожалуйста, представьтесь.
– Э... Меня зовут Джим Рассел.
– Подождите минуту, мистер Рассел.
Джиму показалось, что прошла целая вечность, прежде чем в трубке раздался мужской голос с легким шотландским акцентом:
– Гордон слушает.
– Вы... вы, наверное, не помните меня, – начал Джим.
Однако Гордон прекрасно его помнил и внимательно выслушал всю историю об исчезновении Кэрол, а потом спокойно произнес:
– Не мне говорить вам, мистер Рассел, что люди иногда совершают самые неожиданные поступки. Не похоже, что это несчастный случай или потеря памяти, но я постараюсь навести справки, а потом позвоню вам. Какой у вас номер телефона?
– Я пробуду у этого телефона некоторое время. Как долго мне ждать?
– Примерно час, – ответил Гордон.
Джим, поблагодарив, повесил трубку. Теперь он уже и не знал, правильно ли поступил, связавшись с Гордоном.
Около девяти часов ему позвонили из Скотланд-Ярда и от имени суперинтенданта Гордона передали, что в списке пострадавших от несчастных случаев, произошедших за последние сутки, нет никого, кто бы соответствовал описанию Кэрол или имел документы на это имя.
Часы пробили полночь. Кэрол не объявлялась.
Не появилась она и к часу ночи.
Измученный ожиданием, Джим покинул квартиру девушки и в кромешной темноте добрался до своего дома. Не став тревожить родителей, он поднялся в свою комнату, лег в постель и попытался заснуть. Но сон не шел. Он беспокойно метался в постели, и лишь под утро забылся тяжелым сном. В половине девятого его разбудила мать, и Джим тут же поспешил вниз к телефону. В квартире Кэрол по-прежнему никто не поднимал трубку.
В банк он опять прибыл с опозданием и, войдя в кабинет, сразу же позвонил на работу Кэрол.
– Нет, мистер Рассел, – ответила телефонистка, – сегодня она тоже не вышла на работу.
По утрам в четверг отдел управления Мидвейского банка был особенно загружен работой. В этот день обычно поступала «добыча».
«Добычей» в банке называли ветхие банкноты и сверхнормативные запасы иностранной валюты, которые все филиалы банка еженедельно отправляли в отдел управления. «Добыча» поступала в банк в мешках, ящиках и картонных коробках, надежно закрытых и опечатанных. В течение дня деньги надлежало рассортировать: часть их предназначалась для пересылки в другие филиалы, часть направлялась на специальные предприятия, занимающиеся восстановлением банкнот, но основную массу денег отвозили в Английский банк, откуда потом ее переправляли на завод по переработке мусора. Самое главное, что номера ветхих банкнот, подлежащих уничтожению, не переписывали, а лишь фиксировали сумму средств, подлежащих списанию со счета.
Для Джима это была обычная повседневная работа, но настолько интересная и захватывающая, что четверги обычно пролетали для него незаметно.
Но сегодняшний день составлял исключение.
Время тянулось слишком медленно. Кроме того, Джиму все время казалось, что Уилберфорс внимательно наблюдает за ним. Вероятно, управляющий заметил, что он несколько рассеян и второй день подряд опаздывает на работу. Джим постарался сосредоточиться, но из этого ничего не получилось. Он ошибался в подсчете денег, в записях, и к обеду Уилберфорс уже не скрывал своего недовольства. Необходимо срочно взять себя в руки.
Завтра, в пятницу, Джиму потребуется помощь всех коллег для окончательной проверки сумм, что-бы к полудню завершить работу, после чего управляющий в сопровождении трех охранников перевезет деньги в Английский банк.
К пяти часам дня большая часть денег была рассортирована и заперта в сейфах. Джим покинул кабинет и, выйдя из здания банка, направился в сторону вокзала Ватерлоо. Он решил еще раз заглянуть в квартиру Кэрол, хотя чувствовал, что это будет напрасной тратой времени. Следовало смириться с фактом, что по каким-то неизвестным причинам Кэрол скрылась от всех без предупреждения.
Очутившись на вокзале, Джим решил на всякий случай подойти к книжному киоску, хотя уже не надеялся встретить там Кэрол. Какой-то мужчина мимоходом налетел на него, и Джим растерянно пробормотал:
– Простите, пожалуйста.
– Ваша девушка попала в беду, – прошептал в ответ незнакомец и торопливо сунул в руку Джима какой-то конверт. Он был невысокого роста, поля низко надвинутой фетровой шляпы скрывали лицо… – Если хотите спасти ее, прочитайте это письмо и оставайтесь дома сегодня и завтра вечером.
– Какого черта... – начал Джим и, протянув руку, схватил прохожего за плечо. Мужчина рывком освободился, метнулся в сторону и затерялся в толпе, прежде чем Джим успел как следует разглядеть его. Письмо, впрочем, осталось в руке. Адрес на конверте был написан рукой Кэрол. Позабыв обо всем на свете, Джим подошел к табачному киоску и вскрыл конверт. Без сомнения, это письмо писала Кэрол. Он сразу узнал ее аккуратный убористый почерк с характерными короткими хвостиками букв.
«ДЖИМ! Я ПОПАЛА В НЕПРИЯТНУЮ ИСТОРИЮ И ВЫНУЖДЕНА БЕЖАТЬ. ПОЖАЛУЙСТА, НИКОМУ НИЧЕГО НЕ РАССКАЗЫВАЙ И НЕ ПЫТАЙСЯ МЕНЯ РАЗЫСКИВАТЬ. Я НАХОЖУСЬ У ДРУЗЕЙ, КОТОРЫМ МОЖЕТ ПОНАДОБИТЬСЯ ТВОЯ ПОМОЩЬ. ПОЖАЛУЙСТА, СДЕЛАЙ ТО, О ЧЕМ ОНИ ПОПРОСЯТ. КЭРОЛ».
Странно, но никогда раньше в своих письмах она не называла его «Джим», а писала «дорогой».
Никогда раньше она не подписывалась «Кэрол», как в этом письме.
Значит, у Кэрол действительно возникли серьезные неприятности.
Глава 9
Этой ночью Джим почти не спал. Лишь на короткие промежутки времени он погружался в забытье, но потом просыпался, вскакивал с постели и тревожно всматривался в темноту за окном, пытаясь догадаться, в какую же историю могла попасть Кэрол. Снова и снова он перечитывал ее письмо, но так и не мог ничего понять. Видно, придется ждать, когда «друзья» Кэрол свяжутся с ним. Прошло несколько часов, прежде чем он погрузился в беспокойный сон…
Утро следующего дня началось с телефонного звонка. Мистера Рассела – старшего не было дома: он ушел на Кингстонский рынок, где по субботам обычно закупал овощи и фрукты на целую неделю. А миссис Рассел поспешила к аппарату, тревожась, чтобы звонок не разбудил сына.
– Я хочу поговорить с Джимом Расселом, – прозвучал в трубке мужской голос.
– Мой сын еще спит. Он провел беспокойную ночь, и мне не хотелось бы его будить. Что ему передать?
– Я позвоню позже, – пробормотал незнакомец и бросил трубку.
Миссис Рассел взволнованно взглянула на лестницу. Сверху не доносилось ни звука, значит, Джим еще не проснулся.
В десять часов телефон зазвонил снова. На этот раз мать Джима находилась на кухне, и ей опять пришлось спешить. Тот же человек задал тот же вопрос и, не представившись, повесил трубку. Казалось, он был чем-то раздражен. Эти звонки встревожили миссис Рассел. Еще никто из друзей сына не разговаривал с ней подобным тоном. Она вернулась к своим делам и вскоре услышала наверху шаги Джима.
Миссис Рассел поднялась к нему, неся в руках поднос с чайными чашками.
– Доброе утро, Джим, – ровным голосом произнесла она. – Решила выпить с тобой чашечку чаю.
– Я рад, мама, – отозвался Джим, хотя, честно говоря, он предпочел бы сделать это в одиночестве. – Мне никто не звонил?
Миссис Рассел поставила поднос на тумбочку рядом с кроватью и внимательно посмотрела на него.
– Дважды звонил какой-то мужчина, но сказал, что перезвонит позже.
– Он... он представился?
– Нет.
– Отец ушел на рынок?
– Конечно, сегодня ведь суббота.
– Понимаешь, ма... – начал Джим, – с Кэрол что-то случилось, но что именно, никак не могу понять. Мне очень тревожно. Она куда-то исчезла. Джиллиан тоже не знает, куда она подевалась. Она...
Джим даже не предполагал, что почувствует такое облегчение, делясь с матерью своими мыслями. Он рассказал ей некоторые подробности, умолчав только о письме и незнакомце, с которым столкнулся вчера вечером на вокзале.
– Этот звонивший мужчина... Как звучал его голос?
– Не очень-то любезно, – ответила миссис Рассел.
– Надеюсь, он позвонит еще раз, – пробормотал Джим. – А пока пойду-ка лучше умоюсь.
В кухне Джима ожидал завтрак – яйца и бекон. Мать развешивала на веревке выстиранное белье; в ярком свете солнца ее седые, чуть взлохмаченные волосы напоминали нимб, а сама она выглядела такой же молодой и привлекательной, как тридцать лет тому назад.
Наконец телефон зазвонил.
Джим подбежал к нему и, стараясь справиться с охватившим его волнением, поднял трубку.
– Джим Рассел слушает.
– Наконец-то, мистер Рассел. У меня есть новости о мисс Ли. От вашего поведения будет зависеть ее будущее. Если я буду вами недоволен, то смогу доставить ей массу неприятностей. Так что, советую вести себя полюбезнее. А сейчас выслушайте меня. Девушка действительно попала в опасную историю, и только вы можете ей помочь, если, конечно, захотите. Не надо никому ничего рассказывать, лучше держать язык за зубами. И еще один совет: не вмешивайте полицию, если не хотите, чтобы у вашей подруги были проблемы, в том числе со здоровьем.
– Где она? – быстро спросил Джим.
– С ней все в порядке.
– Я спрашиваю, где она? Я хочу поговорить с ней, – рассердился Джим, и его рука крепко сжала телефонную трубку. Миссис Рассел наблюдала за сыном из коридора, но он не замечал ее присутствия. – Кзрол находится рядом с вами? Я могу поговорить с ней?
– Нет, не можешь, – отрезал мужчина. – Запомни, ты – единственный человек, который может спасти ее от больших неприятностей. Поэтому, когда я позвоню в следующий раз, будь повнимательнее и посговорчивее. – И незнакомец бросил трубку.
Джим замер с трубкой, прижатой к уху, во взгляде его читался ужас. Услышав шаги матери, он повернулся к ней, и миссис Рассел не на шутку встревожилась.
– Джим! Что случилось? Что-то с Кэрол?
– Не знаю. Похоже, она попала в беду.
– Что сказал тот человек?
Джим молчал, понимая, что не может передать ей содержание разговора.
– Пойди, подыши свежим воздухом, – резко велела мать, – а я пока заварю свежий чай. Когда вернешься, будешь чувствовать себя лучше. Если этот человек позвонит еще раз, постарайся говорить спокойно.
Джим едва не задохнулся от негодования.
– Если бы ты знала, как я беспокоюсь...
– Знаю. Но еще знаю, что таким поведением ты не поможешь ни Кэрол, ни себе. Попытайся расслабиться и, когда он позвонит, не кричи, а постарайся выяснить, что ему нужно.
– Это будет нелегко, – задумчиво произнес Джим. Телефонный звонок раздался ровно через час. К тому времени Джим уже перестал притворяться, что занимается какими-то делами, и уселся в холле возле телефонного аппарата.
– Надеюсь, твое настроение улучшилось, Рассел. Не хочу с тобой ссориться. Думаю, что, действуя сообща, мы сможем помочь Кэрол. Поэтому давай прекратим скандалить.
– Я полностью с вами согласен, – отозвался Джим.
– Прекрасно. Будучи на дружеской ноге, мы сделаем все возможное...
– Было бы лучше, если бы вы сообщили мне, где находится мисс Ли.
– Всему свое время, – ответил мужчина, и в его голосе зазвучали враждебные нотки. – Дело слишком деликатное, чтобы обсуждать его по телефону. Нам надо встретиться. Предлагаю сделать это сегодня вечером.
– А почему не сейчас?
– Потому что вечером удобнее. Я пришлю за тобой машину с шофером. Большой черный «снайп» будет ожидать тебя в половине шестого на железнодорожной станции Уолтон-он-Теймс. Приходи на платформу, с которой отправляются электрички на Лондон, и выполняй все распоряжения шофера.
– К чему такая конспирация? – сквозь зубы процедил Джим. – Почему бы прямо не сказать, куда следует приехать?
– Повторяю, это дело очень деликатное. – И мужчина, прежде чем Джим успел что-либо добавить, повесил трубку.
Когда Джим добрался до станции, уже начало смеркаться. Никто не окликнул его, хотя он пришел на платформу точно в назначенное время. Прождав десять минут, Джим занервничал, не зная, что и думать, и тут к платформе подъехал черный автомобиль.
Дверца машины открылась, и шофер негромко сказал:
– Садитесь.
Джим вздохнул, молча сел в автомобиль, и тот рванул с места.
Глава 10
Минут десять автомобиль мчался по освещенным улицам пригорода, и Джим следил за тем, где они находятся. Но потом машина несколько раз круто повернула, и он перестал ориентироваться. Когда машина выехала на прямую дорогу, освещаемую только фарами проезжающего мимо транспорта, Джим окончательно запутался и уже не понимал, куда его везут, – на запад или на восток, в сторону Лондона или от него. Чувство нереальности происходящего охватило его.
– В обшивке дверцы лежат очки, – внезапно нарушил молчание шофер. – Наденьте их.
– Что?
– Послушай, парень, делай то, что тебе говорят!
– Но мне не нужны очки.
– Надевай очки!
Джим не стал больше спорить и, сунув руку в карман обшивки, извлек оттуда гладкий пластиковый футляр, а в нем – солнцезащитные очки с большими стеклами и боковыми планками. Очки плотно облегали лицо, и Джим полностью лишился возможности видеть что-либо – даже боковым зрением. Стекла очков оказались такими темными, что сквозь них можно было рассмотреть только свет фар движущихся навстречу автомобилей. Его, словно слепого котенка, заманивали в ловушку!
Автомобиль стремительно мчался по прямой автостраде, затем вдруг свернул так неожиданно, что Джима швырнуло в сторону. Взвизгнули тормоза, машина остановилась, и кто-то открыл дверцу. Она тут же захлопнулась, и на сиденье рядом с Джимом опустился какой-то человек. Джим снял очки, смог разглядеть лишь темную фигуру, освещаемую огнями проезжающих мимо автомобилей.
Что-то твердое уперлось ему в бок.
– Если у вас осталась хоть капля здравого смысла, – произнес мужчина, – вы наденете очки и не снимете их, пока вам не прикажут.
Твердый предмет все сильнее вдавливался под ребра Джима. Вполне возможно, что это был пистолет. Джим испугался, а то обстоятельство, что эти опасные незнакомцы знают, где находится Кэрол, только усилило его страх.
– Если не послушаетесь меня, то пострадаете, – продолжал мужчина. – А о том, что тогда случится с Кэрол, даже говорить не хочу.
Джим даже не успел сообразить, что произошло, как острая колющая боль обожгла его лицо. Он глубоко вдохнул и почувствовал, как рот, нос и глаза словно полыхнули огнем. Джим замер, закрыв лицо руками, пытаясь не дышать и не шевелиться, пока не пройдет страшная боль.
Автомобиль тем временем резко свернул в сторону и, похоже, стал подниматься в гору. Джим слышал, как натужно загудел мотор. Вскоре он затормозил, и мужчина, сидящий рядом, взял Джима за локоть.
– Мы выходим. Осторожней, Рассел! Я поведу тебя.
Джим ничего не ответил. Темные очки причиняли ему неудобство, он абсолютно ничего не видел и не догадывался, где находится. Только одно утешало его: он запомнил номер автомобиля: KIJ 7162. Несмотря на помощь незнакомца, Джим с трудом выбрался из машины и неуверенно шагнул вперед.
Вокруг по-прежнему была темнота. И вдруг в этой темноте раздался голос. Джим сразу узнал мужчину, звонившего ему сегодня утром.
– Довольно неудобно быть слепым, – проговорил тот, обращаясь к Джиму. – Не правда ли, Рассел? Врагу не пожелаешь, верно?
Отчаянным движением руки Джим сорвал очки и замер, пораженный. Его окружал мрак. Мрак, нарушаемый только слабым проблеском света, даже не света, а просто бледного пятна на фоне темноты. Он выронил очки и дотронулся до своих глаз. Они были широко открыты, но ничего не видели!
Мужчины, подхватив Джима под руки, провели его по тропинке, помогли подняться на крыльцо, распахнули двери и ввели в какой-то дом. Дверь за его спиной тут же захлопнулась, и Джима проводили в комнату. Он почувствовал, как в лицо ему дохнуло жаром полыхающего огня, и понял, что находится в какой-то гостиной.
Чьи-то руки крепко схватили Джима.
– Садись в кресло, – бодрым голосом проговорил шофер «снайпа».
Джим осторожно присел и почувствовал под собой мягкие подушки. От камина шел такой жар, что он прикрыл лицо рукой.
– Жарко? – продолжал шофер. Голос его звучал дружелюбно. – Я отодвину кресло подальше, верно, Поль?
Человек по имени Поль не отозвался. Несколько секунд стояла полная тишина, затем послышалось сердитое сопение, и чей-то голос угрожающе произнес:
– Кажется, я просил не называть имен.
Этот странный хриплый голос не мог принадлежать тому незнакомцу, который ехал с ним в машине, равно, как и бандиту, беседовавшему с ним по телефону. Слова звучали приглушенно, словно человек закрывал рот платком.
– Простите, хозяин, – нервно пробормотал шофер. – Я больше не буду...
– Тупоголовый болван! – проскрежетал тот же хриплый голос. — Держи рот на замке, не то тоже ослепнешь, как крот... Говорить буду только я. Ступай, принеси раствор для промывания глаз.
– Хорошо, хозяин...
– Я же сказал тебе: заткнись! – Раздался звук пощечины, кто-то налетел на кресло Джима, а человек по имени Поль надтреснутым голосом продолжал: – Иди и делай, что велено. Повторяю: держи рот на замке, иначе пожалеешь!
Послышались торопливые шаги, звук открываемой и закрываемой двери, потом наступила тишина, изредка нарушаемая лишь потрескиванием огня в камине.
– Проследи, чтобы он сделал все, как надо, – приказал кому-то Поль и обратился к Джиму: – Я послал за раствором. После промывания глаз вы почувствуете себя гораздо лучше. Когда немного придете в себя, мы побеседуем с вами, Рассел. А пока вам есть, над чем поразмыслить. Вы должны понимать, что я – серьезный человек...
Джим услышал, как открылась дверь, и голос шофера произнес:
– Вот раствор для промывания глаз.
Раствор оказался прохладным и освежающим. И хотя сама процедура промывания была не особенно приятной, через несколько минут Джим почувствовал себя более или менее сносно. Правда, в глазах по-прежнему была резь, словно их засыпали песком, да и видеть лучше он не стал.
– А сейчас, Рассел, – начал Поль, – я хочу, что-бы вы поняли: я – не только серьезный, но и обязательный человек. Вы должны сделать для нас кое-какую работенку. Она – не слишком сложная, и от вас потребуется, прежде всего, большая осторожность. Вам хорошо заплатят, очень хорошо. Но при условии, что вы будете выполнять наши требования.
– Я пришел сюда не для того, чтобы обсуждать ваши планы, – с трудом выговорил Джим. – Я хочу видеть Кэрол Ли. Где она?
– Она здесь, – вежливо ответил мужчина. – Но вы не сможете увидеть ее, прежде всего потому, что не в состоянии видеть никого и ничего. Впрочем, вы можете убедиться, что я говорю правду. – Он щелкнул пальцами и приказал: – Вы, оба, ступайте и приведите сюда девушку.
Глава 11
Кэрол Ли слышала, как к дому подъехал автомобиль. Она не знала, где расположен этот дом, лишь предполагала, что он находится в сельской местности. Однажды ей удалось мельком увидеть поля и деревья за распахнутым окном, которое открыла в коридоре служанка Дора, приставленная к ней, словно надзирательница к заключенной.
В этом доме девушка провела три дня. Три бесконечных однообразных дня. Правда, жаловаться на плохое обращение ей не приходилось, да и кормили ее хорошо и сытно. А прошлой ночью она спала очень крепко, видимо, вечером ей подмешали в чай снотворное.
Хлопнули дверцы автомобиля, и до Кэрол донесся едва различимый гул голосов. Она подошла к двери и замерла, но больше ничего не услышала.
Скорее всего, это очередной посетитель, приехавший на автомобиле, и ей предстояло провести в одиночестве еще один скучный вечер. В половине седьмого она получит свой обед, а около десяти часов вечера Дора принесет ей напиток на ночь.
Так было вчера. То же самое будет и завтра.
Вдруг Кэрол услышала звук ключа, поворачивающегося в замке, и вскочила на ноги.
Если сюда войдет Луи, она этого не вынесет. Кэрол боялась его, даже когда он находился по другую сторону двери. Его огромная бесформенная фигура, тусклые глаза, пухлые белые руки...
Дверь открылась, и она увидела черную голову коротышки Джеки. В этом человечке было что-то, вызывающее улыбку, и Кэрол даже немного симпатизировала ему. У коротышки был испуганный вид, видимо, он получил взбучку от Луи. А, может быть, от Поля? Джеки боялся их обоих, и у него не хватало мужества постоять за себя. Коротышка застыл в дверях.
– Привет, мисс, – дружелюбно сказал он. – Хозяин ждет тебя внизу.
Кэрол не двинулась с места.
– Послушай, пойдем со мной, – настаивал Джеки. – Он не такой уж плохой человек. Согласись, что все время, пока ты была здесь, он хорошо с тобой обращался. Тем более, что внизу тебя еще кое-кто ждет. Кэрол не шевельнулась.
– Я не хочу никого видеть, – заявила она. – У меня есть только одно желание – поскорее покинуть этот дом.
– Если будешь слушаться, скоро выберешься отсюда, – заверил ее Джеки. – Вот мой совет, мисс. Сегодня вечером хозяин – в плохом настроении, и я уже получил свою порцию. Не вздумай упоминать в разговоре с ним каких-либо имен, и ни в коем случае не называй его Полем.
– Луи тоже там?
– Луи выполняет поручение, – ответил Джеки и продолжил доверительным тоном: – Луи слишком много на себя берет, а хозяин даже не посвящает его во все свои планы. Так что, идем со мной. Не стоит заставлять хозяина ждать, он может не на шутку разгневаться.
Вслед за Джеки Кэрол вышла из комнаты и прошла к большой лестнице, которую видела до этого только один раз, когда Дора случайно оставила дверь открытой. Покосившиеся перила и скрипучие ступени навевали мысли о старинном доме, запущенном и неухоженном. На заляпанных стенах висело несколько выцветших портретов в пыльных позолоченных рамах. Потертый ковер ручной работы напоминал о былом величии.
Спустившись по лестнице, они оказались в просторном холле, стены которого были обиты грязноватыми желто-коричневыми панелями. По обе стороны холла располагался длинный коридор. Джеки свернул направо, постучал в какую-то дверь и прислушался.
– Войдите, – раздался голос Поля.
Коротышка крепко сжал руку девушки, готовясь втащить ее в комнату, если она станет упираться. Но Кэрол не сопротивлялась.
Она очутилась в большой гостиной с высоким дубовым потолком. Ярко полыхал огонь в камине, и его блики сверкали на застекленных дверцах книжных шкафов и на полированных поверхностях тяжелой старомодной мебели. Поль повернулся к девушке, и выражение его лица привело Кэрол в ужас. Сейчас Поль напоминал ей Луи, осунувшегося и постаревшего на десяток лет.
А из кресла, стоявшего возле камина, медленно поднимался… Джим.
В первый момент, увидев Джима, Кэрол не поняла, что с ним случилось.
– Джим! – выдохнула она и рванулась к нему.
Однако Джим не поспешил к ней навстречу. Он замер на месте, вцепившись рукой в подлокотник кресла, и только осторожно повернул голову на звук знакомого голоса. Кэрол подумала, что он не узнал ее, но, подойдя поближе, увидела глаза Джима. Глаза слепого. Расширившиеся зрачки заполнили всю радужную оболочку, белки покраснели, а нос и губы были распухшими и воспаленными.
– Джим... – с трудом выдавила из себя Кэрол.
Джим вытянул вперед одну руку, по-прежнему держась другой за подлокотник кресла, чтобы не потерять равновесия. Он походил на беспомощного, полуживого старика.
– Привет, Кэрол, – наконец, нарушил молчание Джим. – Слава Богу, что ты цела и невредима.
Кэрол схватила его за руку.
– Джим, я не... – Она запнулась, а потом пронзительно вскрикнула: – Что они с тобой сделали?!
Он крепко сжал ее руки, пытаясь придать ей силы. Кэрол не замечала устремленного на нее взгляда Поля. Она, не отрываясь, смотрела в опухшие, невидящие глаза Джима и старалась скрыть охвативший ее ужас.
– Джим, что они сделали с тобой? – хрипло повторила девушка.
– Я пытаюсь объяснить Расселу, что у нас есть для него работа, – перебил ее Поль. Его надтреснутый голос прозвучал неожиданно громко, и Кэрол вздрогнула. – То, что мы предпринимали до сих пор, можно назвать первым предупреждением. – Кэрол заставила себя оторвать взгляд от Джима и посмотреть на Поля. Выражение его лица ей совсем не понравилось. – Сейчас, когда мы собрались вместе, я хочу кое-что объяснить. Прежде всего, надеюсь, вас не надо убеждать в серьезности моих намерений. Я разрабатывал план этого дела полгода, и намерен осуществить задуманное. Рассел должен...
– Но как Джим может что-нибудь сделать, если он ослеп?
– Он не ослеп, – возразил Поль. – Точнее, временно ослеп. Завтра Джим будет видеть лучше, а к понедельнику все пройдет, и он даже не вспомнит о слепоте. Вот тогда-то он и начнет выполнять мои приказания. Но слепота может остаться и навсегда, – заметил Поль и довольно улыбнулся, увидев, как исказилось лицо Кэрол. – Это можно легко устроить. Ведь глаза очень чувствительны. Я неплохо изучил этот вопрос, поскольку знал, что мне понадобится поговорить с Расселом, но так, чтобы он не мог меня видеть. Слепой мне не нужен, мне нужны услуги зрячего. Однако мне известен способ, при помощи которого можно лишить человека зрения навсегда. – Поль замолчал, не отрывая взгляда от Кэрол, а затем мягким голосом, в котором, однако, слышалась угроза, продолжил: – У тебя, кстати, очень красивые глаза. Ты знаешь, какого цвета ее глаза, Рассел? Представь, как красиво в них отражается огонь. У твоей девушки – зеленовато-золотистые глаза. Они напоминают мне изумруды на солнце, такие же яркие и блестящие. Но ведь это не изумруды, они – живые и способны видеть... Точнее, пока они могут видеть. И я надеюсь, что ты не захочешь, чтобы твоя девушка ослепла навсегда…– зловеще закончил Поль.
Глава 12
В воцарившейся тишине никто не пошевельнулся и не сказал ни слова. Поль оглядел всех самоуверенным взглядом и снова заговорил:
– Итак, все очень просто. Если ты, Рассел, выполнишь мои указания, то с Кэрол ничего не случится, она останется жива-здорова, а ты, к тому же, разбогатеешь. Но если не пожелаешь сотрудничать со мной, она будет проклинать тебя всю жизнь, зная, что в твоих силах было спасти ее от слепоты.
– Я не верю, что вы способны на такое, – с трудом выдавил из себя Джим. – Вы просто стараетесь запугать нас.
– Как знаешь. Только смотри, не ошибись! Если откажешься помочь нам, она уже никогда не будет зрячей. Ты, кстати, тоже, Рассел. – Поль презрительно фыркнул. – Девушка останется здесь до тех пор, пока я не узнаю, согласился ты или нет. Мне не нужно, что-бы в случае отказа вы смогли бы узнать меня, поэтому я буду вынужден пойти на крайние меры. Чтобы ослепнуть, достаточно минуты. Чтобы разбогатеть и остаться зрячим – немного дольше. Выбирать тебе, Джим. Если задумаешь играть со мной, захочешь обратиться в полицию, помни, что Кэрол ждет тебя, что она не слепая... пока...
– В... полицию?
– Да, да, в полицию.
– Хорошо. – Джим постарался взять себя в руки. – А чего, все-таки, вы от меня хотите? Это связано с банком?
– Ты неплохо соображаешь, парень, – фыркнул Поль. – Действительно, дело в этом. Подробности сообщим позже.
– А почему бы вам сразу мне все не рассказать?
– Почему? Потому что не знаю, как ты поведешь себя, покинув этот дом. Вдруг тебе в голову придет шальная мысль отправиться прямо в полицию или... – Поль оборвал свою речь на полуслове, а потом злобно прошипел: – Может быть, ты уже обращался к ним и сообщил о пропаже девушки?
– Нет! – вырвалось у Джима. – Нет, я...
– Не лги мне! Ты звонил в полицию?
– Нет. Честно говоря, я хотел, но письмо Кэрол...
– Значит, письмо пришло вовремя, – успокоившись, произнес Поль. – Итак, ты не должен ничего рассказывать ни полицейским, ни своему шефу в банке, ни своим родителям. Понял? Конечно, ты можешь провалить весь наш план, но я искренне не советую шутить с нами. Надеюсь, что ты будешь благоразумным. Может, есть ко мне вопросы?
– Нет.
– Я рад, что ты все понял, – сказал Поль. – Надеюсь, ты запомнишь...
– Джим, – неожиданно выкрикнула Кэрол пронзительным голосом. – Не соглашайся на его авантюры!
– Это ты сейчас такая храбрая, детка, но если ослепнешь, тут же запоешь по-другому. Убрать ее отсюда! – рявкнул вдруг Поль, обращаясь к Джеки, который, по-прежнему стоя в дверях, наблюдал за происходящим. – Слышишь? Убрать ее!
Бандиты силой оторвали девушку от Джима и буквально выволокли ее из комнаты. Кэрол отчаянно звала его, а он только беспомощно повернулся в сторону захлопнувшейся двери…
Джим не знал, сколько времени пробыл в одиночестве. Сначала у него промелькнула мысль постараться выбраться из дома, но потом он понял, что это неосуществимо. Джим боялся даже пошевельнуться, опасаясь угодить в камин, бессильно опустившись в кресло, он замер, прислушиваясь к потрескиванию огня. Вдруг Джим услышал чей-то голос, потом раздались тяжелые шаги, и он понял, что в комнату вошел крупный мужчина. Вошедший тяжело дышал. Джим резко поднялся ему навстречу, и мужчина, не ожидавший этого, налетел на него. Теперь Джим окончательно убедился в том, что перед ним находится рослый толстяк, вдобавок ко всему, не отличающийся большой физической выносливостью. Картина постепенно начала проясняться.
– Если вы что-нибудь сделаете с Кэрол, – ровным голосом проговорил Джим, – я убью вас.
– Перестань болтать чепуху, – отмахнулся от него Поль, с трудом переводя дыхание. – Ты не можешь убить меня, Рассел, поскольку не знаешь, как до меня добраться. Когда мы сделаем дело, я моментально уберусь из этой страны. Неужели ты думаешь, что я этого не предусмотрел? И не надейся зря. Тебе остается только смириться. Я скажу, когда и что следует предпринять, и если будешь хорошим мальчиком, твоей Кэрол никто не причинит вреда. В противном случае... Надеюсь, мне не стоит повторять... Думаю, ты все запомнил.
Джим промолчал.
– Давай поговорим разумно, как мужчина с мужчиной, без всякой сентиментальной чепухи, – продолжал Поль. – Я знаю, кто ты, и чего ты стоишь, а также и то, чем тебя можно зацепить. Я нашел твое слабое место, Рассел, это твоя девушка, Кэрол. Давай рассматривать наши отношения как деловую операцию. Ты поможешь мне ограбить банк. Вспомни, скольких людей в свое время обманул банк? Не мне тебе рассказывать, какие грязные делишки проворачивают банки. Не мне говорить об этом, ты сам все прекрасно знаешь. Поговорим о другом. Если выполнишь свою часть работы, то получишь хорошее вознаграждение. Не меньше пяти тысяч фунтов. Нечего фыркать, Рассел. Это самая обычная банковская операция, но ставка в ней – судьба твоей девушки... А девушка у тебя, честное слово, привлекательная. У нее хорошая фигура, прекрасные волосы и очень красивые глаза... Если начнешь строить глупые планы мести, пеняй на себя. Учти, я тебя предупредил...
У тебя еще есть время, чтобы хорошенько подумать, – добавил Поль и позвал своих подручных.
Через мгновение в комнате послышались чьи-то шаги.
– Довезите его до Хершэма и там отпустите в чистом поле, – приказал он. – А после сразу же возвращайтесь.
– Будет сделано, хозяин, – поспешно сказал шофер.
– Хорошо, – произнес мужчина с вкрадчивым голосом.
Они подошли к Джиму, взяли его под руки и вывели из комнаты. Джима охватил страх. Страх за собственное бессилие. Он с ужасом думал о том, что оставляет здесь беззащитную Кэрол. У него была только одна зацепка – номер автомобиля: KIJ 7162.
Часом позже бандиты высадили Джима из машины и развернулись, чтобы ехать обратно. Шофер напоследок обратился к нему:
– Не падай духом, Рассел. Все не так уж плохо, как тебе кажется. Сейчас ты стоишь на тротуаре. Будь осторожен, не сходи на проезжую дорогу. Нам не нужно, чтобы ты попал под машину.
Через мгновение Джим услышал, как взревел мотор, и автомобиль отъехал, оставив его одного.
Он не знал, сколько времени простоял так, всматриваясь невидящим взглядом в сторону отъехавшего автомобиля. Из оцепенения его вывел какой-то шум. Сначала этот звук озадачил его, но потом Джим понял, что это тормозит подъезжающая к станции пригородная электричка. Возможно, это и есть станция Хершэм. В четверти мили от станции находится квартира Кэрол, но толку от этого мало, он так беспомощен, что не сможет самостоятельно пройти и несколько шагов.
И тут Джим вдруг осознал, что видит свет. Он отчетливо разглядел бледное пятно. Это было самое яркое видение с тex пор, как бандит прыснул ему в лицо слепящим составом. Радость охватила Джима. Зрение медленно возвращалось к нему!
Внезапно тишину нарушили люди, сошедшие с электрички. Они приближались, и Джим уже мог слышать их разговор. Судя по шагам, их было не меньше десяти человек. Если бы ему удалось уговорить кого-нибудь проводить его к дому Кэрол. Возвращаться к себе домой он не решался. Если мать увидит его в таком состоянии...
– Ой! – испуганно воскликнул женский голос. – Здесь какой-то человек!
– Все в порядке, Элси, – отозвался мужской голос и резко добавил: – В чем дело, парень? Стоишь тут и мешаешь прохожим. Посторонись, слышишь?
– Мне... мне очень жаль... Я... – промямлил Джим.
– Конечно, теперь ему жаль...
– Я потерял очки, – в отчаянии выпалил Джим. Эта ложь показалась ему вполне разумной. – Я думал, что смогу добраться домой и без них, но ошибся и застрял здесь. – Он начал тереть глаза, словно они у него болели. – Мне нужно к Чиппен-стрит. Вам, случайно, не туда?
– Это нам как раз по пути, – смягчился мужчина. – Цепляйся за мою руку, приятель, мы мигом доведем тебя домой. – Джим ухватился за протянутую руку. – Элси, поддержи его с другой стороны. Извини, что я обругал тебя, но...
– Все в порядке, – сказал Джим. – С моей стороны было глупо пускаться в дорогу без запасных очков. Я, наверное, оставил очки в электричке, которая пришла перед вашей. Простите за беспокойство...
– О, забудь про это. Идем!
Когда они дошли до Чиппен-стрит, Джим разглядел расплывчатые контуры уличных фонарей и понял, что сможет добраться до дома самостоятельно. Вскоре они достигли калитки, ведущей во двор домика Кэрол.
– Дальше я дойду сам, – твердо заявил Джим. – Дома у меня есть еще одна пара очков. Очень благодарен вам за помощь. Большое спасибо.
Парочка скрылась в темноте, а Джим медленно открыл калитку. Он опять остался наедине со своими мыслями и страхами.
Окончание следует.

Перевод с английского Марины Жалинской

Глава 1

Когда мужчина толкнул ее в первый раз, Кэрол Ли не обратила на это внимания, и мужчина, пробормотав нечто, похожее на извинения, исчез в толпе, направлявшейся к станции метро «Пикадилли», даже не рассмотрела его лица. Кэрол торопилась домой после трудового дня. Сегодня вечером ее ждали только домашние дела, поскольку был вторник, а по вторникам Джим посещал курсы банковских служащих. Занятия заканчивались в десять часов вечера, и, выйдя из банка, он тут же спешил к таксофону, чтобы позвонить ей. Это был ритуал. Кэрол занимали мысли о том, хватит ли у нее дома стирального порошка, чтобы выстирать все белье, ведь, пока она доберется до дома, все магазины закроются. Соседей по лестничной площадке сегодня не будет допоздна, а ее сестра Джиллиан отправилась на несколько дней к друзьям в Суррей.

Перед входом в метро Кэрол задержалась у витрины магазина, чтобы присмотреть подарок для Джима – приближался его день рождения. Неподалеку от нее стоял какой-то мужчина, но она не признала в нем незнакомца, толкнувшего ее в толпе. На этот раз незнакомец был не один, а с приятелем – крупным, прилично одетым мужчиной. Девушке даже в голову не пришло, что мужчины наблюдают за ней, поскольку внешне они не проявляли к ней никакого интереса. Они тихо переговаривались между собой.

– Все в порядке, она идет точно по нашему графику, – шепнул один из них.

– Пойдем за ней, – улыбнулся в ответ другой. – Надо удостовериться, что она действительно направляется домой.

Людской поток подхватил Кэрол и внес ее в метро. Девушка привыкла к подобной толчее и не обратила внимания на то, что мужчины, стоявшие у витрины магазина, приблизились к ней. Один из них встал сзади, а другой протиснулся вперед. Сойдя с эскалатора, Кэрол очутилась в ярко освещенном проходе, и оба незнакомца некоторое время держались впереди, но постепенно один из них отстал, не упуская, однако, девушку из виду. Вскоре они достигли платформы, и вдалеке загрохотал поезд. Мужчины снова приблизились к Кэрол, не опасаясь вызвать подозрений, поскольку вся платформа была заполнена людьми – вечером в час пик на этой ветке метро всегда царило столпотворение – ведь именно она вела к вокзалу Ватерлоо, куда направлялось большинство пассажиров.

Кэрол повезло – двери одного из вагонов открылись прямо перед ней, но мужчины, опередив ее, прошли внутрь и повернули направо. Девушка спокойно вошла и встала у дверей вагона; у нее и в мыслях не было, что кто-то проявляет к ней интерес. Свободных мест не оказалось, но это ее не огорчило – до Ватерлоо было лишь две остановки.

Вскоре поезд остановился у Ватерлоо, и людской поток, подхватив девушку, вынес ее из вагона. Мужчины продолжали неотрывно следовать за ней.

Теперь толпа протискивалась сквозь турникеты вокзала, люди спешили занять места в тесных купе пригородной электрички. Вот поезд рванулся вперед и, не останавливаясь у Сербайтона, затормозил у Хершэма.

Кэрол вышла на небольшую, плохо освещенную деревянную платформу. Двери электрички закрылись за ней, и поезд двинулся дальше. Полумрак скрывал лица окружающих ее людей до тех пор, пока она не достигла зала ожидания. Кэрол прошла сквозь турникет и очутилась на улице. Впереди виднелась аллея, ведущая к главной автостраде. До дома оставалось минут десять ходьбы.

Только выходя из вокзала, девушка впервые обратила внимание на симпатичного молодого человека, потому что он, забрав у контролера билет, задержался у барьера, наблюдая за ней. Кэрол почувствовала, что его заинтересовала именно она, но в этом не было ничего необычного – многие мужчины, особенно молодые, обращали на нее внимание. Она надеялась, что он не попытается завязать с ней знакомство, и с облегчением вздохнула, когда молодой человек позволил ей спокойно пройти вперед. Но потом она вновь почувствовала его присутствие, и ей стало тревожно, захотелось поскорее попасть домой.

Толпа, окружавшая девушку, стала, наконец, рассеиваться. Кэрол свернула направо, под мост. Она не оглядывалась и надеялась, что наблюдавший за ней мужчина свернул в другую сторону. Как глупо считать, что он заинтересовался именно ею!

Сразу за мостом виднелся узкий поворот, а дальше начиналась грунтовая дорога, пересекающая поле. Впереди и позади Кэрол на некотором расстоянии горели фонари, но освещение было слабым. Кэрол старалась не ходить по этой дороге поздно вечером, ее пугала темнота. Но сейчас на узкой тропинке прохожих было много, некоторые переговаривались между собой, некоторые курили, а кое-кто так торопился, что едва не бежал, одним словом, поводов для беспокойства не было. Но Кэрол почему-то никак не могла выбросить из головы мысль о незнакомом молодом человеке. У него было симпатичное бледное лицо, маленький рот и небольшие глаза. Черные волосы, пожалуй, слишком редкие для его возраста, были гладко зачесаны назад. Добротное пальто из синего драпа плотно обтягивало его широкие плечи.

Интересно, идет ли он следом?

Кэрол дошла до угла и теперь могла обернуться, не привлекая внимания. Поле освещал один-единственный фонарь, установленный недавно по требованию сотен обитателей маленьких домиков, отрезанных темнотой от внешнего мира. Она осмотрелась и увидела на другой стороне незнакомца с его товарищем. Нельзя было с уверенностью сказать, что они идут за ней, но Кэрол почувствовала, как учащенно забилось ее сердце, и ускорила шаг. Уличные фонари и светящиеся желтые окна домов стали гораздо ближе, и Кэрол вздохнула с громадным облегчением. Теперь совсем немного осталось пройти до дома, в котором у нее была маленькая квартирка. Дойдя до ворот, ведущих в уродливый двухэтажный домик, она повернулась, чтобы открыть их, и быстрым взглядом окинула улицу. Двое мужчин медленно шли по противоположной стороне.

Молодой человек мельком взглянул на девушку, но не ускорил шаг.

Она быстро захлопнула за собой калитку и достала из сумочки ключи.

Открыв входную дверь, Кэрол скользнула в длинный узкий холл с потертым ковром на полу и узкой деревянной лестницей, нащупала на стене выключатель и щелкнула им. В холле вспыхнул свет. Она вошла внутрь, щелкнула другим выключателем и включила свет на крыльце. Ну, вот, теперь все встало на свои места, за исключением того, что никого из жильцов не было дома.

Чтобы побороть волну охватившего ее беспокойства, Кэрол быстро и решительно направилась вверх по лестнице, нарочито громко стуча каблуками.

Запертые двери двух квартир на первом этаже выглядели очень внушительно, как и старая дубовая лестница, хотя ее ступеньки поскрипывали, несмотря на постеленный ковер. Девушка постепенно ускоряла шаг. «Это всего лишь нервы, – успокаивала она себя. – Стоит очутиться в своей квартире, и все беспокойство как рукой снимет». Ей больше не потребуется выходить на лестницу, пока она не услышит, что другие жильцы вернулись домой. Две пожилые старые девы из квартиры № 1 наверняка появятся первыми, и они, конечно, одолжат ей немного стирального порошка...

Отперев входную дверь, Кэрол широко распахнула ее и вошла в квартиру. Выключатель в гостиной находился на расстоянии вытянутой руки, поэтому она потянулась к нему, оставив дверь открытой. Звук закрывающейся двери и щелчок выключателя прозвучали одновременно, но свет не загорелся. Девушка оказалась запертой в темноте.

– Ну, почему именно сегодня? – испуганно прошептала она и постаралась уверить себя, что всему виной – перегоревшая лампочка, за последние несколько недель две из них пришлось заменить.

Постепенно глаза Кэрол стали привыкать к темноте. Первый испуг прошел, и она осторожно шагнула внутрь.

И тут сзади нее, в спальне, вспыхнул свет. Кэрол заметила чью-то тень, и незнакомый мужской голос тихо скомандовал:

– Оставайся на месте и молчи.

Глава 2

В первое мгновение Кэрол так испугалась, что действительно онемела. Она застыла в нелепой позе, выставив вперед правую ногу и вытянув руки, словно ища опору. Сердце бешено колотилось. Тень вдруг шевельнулась, и это движение вывело девушку из оцепенения. Она бросила быстрый взгляд через плечо и на фоне ярко освещенной спальни увидела темную фигуру незнакомого мужчины, державшего в правой руке какой-то предмет, похожий на дубинку. Мужчина шагнул вперед.

– Не смей... – начал он и, угрожающе подняв руку, двинулся к Кэрол.

О своих дальнейших действиях девушка не думала. Она устремилась к кухне, стараясь добраться туда быстрее злодея, но мужчина догнал ее, сильно толкнул в спину, и она, споткнувшись, ударилась о газовую плиту. От сильной боли и охватившего ее ужаса у Кэрол перехватило дыхание. Повернувшись, она увидела, как мужчина, занеся над ней правую руку, сжимающую дубинку, левой зажег свет на кухне. Теперь она могла разглядеть его бледное, искаженное гримасой ярости лицо, блестящие глаза, полуоткрытый рот. Мужчина тяжело дышал.

– Если еще хоть раз пикнешь! – прорычал он.

Недолго думая, Кэрол схватила с сушилки заварочный чайник и швырнула его в незнакомца. Тот быстро нагнулся, и чайник, пролетев над его головой, ударился о стену и упал на пол. Кэрол запустила в него стоявшими тут же чашкой и блюдцем. Мужчина снова увернулся, продолжая со свирепым видом приближаться к ней. Кэрол беспомощно озиралась по сторонам. Неожиданно ее взгляд упал на металлическую сковородку и, схватив ее за ручку, девушка попыталась ударить негодяя по голове, но промахнулась. Мужчина легко отбросил в сторону руку Кэрол и ударил ее дубинкой по голове.

Ноги Кэрол подкосились, и она, рухнув на пол, потеряла сознание. Некоторое время мужчина разглядывал упавшую девушку, а потом достал из кармана пачку сигарет и, как ни в чем не бывало, закурил. Сигаретный дым медленно заклубился над бесчувственным телом девушки.

Когда к Кэрол вернулось сознание, она решилась открыть глаза, и первое, что увидела, были ноги в мужских ботинках. Повернув голову, Кэрол смогла рассмотреть что мужчина сидит на кухонном стуле возле двери, курит и наблюдает за ней, помахивая дубинкой.

– Не шуми, и больше никто не сделает тебе больно, – ровным голосом произнес незнакомец.

Кэрол попыталась сесть, у нее раскалывалась голова, казалось, боль пульсировала вместе с сердцем, ныло колено, нещадно болело правое плечо. Наконец, ей удалось встать на колени, и, дотянувшись до газовой плиты, она с трудом поднялась.

– Что... что вам надо? – с трудом произнесла она. – Тут нет ничего ценного.

Незнакомец усмехнулся.

– А ты? Я говорил своим парням, что ты – девчонка хоть куда, и оказался прав! Тебе полегчало?

– Д-да...

– Послушай, детка, – мягко продолжил он, – если не будешь шуметь, все будет в порядке, никто тебя не обидит. Нам придется кое-кого подождать, но, думаю, они долго не задержатся. Здесь есть виски или джин?

– Есть немного джина.

– Хорошо, можешь выпить.

– Я не хочу.

– Твое дело. – Он пожал плечами. – Чего ты хочешь?

Она хотела сесть. Хотела, чтобы прекратилась эта пульсирующая боль в голове. Хотела, чтобы этот тип убрался восвояси. Хотела пробудиться от этого кошмара. И в то же время понимала, что из всех этих желаний ей доступно лишь первое.

Ничего не ответив, Кэрол продолжала смотреть на незнакомца.

– Говори, не бойся. Чего же ты хочешь? – повторил мужчина.

– Я хочу... хочу чашку чая и несколько таблеток аспирина, – простонала Кэрол. – У меня страшно болит голова.

– Можешь поставить чайник на плиту, если только не будешь им бросаться. А потом завари чай. Я и сам с удовольствием выпью чашечку.

Занявшись привычными делами, Кэрол постепенно успокоилась и, к тому времени, когда чайник закипел, почувствовала себя гораздо лучше, почти забыв про боль. Мужчина пристально смотрел на нее, и она изо всех сил старалась не сделать какого-нибудь неосторожного движения, которое могло быть принято за попытку швырнуть в него чашку или кипящий чайник.

– Можешь отнести все это в другую комнату, – предложил мужчина. – Заодно и примешь аспирин. Кстати, где он?

– Аспирин... аспирин лежит в моей сумочке.

– Хорошо. – Мужчина кивком указал на дверь, и Кэрол увидела, что ее сумочка висит на дверной ручке, должно быть, он подобрал ее, пока она лежала без сознания.

Взяв поднос, Кэрол направилась в гостиную и поставила его на журнальный столик. Мужчина бросил ей сумочку, и она, осторожно присев на краешек кушетки, открыла ее и вынула маленький флакончик с аспирином. Пристальный взгляд коротышки обострил ее страхи, но, собрав все свое мужество, Кэрол резко спросила:

– Почему вы не скажете, что вам от меня надо?

– Скоро сама все узнаешь, – ответил он. – Как насчет чая?

Дрожащей рукой Кэрол налила чай, и, когда мужчина потянулся за своей чашкой, она обратила внимание на то, какие у него мощные руки и плечи. Несмотря на невысокий рост, этот человек явно обладал недюжинной силой. А она, глупая, еще пыталась бороться с ним!..

Девушка проглотила таблетку аспирина, отхлебнула глоток чая и прикрыла глаза.

– Что вам надо? – вновь спросила она.

– Деньги, – криво усмехаясь, заметил мужчина.

– Но у меня нет денег!

– Может, и нет.

– Тогда зачем вы здесь? У меня... у меня есть лишь несколько фунтов. – Охваченная внезапной мыслью, что он действительно пришел ограбить ее, Кэрол поспешно открыла сумочку. – Тут всего лишь 30 шиллингов, и еще 5 фунтов лежат в спальне. Я храню их на всякий случай. Принести?

– Не суетись! – остановил ее коротышка. – Меня не интересует твоя мелочь.

– Но у меня действительно нет денег! В этой квартире ничего больше нет!

– Я верю тебе, детка.

Кэрол обессиленно опустилась на кушетку.

– В этом... в этом нет никакого смысла.

– Смысл появится, когда ты узнаешь, в чем дело. Ждать осталось недолго, – произнес он. – Послушай, детка, когда сюда явится Поль, не вздумай с ним пререкаться. Он может быть ужасен, если что-то идет не так, как он хочет. Поэтому будь послушной девочкой.

– Кто это такой?

– Тот парень, который считает, что с твоей помощью можно получить большие деньги, – пояснил коротышка, все еще криво усмехаясь. – Он ответит на все твои вопросы. Прислушайся к моему совету: не перечь ему.

Его перебил условный стук в дверь. Коротышка с облегчением вздохнул, подошел к двери и открыл ее. В квартиру вошел высокий крупный мужчина.

Когда он повернулся к Кэрол, она с ужасом узнала в нем того самого типа, который рассматривал ее на вокзале и шел потом следом до самого дома. Значит, она не ошибалась.

Мужчина оглядел Кэрол с головы до ног, и ее охватил страх.

Глава 3

Новый посетитель оказался настолько массивным, что по сравнению с ним невысокий бандит действительно смотрелся коротышкой. При ярком электрическом свете здоровяк уже не выглядел таким симпатичным, как на улице; глаза у него были узкими, лицо одутловатым, а рот маленьким, почти женским. На его огромной фигуре довольно карикатурно смотрелся безукоризненно сшитый костюм.

– Привет, Луи! – произнес коротышка ровным голосом, но в его тоне проскальзывали нотки почтения. – Все прошло по плану.

– Это хорошо, Джеки, – отозвался Луи.

– А где Поль?

– Будет позже, – ответил здоровяк, не отрываясь глядя на Кэрол.

– Неприятностей не было? – наконец, спросил он.

– Так, пустяки.

– А подробнее?

– Увидев меня, она завизжала, вот и все. Я немного приструнил ее, и потом она была паинькой.

– Лучше ей такой и оставаться, – заметил Луи и шагнул к девушке. – Слушайся нас, не поднимай шума, и все будет в порядке, – отчеканил он. – Это все, что тебе следует запомнить.

– Я... – Кэрол попыталась что-то сказать, но слова застряли у нее в горле.

– Есть вопросы? – Луи не шевелился.

– Я хочу знать, что происходит! – закричала девушка.

– Придет время, узнаешь. И не смей повышать голос, мне это не нравится. – К облегчению Кэрол, Луи отступил назад, но девушка все равно чувствовала исходящую от него угрозу. – Так вот. Мы долго дожидались подходящего момента, когда дома не будет твоих соседей по лестничной площадке, и устроили так, чтобы жильцы с первого этажа тоже убрались отсюда, поскольку для разговора с тобой нам требуется пустой дом.

Кэрол замерла на месте, не веря своим ушам.

– Ты поняла? – спросил Луи.

– Да.

– Сложности были только с одной парой, но мы устроили им телефонный вызов. Так как мы прождали три недели, и наше терпение на исходе, постарайся больше его не испытывать.

– Что... что вам от меня надо? – бесцветным голосом произнесла Кэрол.

– Мы побеседуем с тобой, – объяснил Луи, – а потом ты напишешь письмо и пойдешь с нами. Но это будет после телефонного звонка Рассела. В котором часу он обычно звонит?

Услышав фамилию Джима, Кэрол оцепенела.

За все это время она ни разу не вспомнила о нем, поэтому сразу встревожилась.

– Так когда он обычно звонит? – повторил свой вопрос Луи.

– По-разному. Обычно десять минут одиннадцатого, но иногда может позвонить раньше или позже. Это...

– Когда Джим позвонит, – перебил ее Луи, – ты должна разговаривать с ним так, чтобы он ничего не заподозрил. Завтра утром он обо всем узнает.

– Оставьте в покое Джима! – взмолилась девушка. – Какое... отношение он может иметь ко всему этому?

Луи смерил ее долгим внимательным взглядом и спокойно произнес:

– Самое прямое.

– Вы с ума сошли! Джим никогда не станет связываться...

Быстрым взмахом руки Луи отвесил ей пощечину. Удар был не столько болезненным, сколько неожиданным, но самым страшным оказалось то, что внешне Луи не выказал никаких признаков гнева или раздражения.

– Ты давно знакома с Расселом? – как ни в чем не бывало, спросил он.

– Почти два года, но...

– Как часто вы встречаетесь?

К собственному удивлению, Кэрол торопливо ответила:

– Четыре... четыре или пять раз в неделю. Большинство выходных мы тоже проводим вместе. Иногда Джим навещает своего кузена, живущего за городом, а я хожу к подруге. Мы... Но почему... какое отношение имеет ко всему этому Джим?

– Вопросы здесь задаю только я. Вы собирались пожениться?

– Да, конечно, мы...

– Когда?

– В следующем году. Он готовится к экзамену по банковскому делу. Он... он работает в отделе управления и надеется получить назначение за границу. Нам... нам хотелось бы жить за рубежом, и он сейчас проходит специальный курс обучения…

– Ясно, – прервал ее Луи и о чем-то задумался.

Кэрол не могла предугадать, что еще выкинет этот здоровяк, и его молчание пугало ее. Она тщетно пыталась привести мысли в порядок.

– Он много говорит о своей работе? – внезапно спросил бандит.

– Ну... не особенно.

– Отвечай прямо: да или нет?

– Он почти ничего не рассказывает. Я имею в виду... – Кэрол испуганно взглянула на руки Луи, опасаясь, что он опять ударит ее. – Он... он рассказывает мне о том, как прошел рабочий день, в каком настроении пребывали управляющий, помощник управляющего и его... его коллеги, но никогда не упоминает о своей работе, не вдается ни в какие подробности. Мне известно только то, что он ведет дела филиалов банка, расположенных у нас в стране и за границей. Это все, что мне известно. Он никогда не говорит со мной о денежных операциях, если вас это интересует.

– Никогда? – насмешливо переспросил Луи.

– Нечего так смотреть на меня! – закричала Кэрол. – Я уже сказала, что Джим ничего не докладывает мне о своих делах, это конфиденциальные сведения, и он не должен о них распространяться.

– Верно, – заметил Луи таким тоном, словно этот ответ его вполне устраивал. – Конечно, он не должен болтать лишнее. Мне известно, что у твоего жениха прекрасная репутация. Джима Рассела можно охарактеризовать как человека, заслуживающего доверия, не так ли?

– Да, конечно.

– Тогда все сходится, – согласился Луи. Впервые за все это время его лицо немного расслабилось, а на губах появилось какое-то подобие улыбки. – Этот человек заслуживает доверия, и он нам подходит.

– Если вы думаете, что он станет помогать вам...

– А куда он денется? Именно поэтому мы его и выбрали. Он – единственный, кто соответствует всем требованиям. Ты тоже подходишь нам, – добавил Луи. – Если бы не ты, нам пришлось бы придумывать какой-нибудь другой план. Как по-твоему, управляющий доверяет Джиму?

– Конечно, доверяет.

– Тогда все в порядке, – заключил Луи и, к облегчению Кэрол, отвернулся. – Джеки, сейчас – десять минут восьмого, ждать остается более трех часов, поэтому не мешало бы перекусить. Тут нечего пожевать?

– Кое-что есть, – отозвался Джеки. – Я заглянул в кладовую: там осталось несколько яиц и небольшой кусок бекона. Пива я не нашел.

– Ну, нам надо что-нибудь посущественнее. Смени Бена, и скажи ему, чтобы он достал еды. Мне страшно хочется есть. Ступай, а я постерегу ее.

– Хорошо, Луи, – согласился коротышка, но не двинулся с места. – Может, лучше Бена послать за провизией? Бен быстро управится, а если Поль придет и обнаружит...

– Поль поручил это дело мне, – вкрадчивым тоном произнес Луи, – и я – босс. Поэтому делай, что тебе говорят. Понял? И позволь еще кое-что добавить, Джеки. – Луи повернулся на каблуках и подошел к коротышке вплотную. – Мы с Полем долго разрабатывали этот план, и сейчас, когда операция началась, мне нужно сосредоточиться. Поэтому я не желаю спорить с тобой, с Беном или с кем-либо еще. Ты знаешь, как быстро я выхожу из себя, и мне не хотелось бы, чтобы ты стал виновником этого.

Джеки начал бочком продвигаться к двери.

– Я только предложил, – извиняющимся тоном пробормотал он. – Думал, как лучше…

– Вот именно, – отозвался Луи. – Повторяю: пока нет Поля, я – босс.

Джеки вышел и громко хлопнул за собой дверью.

Наступила гнетущая тишина. Кэрол не слышала, как Джеки спустился вниз, как открылась и закрылась входная дверь. Она наблюдала за Луи. Характерной тяжеловатой походкой он подошел к креслу и опустился на подлокотник. Несмотря на отлично сшитый костюм, бандит выглядел как-то нескладно. Луи не предпринимал никаких действий, но даже неподвижно сидя в другом конце комнаты, этот человек пугал ее. Самым худшим было то, что он пристально разглядывал Кэрол, не произнося при этом ни слова, вероятно, оценивая ситуацию и решая, как поступить дальше.

– Тебя зовут Кэрол Ли? – неожиданно громко прозвучал в тишине его вопрос. – Кэрол – это уменьшительное от Каролины?

– Нет, Кэрол – мое полное имя.

– Просто Кэрол?

– Кэрол Энн. Кэрол Энн Ли.

– Звучит неплохо. И знаешь, что еще? На мой взгляд, ты прекрасно смотришься. Одеть тебя пошикарнее, украсить бриллиантами, и ты будешь выглядеть на миллион фунтов. Я разбираюсь в нарядах и знаю толк в женщинах. Хочешь, докажу? Смотри. С такими волосами ты должна носить черное, зеленое или желтое. Тебе также пойдет что-нибудь блестящее. Цвету твоего лица позавидует любая королева красоты. Ты – привлекательная девушка, Кэрол, кстати, я тоже неплох. Меня ждет хорошее будущее. Я иду к намеченной цели напролом. Последние две или три недели я наблюдал за тобой, хотя ты и не подозревала об этом. Я специально отослал Джеки, чтобы поговорить с тобой с глазу на глаз.

Поль – крупный босс, но, завершив это дело, он уйдет на покой, а я займу его место. У него есть особые причины передать дела именно мне. Не доставляй нам неприятностей, делай, что я прикажу, и, когда все кончится, ты не пожалеешь. Никто не пожалеет, если будет помогать Луи… Этот Рассел – не для тебя, понимаешь? Зря тратишь на него время. Ты должна быть рада, что мы выбрали его, а я – тебя. – Замолчав, он медленно дотронулся до плеча Кэрол. Это было как прикосновение змеи, и девушка с трудом удержалась, чтобы не стряхнуть его руку. – Нам необходимо понять друг друга, – невозмутимо продолжал Луи. – Немного взаимопонимания – и все будет в порядке.

Его рука скользнула по ее плечам, затем по груди.

Этого Кэрол уже не смогла стерпеть и резко оттолкнула его руку.

Глава 4

– Я же говорил о взаимопонимании, – яростно прорычал Луи. – А если ты так это воспринимаешь… Я ведь предупреждал…

Кэрол замерла от страха, и неожиданное появление вернувшегося коротышки Джеки показалось ей на этот раз чудесным спасением. Но она рано успокоилась. Увидев Джеки, Луи повелительно взмахнул рукой.

– Свяжи ее, – приказал он. – Да покрепче. Поищи в доме какие-нибудь веревки.

– Ладно, – поспешно проговорил Джеки и направился в кухню.

– Это послужит тебе хорошим уроком, – зловеще улыбнулся Луи, обращаясь к Кэрол.

Через пару минут вернулся Джеки, но с пустыми руками.

– Не мог ничего найти, – извиняющимся тоном сказал он. – Никакой бельевой веревки или чего-либо подобного.

– Разорви хотя бы простыню, – приказал Луи.

– Отличная мысль, – согласился Джеки и направился в спальню. Вспыхнул свет, и девушка увидела, как бандит стал рыться в ее шкафу, потом послышался звук торопливо разрываемой ткани. Вскоре Джеки вышел из спальни, неся в руке простынь, которую он скрутил в виде веревки.

– Сядь! – велел Луи.

Кэрол подчинилась, понимая, что сопротивляться бесполезно. Она села, чувствуя неприятную дрожь во всем теле, а Джеки с самодельной веревкой приблизился к ней.

– Руки назад, – последовал очередной приказ Луи. Кэрол послушно подчинилась.

Джеки молча повернул девушку спиной и крепко связал ей руки.

– Что вы собираетесь сделать с Джимом? – беспомощным голосом спросила Кэрол. – Вы... вы не собираетесь причинить ему зло?

– Мы не причиняем зла тому, кто ведет себя разумно, – вкрадчиво ответил Луи. – Тебе предстоит еще многому научиться, но я – хороший учитель. – Он продолжал наблюдать, как Джеки толкнул девушку на кушетку и, взяв ее за лодыжки, обмотал вокруг них другую полоску простыни и крепко связал. Проделав все это, он усадил ее поудобнее.

Кэрол попыталась успокоиться и отогнать навязчивый образ Джима, но не могла: Джим, с его серьезными карими глазами, которые временами вспыхивали и начинали искриться весельем, стоило ей очутиться рядом. Джим, ее сильный и добрый Джим с вьющимися каштановыми волосами, квадратным подбородком и слегка приплюснутым носом... Он называл себя грубым парнем. Возможно, так оно и было, но она знала, как нежно и заботливо вел себя Джим по отношению к ней. Джим... Нет никакой возможности предупредить его об опасности, остается только дожидаться телефонного звонка. Она должна поговорить с ним. Луи хочет, чтобы она заставила Джима поверить, что все в порядке. А она не станет этого делать! Она предупредит его. Не так уж трудно что-нибудь придумать, и он спасет ее, он сделает все, чтобы освободить ее...

Кэрол сидела и ждала, чувствуя, как от неудобной позы затекают руки и ноги. Время тянулось нестерпимо медленно. Часы показывали половину девятого вечера, а Джим будет звонить после десяти, самое позднее – в четверть одиннадцатого. Ждать оставалось почти два часа. Несмотря на мучившие ее голод и страх, она твердила себе, что необходимо предупредить Джима во что бы то ни стало. Он скоро позвонит, и надо непременно что-то придумать...

Глава 5

Лекция, проходившая в большом зале здания правления банка, закончилась около десяти часов. Лектор занял место рядом с ведущим заседание импозантным и напыщенным мистером Сирилом Уилберфорсом. Тот вытер платком лоб и нервно закурил сигарету. Он вообще был человеком нервным, и пожилые сотрудники банка, проработавшие с ним много лет, хорошо знали об этой черте его характера.

Слушатели расслабились, задвигались, начали перешептываться. Они только что прослушали интересную лекцию, посвященную влиянию неконвертируемости фунта стерлингов в некоторых зонах с твердой валютой.

Джим Рассел, занимавший третий по важности пост в отделе, возглавляемом Уилберфорсом, достал курительную трубку и взглянул на часы.

– Который час? – шепотом спросил его сосед.

– Без десяти десять.

– Что-то сегодня время тянется слишком медленно. Может быть, зайдешь ко мне выпить, дружище?

– Да я... – начал Рассел.

– О, только не отказывайся. Я пригласил еще несколько парней. Вчера у меня был день рождения, так что, есть повод повеселиться.

– Я бы с удовольствием, Том, но мне тогда не удастся вернуться домой раньше одиннадцати. А у меня еще остались кое-какие дела.

– Позвонишь от меня и все уладишь!

– Кое-куда придется позвонить в любом случае. – Джим добродушно усмехнулся. – Поздравляю тебя с днем рождения и прошу извинить, что не сделал этого раньше.

– Не стоит извиняться, старина. Ты поступил великодушно, не напомнив мне о моем возрасте. Подумать только – тридцать восемь лет! Еще два года – и будет сорок! Я уже чувствую себя стариком. Вам, молодым...

Тем временем Уилберфорс благодарил докладчика.

– ... я надеюсь, что выражу мнение всех присутствующих, высказав глубокую благодарность профессору Коннингхэму за его интересную лекцию, прочитанную с таким чувством юмора, и мы надеемся, что еще не раз встретимся с профессором в этом зале. А сейчас я бы попросил, – важно продолжал он, – чтобы кое-кто из вас задержался. Полагаю, вы об этом не пожалеете. Мистер Арнольд Бенн, мистер Фредерик Слоукум, мистер Кристофер Уиллис, мистер Джеймс Рассел, мистер Артур Мейсон. Остальные могут быть свободны. До свидания, джентльмены. Доброй ночи...

– До свидания...

– Прощай, первая часть курса, – с гримасой прокомментировал Том. – Пожалуй, тебя выбрали не только от избытка ума, но и из-за красивой внешности.

– Куда выбрали? – не понял Джим.

– Уилберфорс хочет, чтобы ты остался и переговорил с ним. А это означает, что он собирается спросить тебя, готов ли ты ехать туда, куда тебя направит банк – от Парижа до Индокитая, от Буэнос-Айреса до Тимбукту. Советую не отказываться, тогда он порекомендует тебя прославленному мистеру Дандерфилду, и при первой же возможности ты укатишь за границу...

– Не понимаю, о чем ты говоришь? – удивился Джим. – Старик ведь не называл меня...

– Уверяю, он упомянул твое имя. – Том схватил за руку направляющегося к выходу коллегу. – Джефф, скажи, Джим попал в число избранных?

– Да, если это можно так назвать...

– Вот видишь? Тебе повезло. Благослови тебя Бог, Ромео, только не забудь о своей Джульетте. Я все-таки жду тебя в гости и с радостью выпью с тобой. Теперь у тебя тоже есть для этого повод...

Недослушав его, Джим поспешил к столу, вокруг которого уже толпились несколько счастливчиков. Избранники, явно польщенные оказанной им честью, переминались с ноги на ногу, ожидая, когда Уилберфорс уделит им внимание. Все они были обычными сотрудниками филиалов Мидвейского банка, и кое-кто уже догадался, зачем их попросили задержаться. Том оказался прав: это был неофициальный отбор кандидатов. Уилберфорс собирался рекомендовать лучших сотрудников мистеру Дандерфилду, директору-распорядителю банка, а это означало, что их, вероятно, направят за границу с прекрасными перспективами продвижения по службе.

Джима Рассела смущало только то, что он заставляет Кэрол ждать. Конечно, она не обидится на него, но ему было неприятно нарушать сложившуюся традицию. Кроме того, ему не терпелось сообщить ей еще об одной грядущей перемене: правление банка предпочитало посылать за границу женатых сотрудников...

Но постепенно восторг, который не скрывали коллеги, охватил и его, и Джим забыл о Кэрол. Вероятно, сейчас она, удобно устроившись в кресле, смотрит телевизор. Набив и раскурив трубку, он остановился у стола и приготовился ждать.

– Короче говоря, джентльмены... – начал Уилберфорс. – Счастлив сообщить, что намерен рекомендовать вас на посты директоров филиалов и на другие руководящие должности для работы за границей. Конечно, пока я ничего не могу гарантировать, но все же хотелось бы удостовериться, что каждый из вас готов отправиться в любое место, куда его направит банк. Свои пожелания сможете изложить позже, однако, я надеюсь, вы меня понимаете. Сейчас настало время сообщить, есть ли у кого-нибудь какие-либо причины – семейные обстоятельства или состояние здоровья, – по которым вы не сможете в ближайшее время покинуть Лондон. Как вы понимаете, «ближайшее время» – это относительное понятие, но...

Причин ни у кого не оказалось.

– Превосходно, – продолжил Уилберфорс. – Я всегда чувствовал, что ни один из вас не отклонит нашего предложения, но мне хотелось быть полностью уверенным. Теперь у каждого из вас появится шанс получить приличное место за границей. Вы досконально изучили работу каждого подразделения нашего банка, приобрели некоторый опыт управления небольшими коллективами, у вас были для этого превосходные возможности.

Могу добавить только одно: имеющимся среди вас холостякам следует поторопиться. Что скажете, Рассел? – И Уилберфорс заговорщически хихикнул, остальные поддержали его. Затем он официально пожал каждому руку, похлопал по плечу, поздравил, пожелал спокойной ночи и удалился.

Джим тоже поспешил домой, горя желанием поскорее добраться до телефона. Он уже не был уверен, что сможет дотерпеть до утра... Впрочем, все будет зависеть от настроения Кэрол. Если она слишком устала, то придется отложить разговор на завтра. Правда, он опоздал со звонком на целых полчаса, но она ведь не станет из-за этого сердиться...

Глава 6

Лежа на левом боку, Кэрол смотрела телевизор, изредка бросая взгляды на Луи, который нервно барабанил бледными пальцами по подлокотнику кресла.

Ближе к десяти часам бандиты развязали веревки, стягивающие ее руки, и подвинули кушетку ближе к телефону, чтобы девушка могла дотянуться до трубки.

Телефонный звонок раздался в двадцать минут одиннадцатого.

Вздрогнув, Кэрол в смятении отодвинулась в сторону. Луи немного поколебался, но потом решительно подтолкнул девушку к аппарату.

– Держи себя в руках! – грубо приказал он. – Отвечай!

Руки Кэрол тряслись, губы дрожали. Она сняла трубку, приложила ее к уху и сиплым голосом произнесла:

– Алло.

– Луи здесь? – спросил незнакомый мужской голос.

Это был не Джим, а какой-то чужой человек, которого интересовал Луи. Кэрол не знала, радоваться или огорчаться этому.

Пухлые пальцы Луи крепко сжимали ее руку.

– Алло, позовите Луи. – Голос незнакомца доносился откуда-то издалека.

– Луи... Это вас, – пробормотала Кэрол, обращаясь к здоровяку.

Бандит отпустил ее руку и взял телефонную трубку, не сводя с девушки тяжелого взгляда,

– Я слушаю.

Кэрол заметила, как сузились его глаза.

– Хорошо, – ответил он, а через мгновение добавил: – Да, Поль, она успокоилась. Все идет по плану. Мы ждем звонка Рассела. – Помолчав немного, Луи пробурчал: – Конечно, Поль! Я позвоню тебе. – И, повесив трубку, опустился в кресло.

Кэрол закрыла глаза и попыталась расслабиться. Часы медленно отстукивали минуту за минутой. По телевизору шла какая-то передача. Человек на экране суетился и что-то говорил. Когда передача закончилась, Луи медленно приподнялся и пристально посмотрел на девушку.

– Ты говоришь, что он звонит тебе каждый вечер?

– Да, да. Я сама не понимаю…

– Послушай – Луи придвинулся ближе. – Учти, что водить меня за нос тебе не удастся. Если захочешь поиграть со мной – пеняй на себя.

– Но я ожидаю его звонка с минуты на минуту!

– Что-то не верится. По-моему...

В этот момент зазвонил телефон, и Кэрол вздрогнула. Если она не ответит, Джим поймет, что с ней что-то случилось, приедет сюда и угодит прямо в лапы бандитов. Этого нельзя допустить! Она должна как-то изловчиться и предупредить его!

– Бери трубку и помни, о чем я тебя предупреждал! – Луи нагнулся и схватил ее за руку. – Разговаривай с ним спокойно, веди себя так, словно ничего не произошло. Джим не удивится, если у тебя будет сонный голос. Приезжать сюда ему незачем. Если ты... – Луи неожиданно схватил девушку за горло.

Кэрол ощутила его хватку и, вздрогнув, потянулась к трубке, но телефон вдруг замолчал.

Джеки замер на полпути к кухне и, не моргая, следил за Луи, пальцы которого все сильнее сдавливали горло Кэрол, затем медленно подошел к ним.

Вдруг телефон снова зазвонил.

– Отвечай, как обычно, – спокойно велел Луи, а пальцы его еще сильнее вцепились ей в горло.

– Привет, Кэрол! – Голос Джима звучал взволнованно. – У тебя все в порядке?

– При... привет, Джим! Да, все… я... – Она замолчала, не в силах продолжать, и изобразила зевок.

– Ой, ты спала. Любимая моя, прошу прощения! Я опоздал со звонком, потому что лекция сегодня длилась дольше обычного. Как твои дела?

– Я... я... Все в порядке, Джим, но... – выдавила она хриплым голосом, – ...у меня разболелась голова, и... и я пораньше легла спать. Я...

Больше она не могла его обманывать, поэтому снова зевнула и замолчала. Ей хотелось закричать, предупредить Джима, чтобы он был осторожен и не вздумал приезжать, но не смогла преодолеть страх перед Луи.

– Моя прелесть, ты зеваешь. Наверное, очень устала? – продолжал Джим. – Не надо было мне звонить так поздно. Голова сильно болит?

– Уже нет. Мне гораздо лучше.

– Послушай, любимая! Не буду тебе больше надоедать, ложись спать. Я позвоню утром до того, как ты уйдешь на работу. Прими две таблетки аспирина и ложись. Помни...

У них был обычай: когда Джим говорил «помни», Кэрол должна была ответить «я люблю тебя». Ни один телефонный звонок не заканчивался без этих традиционных слов.

– Хорошо, дорогой, я сейчас лягу.

– Любимая, ты, наверное, не расслышала меня. Послушай! Помни...

– Конечно, я люблю тебя, – скороговоркой произнесла Кэрол, однако в ее голосе не было обычной сердечности. Она была до смерти напугана и ощущала, как бешено колотится сердце.

Разговор закончился, и Луи ослабил хватку. А Джеки, переводя дыхание, достал полупустую пачку сигарет и закурил.

– Все в порядке, – с облегчением проговорил он. – Первая часть плана успешно завершилась. – И подобрав с пола кусок простыни, принялся связывать руки Кэрол.

– Теперь нам нельзя терять ни минуты, – заметил Луи. – Надо поскорее уносить ноги. Пойди проверь, не вернулись ли жильцы с первого этажа, а потом подгони к подъезду автомобиль.

Джеки с готовностью подчинился и бесшумно скрылся за дверью. Через некоторое время он вернулся, быстро пересек комнату, поднял с пола обрывок простыни и завязал Кэрол рот. Девушка крутила головой, отчаянно сопротивлялась, но все ее попытки вырваться оказались напрасными.

– Машина готова? – резко спросил Луи.

– Да, стоит у дома, – ответил коротышка. – Вокруг все спокойно.

– Я отнесу ее вниз, а ты через пять минут выключишь радиоприемник и пойдешь за мной.

Луи поднял Кэрол на руки, что-то проворчал и двинулся к двери, которую ему услужливо приоткрыл коротышка.

Глава 7

Джим Рассел опустил трубку и, рывком распахнув дверь, вышел из телефонной кабины. Днем у телефонов-автоматов на вокзале Ватерлоо обычно толпилась масса народу, иногда даже выстраивались очереди. Однако в этот поздний час здесь никого не было, только у одной кабины плакала какая-то девушка. Но Джим не замечал ничего. Он вынул из кармана свою трубку, рассеянно взглянул на нее, но раскуривать не стал, а медленно направился к платформе, от которой должна была вскоре отойти его электричка.

– Ничего не понимаю, – громко произнес он. – Что-то не сходится.

Он перебрал в памяти события последних дней. Может быть, Кэрол на что-то обиделась, и поэтому сразу не ответила на его традиционное «помни». Иногда у них случались размолвки, и он по себе знал, как трудно бывает обиженному человеку вести себя привычным образом, но никак не мог понять, чем же он на сей раз провинился. Разве что опоздал со звонком? Впрочем, Кэрол никогда не была капризной...

Джим предъявил свой билет контролеру, продолжая сомневаться: ехать домой или все-таки навестить Кэрол. Поезд прибудет в Уолтон около полуночи, пожалуй, не стоит так поздно беспокоить Кэрол.

Освещение платформы было тусклым, но у большого рекламного щита ярко горел фонарь. Подойдя к нему, Джим вынул бумажник и достал из него одну из фотографий Кэрол. Этот цветной снимок размером с почтовую открытку нравился ему больше всего. С фотографии на него смотрела красивая веселая девушка. Легкая улыбка играла на ее губах.

Джим убрал фотографию обратно в бумажник и тяжело вздохнул. Они помолвлены уже более года. Целый год она вынуждена выслушивать его обещания, мечтать о будущем, держать под контролем свои чувства... Может быть, стоит все же зайти к ней и сообщить новость о своем назначении?

Подошла электричка. Джим устроился в углу на свободном местечке и уставился в запотевшее окно, за которым мелькали тусклые огоньки Лондона.

Поезд проехал Сербайтон.

Если он выйдет в Хершэме и пройдет пешком мимо дома Кэрол, то к себе доберется вскоре после полуночи. Выходить – не выходить?

Поезд тем временем приближался к Хершэму.

Как только электричка остановилась, Джим вскочил и бросился к выходу.

Спустя десять минут он уже стоял у крыльца дома Кэрол. Весь дом был погружен в темноту, ни одно окно не светилось. Немного поразмыслив, Джим не решился тревожить Кэрол и быстро зашагал к себе домой, не заметив, как из подъезда соседнего дома вышел и направился в противоположную сторону невысокий человек. Это был Бен, тот самый тип, который толкнул Кэрол вечером у Пикадилли. Мужчина добрался электричкой до вокзала Ватерлоо и оттуда позвонил в Челси.

Луи сразу же поднял трубку. Видимо, он ожидал звонка и не ложился спать.

– Рассел был около дома, но внутрь не заходил, – доложил Бен. – Потом отправился в сторону Уолтона. Все тихо и спокойно.

– Хорошо, можешь идти домой, – скомандовал Луи.

Утро в среду выдалось чистым и ясным. Крыши соседних домов и кусты в садике, расположенном позади дома Джима Рассела, покрывал иней. Лучи восходящего солнца окрашивали бледное небо в розоватые тона. Проснувшись, Джим услышал внизу шаги матери и взглянул на часы. Почти половина девятого! Следует поторопиться. Обычно Кэрол как раз в это время выходила из дома. Джим вылез из-под одеяла и, накинув халат, поспешно сбежал по лестнице в холл и набрал номер Кэрол. В телефонной трубке отчетливо слышались длинные гудки. Трубку не снимали. Часы в столовой пробили половину девятого. Джим еще раз набрал номер, но результат оказался тем же. Бросив трубку, он в мрачном настроении поднялся наверх. Пора было собираться на работу, но, как назло, все валилось у него из рук – бритва, мыло, даже зубная паста выдавливалась с трудом.

Мать приготовила завтрак. Она, как всегда, была спокойной и веселой. Джим тоже держался бодро, однако не стал ничего рассказывать о предложении Уилберфорса. Покончив с едой, он наскоро оделся и поспешил на станцию, размышляя по дороге, стоит ли позвонить в офис Кэрол. Еще одно их неписаное правило гласило: звонить друг другу на работу следует только при крайней необходимости. Но разве сейчас не такой случай?

В банк Джим опоздал на двадцать минут. Определенно, день начинался плохо. Но хуже всего было то, что, когда Джим подошел к входным дверям, к зданию банка подкатил черный роллс-ройс, и из него вылез мистер Дандерфилд, директор-распорядитель, известный еще и тем, что знал в лицо каждого из двух тысяч сотрудников главного офиса. Когда взгляд бледно-голубых глаз директора-распорядителя остановился на Джиме, молодого человека обдало холодом. Как говорится, уж если не повезет, так рысью.

Уилберфорс сидел в своем кабинете, остальные коллеги Джима тоже были на своих местах. Джим молча уселся за стол, борясь с желанием немедленно позвонить в офис Кэрол, и принялся за работу. Но в одиннадцать часов он все же не выдержал и набрал номер Кэрол.

– Я бы с радостью соединила вас, мистер Рассел, – ответила телефонистка, – но сегодня утром Кэрол Ли не вышла на работу.

– Не вышла? Почему же?

– Нам позвонили и сообщили, что ее не будет целый день. Сказали, что она себя плохо чувствует.

– Странно, – выдохнул Джим. – Значит, она должна быть дома. – И вспомнив, что Джиллиан в отъезде, спросил: – А кто вам звонил?

– Не знаю. Разговаривала не я.

– Что ж, благодарю. – Джим в растерянности опустил трубку.

Затем он связался с коммутатором банка и попросил телефонистку соединить его с квартирой Кэрол в Хершэме.

– Простите, мистер Рассел, но этот номер не отвечает.

– Не может быть!

– Хорошо, я попробую перезвонить, хотя и так уже дважды набирала.

– Попробуйте, пожалуйста! – попросил Джим и, вернувшись на свое рабочее место, невидящим взглядом уставился на лежащие перед ним бумаги.

Сомнения одолевали его, и он не мог сосредоточиться на делах до тех пор, пока снова не зазвонил телефон.

– Никто не отвечает, мистер Рассел, – ледяным тоном произнесла телефонистка. – Может, стоит перезвонить позже?

– Да, пожалуйста, – рассеянно ответил он. – Буду вам очень признателен.

Теперь Джим обеспокоился не на шутку.

Телефонистка еще несколько раз пыталась дозвониться до Кэрол, но телефон упорно молчал. К часу дня Джима охватила сильная тревога.

Когда он во втором часу отправился перекусить, то решил по дороге остановиться у телефонной кабины и набрал рабочий телефон Кэрол. На коммутаторе дежурила уже другая девушка.

– Да, мистер Рассел, – ответила она, – это я приняла сообщение о том, что мисс Ли сегодня не выйдет на работу.

– Простите, а кто предупредил вас о том, что мисс Ли заболела?

– Какой-то мужчина. Он назвался ее кузеном.

Насколько было известно Джиму, кузенов у Кэрол не было.

Итак, незнакомый мужчина звонит в офис и сообщает, что Кэрол заболела. А дома ее нет. Ситуация выглядела слишком неправдоподобной. За легким ланчем в кафе, расположенном неподалеку от банка, Джим пытался вспомнить, не было ли за последние дни в поведении Кэрол каких-нибудь признаков того, что она увлеклась другим мужчиной.

Вечером телефон Кэрол по-прежнему не отвечал. Не появилась девушка и на вокзале Ватерлоо у книжного киоска, где они обычно встречались. Джим простоял там сорок пять минут, а затем сел в электричку и доехал до Хершэма.

Опередив толпу пассажиров, он достиг того места, где дорога сворачивала в сторону полей, и уверенно направился к дому Кэрол.

Войдя в холл, Джим поспешно взбежал вверх по лестнице, на ходу вынимая ключи, которые ему дала Кэрол на случай, если она потеряет свои, и позвонил. Ему никто не открыл, и, немного поколебавшись, он сам отпер дверь ключом.

Тишина, царившая в квартире, сразу насторожила его.

– Кэрол, – позвал он и медленно прошел внутрь. – Кэрол!

Никто не отозвался, только вдалеке за окном, нарушая зловещее безмолвие, прогрохотал поезд.

Включив свет, Джим огляделся и принюхался: в гостиной стоял слабый запах сигаретного дыма, а ведь ни Кэрол, ни Джиллиан не курили. Значит, тут побывал кто-то посторонний. Но никаких следов посетителя он не обнаружил, все вещи оставались на своих местах. Джим заглянул в обе спальни и не заметил ничего подозрительного, потом осмотрел кухню – там тоже было все в порядке. Тогда он решил проверить, на месте ли одежда Кэрол. Открыв

гардероб, Джим внимательно просмотрел вещи, развешанные в шкафу. Отсутствовал костюм, который Кэрол обычно надевала на работу, и ее любимая шляпка. Все остальное, похоже, было на месте.

Он прошел в ванную комнату. Джиллиан хранила свою зубную щетку, пасту и кремы в небольшом стенном шкафчике, а Кэрол держала их на стеклянной полочке над раковиной.

Полка была пуста.

Стало быть, она ушла и забрала свои туалетные принадлежности...

Глава 8

Джим еще раз внимательно осмотрел квартиру, заглянув в каждый уголок. Все вещи были на своих местах, но кое-что показалось ему странным: чашки, блюдца и стаканы в буфете стояли не в том порядке, как обычно, а маленькая сковородка почему-то была на плите рядом с чайником. А ведь Кэрол и Джиллиан любили порядок и всегда убирали сковородки в шкафчик под раковиной.

Джим взял сковородку и заметил сбоку большую вмятину, да и ручка ее почему-то была погнута. Это озадачило Джима: вряд ли легкая сковородка могла бы искривиться так, упав на пол. Но какое отношение имела безобидная сковорода к исчезновению Кэрол, он и представить себе не мог. Джим вздохнул и вернулся в гостиную. Некоторое время он, размышляя, стоял посреди комнаты.

Итак, какой-то мужчина, назвавшийся кузеном Кэрол, позвонил в ее офис и сообщил, что она не выйдет на работу. Вдобавок ко всему, в этой квартире побывал человек, который курил так много, что вся гостиная пропахла табаком.

Джим чувствовал, что с девушкой стряслась беда.

Он решил еще раз перебрать в памяти все имеющиеся факты. Прошлым вечером он впервые заподозрил что-то неладное. Два дня назад Кэрол была страстно влюблена в него, в этом Джим не сомневался. Поэтому абсурдно предполагать, что она могла уехать, ни слова ему не сказав. Но, похоже, дело обстояло именно так. А тут еще мифический «кузен» звонит ей на работу и передает, что она заболела...

Надо связаться с Джиллиан, может, она что-нибудь знает.

Джим вспомнил, что Джиллиан уехала в Суррей навестить заболевшую подругу, но точного адреса он не знал. Фамилия подруги, кажется, Андерсон... Да, точно, Андерсон. Порывшись в гостиной, Джим отыскал телефонный справочник и стал торопливо перелистывать страницы. «Андерсон, Андерсон... Вот! Мистер и миссис У. Р. Андерсон, Мир, Гилфорд, Суррей. Телефон – Мир 0318». Он придвинул к себе телефонный аппарат и попросил телефонистку соединить его с Гилфордом. В трубке послышались гудки, затем знакомый голос вежливо произнес:

– Вас слушают.

– Привет, Джиллиан! Это Джим.

– О, привет, Джим! – Джиллиан была младше Кэрол и на первый взгляд производила впечатление легкомысленной болтушки, хотя была серьезной и соображала не хуже других. – Джим, надеюсь, Кэрол не заболела?

– Насколько мне известно, нет, – ответил молодой человек. – Но сегодня творятся какие-то странные вещи. Она не вышла на работу, и дома ее тоже нет. Она ничего не говорила тебе о том, что собирается уезжать?

– Она никуда не собиралась уезжать, – ответила Джиллиан. – По крайней мере, у нас не было разговора на эту тему. А ты уверен, что Кэрол на самом деле уехала?

– Похоже на то.

– Ну, тогда не знаю, что и думать... Не могу себе представить, куда и зачем она направилась. Тебя она тоже не предупредила?

– Не сказала ни слова.

– Непонятно, – озадаченно заметила Джиллиан. – Обычно она носится по дому, как угорелая, если ей приходится заставлять тебя ждать лишних пять минут. Да, Джим, это на самом деле подозрительно. У тебя нет никаких соображений на сей счет?

– Ни малейших. А ты что скажешь?

– Честно говоря, затрудняюсь ответить. По-моему, ехать ей было некуда.

– У вас есть родственники?

– Фактически нет, – ответила Джиллиан. – Правда, есть одна пожилая тетка, старая дева. Она живет в Корнуолле, но мы не виделись с ней уже много лет.

– И все?

– Да, – решительно произнесла Джиллиан. – Я просто не могу себе представить, куда она запропастилась. Джим, а с ней не мог произойти несчастный случай?

Джим не ответил. Исчезнувшие туалетные принадлежности и телефонный звонок в офис делали это предположение маловероятным.

– Может быть, лучше обратиться в полицию? – внезапно спросила Джиллиан.

Конечно, если ничего не знать об исчезнувших туалетных принадлежностях, то звонок в полицию покажется лучшим выходом. Джим решил не посвящать Джиллиан в подробности.

– Мне не хотелось бы понапрасну поднимать тревогу, – сказал Джим. – Сейчас я нахожусь в вашей квартире и собираюсь подождать здесь еще пару часов, – вдруг Кэрол вернется. Если у тебя возникнут какие-либо идеи, позвони мне. Хорошо?

– Ты сообщишь мне, когда что-нибудь прояснится?

– Конечно.

– Если потребуется моя помощь, я тут же вернусь домой. Хотя, честно говоря, мне не хотелось бы этого делать. Мэрион, моя подруга, тяжело больна, и я ухаживаю за ней. Но если ты считаешь...

– Оставайся в Гилфорде, – успокоил Джиллиан Джим. – Если появятся новости, я сразу же дам тебе знать.

Он положил трубку и надолго задумался. Звонок в Гилфорд не оправдал его надежд; ничего нового выяснить не удалось. А если действительно произошел несчастный случай?

Он должен выяснить это. Но каким образом?

И тут его осенило.

Конечно, Гордон!

Гордон был старшим инспектором Скотланд-Ярда. Джим познакомился с ним чуть больше года назад, когда тот расследовал ограбление банка. А потом, когда дело было закрыто, они не раз пропускали вместе по рюмочке в баре. Ему нравился Гордон, и, если он все еще работает в Скотланд-Ярде, то сможет, по крайней мере, посоветовать, как поступить в подобной ситуации.

Джим набрал номер Уайтхолл 1212.

– Скотланд-Ярд.

– Я могу поговорить со старшим инспектором Гордоном?

– У нас нет инспектора с такой фамилией. Но есть суперинтендант Ян Гордон...

– Да-да, именно он-то мне и нужен.

– Думаю, что он еще не ушел, – сказал оператор. – Пожалуйста, представьтесь.

– Э... Меня зовут Джим Рассел.

– Подождите минуту, мистер Рассел.

Джиму показалось, что прошла целая вечность, прежде чем в трубке раздался мужской голос с легким шотландским акцентом:

– Гордон слушает.

– Вы... вы, наверное, не помните меня, – начал Джим.

Однако Гордон прекрасно его помнил и внимательно выслушал всю историю об исчезновении Кэрол, а потом спокойно произнес:

– Не мне говорить вам, мистер Рассел, что люди иногда совершают самые неожиданные поступки. Не похоже, что это несчастный случай или потеря памяти, но я постараюсь навести справки, а потом позвоню вам. Какой у вас номер телефона?

– Я пробуду у этого телефона некоторое время. Как долго мне ждать?

– Примерно час, – ответил Гордон.

Джим, поблагодарив, повесил трубку. Теперь он уже и не знал, правильно ли поступил, связавшись с Гордоном.

Около девяти часов ему позвонили из Скотланд-Ярда и от имени суперинтенданта Гордона передали, что в списке пострадавших от несчастных случаев, произошедших за последние сутки, нет никого, кто бы соответствовал описанию Кэрол или имел документы на это имя.

Часы пробили полночь. Кэрол не объявлялась.

Не появилась она и к часу ночи.

Измученный ожиданием, Джим покинул квартиру девушки и в кромешной темноте добрался до своего дома. Не став тревожить родителей, он поднялся в свою комнату, лег в постель и попытался заснуть. Но сон не шел. Он беспокойно метался в постели, и лишь под утро забылся тяжелым сном. В половине девятого его разбудила мать, и Джим тут же поспешил вниз к телефону. В квартире Кэрол по-прежнему никто не поднимал трубку.

В банк он опять прибыл с опозданием и, войдя в кабинет, сразу же позвонил на работу Кэрол.

– Нет, мистер Рассел, – ответила телефонистка, – сегодня она тоже не вышла на работу.

По утрам в четверг отдел управления Мидвейского банка был особенно загружен работой. В этот день обычно поступала «добыча».

«Добычей» в банке называли ветхие банкноты и сверхнормативные запасы иностранной валюты, которые все филиалы банка еженедельно отправляли в отдел управления. «Добыча» поступала в банк в мешках, ящиках и картонных коробках, надежно закрытых и опечатанных. В течение дня деньги надлежало рассортировать: часть их предназначалась для пересылки в другие филиалы, часть направлялась на специальные предприятия, занимающиеся восстановлением банкнот, но основную массу денег отвозили в Английский банк, откуда потом ее переправляли на завод по переработке мусора. Самое главное, что номера ветхих банкнот, подлежащих уничтожению, не переписывали, а лишь фиксировали сумму средств, подлежащих списанию со счета.

Для Джима это была обычная повседневная работа, но настолько интересная и захватывающая, что четверги обычно пролетали для него незаметно.

Но сегодняшний день составлял исключение.

Время тянулось слишком медленно. Кроме того, Джиму все время казалось, что Уилберфорс внимательно наблюдает за ним. Вероятно, управляющий заметил, что он несколько рассеян и второй день подряд опаздывает на работу. Джим постарался сосредоточиться, но из этого ничего не получилось. Он ошибался в подсчете денег, в записях, и к обеду Уилберфорс уже не скрывал своего недовольства. Необходимо срочно взять себя в руки.

Завтра, в пятницу, Джиму потребуется помощь всех коллег для окончательной проверки сумм, что-бы к полудню завершить работу, после чего управляющий в сопровождении трех охранников перевезет деньги в Английский банк.

К пяти часам дня большая часть денег была рассортирована и заперта в сейфах. Джим покинул кабинет и, выйдя из здания банка, направился в сторону вокзала Ватерлоо. Он решил еще раз заглянуть в квартиру Кэрол, хотя чувствовал, что это будет напрасной тратой времени. Следовало смириться с фактом, что по каким-то неизвестным причинам Кэрол скрылась от всех без предупреждения.

Очутившись на вокзале, Джим решил на всякий случай подойти к книжному киоску, хотя уже не надеялся встретить там Кэрол. Какой-то мужчина мимоходом налетел на него, и Джим растерянно пробормотал:

– Простите, пожалуйста.

– Ваша девушка попала в беду, – прошептал в ответ незнакомец и торопливо сунул в руку Джима какой-то конверт. Он был невысокого роста, поля низко надвинутой фетровой шляпы скрывали лицо… – Если хотите спасти ее, прочитайте это письмо и оставайтесь дома сегодня и завтра вечером.

– Какого черта... – начал Джим и, протянув руку, схватил прохожего за плечо. Мужчина рывком освободился, метнулся в сторону и затерялся в толпе, прежде чем Джим успел как следует разглядеть его. Письмо, впрочем, осталось в руке. Адрес на конверте был написан рукой Кэрол. Позабыв обо всем на свете, Джим подошел к табачному киоску и вскрыл конверт. Без сомнения, это письмо писала Кэрол. Он сразу узнал ее аккуратный убористый почерк с характерными короткими хвостиками букв.

«ДЖИМ! Я ПОПАЛА В НЕПРИЯТНУЮ ИСТОРИЮ И ВЫНУЖДЕНА БЕЖАТЬ. ПОЖАЛУЙСТА, НИКОМУ НИЧЕГО НЕ РАССКАЗЫВАЙ И НЕ ПЫТАЙСЯ МЕНЯ РАЗЫСКИВАТЬ. Я НАХОЖУСЬ У ДРУЗЕЙ, КОТОРЫМ МОЖЕТ ПОНАДОБИТЬСЯ ТВОЯ ПОМОЩЬ. ПОЖАЛУЙСТА, СДЕЛАЙ ТО, О ЧЕМ ОНИ ПОПРОСЯТ. КЭРОЛ».

Странно, но никогда раньше в своих письмах она не называла его «Джим», а писала «дорогой».

Никогда раньше она не подписывалась «Кэрол», как в этом письме.

Значит, у Кэрол действительно возникли серьезные неприятности.

Глава 9

Этой ночью Джим почти не спал. Лишь на короткие промежутки времени он погружался в забытье, но потом просыпался, вскакивал с постели и тревожно всматривался в темноту за окном, пытаясь догадаться, в какую же историю могла попасть Кэрол. Снова и снова он перечитывал ее письмо, но так и не мог ничего понять. Видно, придется ждать, когда «друзья» Кэрол свяжутся с ним. Прошло несколько часов, прежде чем он погрузился в беспокойный сон…

Утро следующего дня началось с телефонного звонка. Мистера Рассела – старшего не было дома: он ушел на Кингстонский рынок, где по субботам обычно закупал овощи и фрукты на целую неделю. А миссис Рассел поспешила к аппарату, тревожась, чтобы звонок не разбудил сына.

– Я хочу поговорить с Джимом Расселом, – прозвучал в трубке мужской голос.

– Мой сын еще спит. Он провел беспокойную ночь, и мне не хотелось бы его будить. Что ему передать?

– Я позвоню позже, – пробормотал незнакомец и бросил трубку.

Миссис Рассел взволнованно взглянула на лестницу. Сверху не доносилось ни звука, значит, Джим еще не проснулся.

В десять часов телефон зазвонил снова. На этот раз мать Джима находилась на кухне, и ей опять пришлось спешить. Тот же человек задал тот же вопрос и, не представившись, повесил трубку. Казалось, он был чем-то раздражен. Эти звонки встревожили миссис Рассел. Еще никто из друзей сына не разговаривал с ней подобным тоном. Она вернулась к своим делам и вскоре услышала наверху шаги Джима.

Миссис Рассел поднялась к нему, неся в руках поднос с чайными чашками.

– Доброе утро, Джим, – ровным голосом произнесла она. – Решила выпить с тобой чашечку чаю.

– Я рад, мама, – отозвался Джим, хотя, честно говоря, он предпочел бы сделать это в одиночестве. – Мне никто не звонил?

Миссис Рассел поставила поднос на тумбочку рядом с кроватью и внимательно посмотрела на него.

– Дважды звонил какой-то мужчина, но сказал, что перезвонит позже.

– Он... он представился?

– Нет.

– Отец ушел на рынок?

– Конечно, сегодня ведь суббота.

– Понимаешь, ма... – начал Джим, – с Кэрол что-то случилось, но что именно, никак не могу понять. Мне очень тревожно. Она куда-то исчезла. Джиллиан тоже не знает, куда она подевалась. Она...

Джим даже не предполагал, что почувствует такое облегчение, делясь с матерью своими мыслями. Он рассказал ей некоторые подробности, умолчав только о письме и незнакомце, с которым столкнулся вчера вечером на вокзале.

– Этот звонивший мужчина... Как звучал его голос?

– Не очень-то любезно, – ответила миссис Рассел.

– Надеюсь, он позвонит еще раз, – пробормотал Джим. – А пока пойду-ка лучше умоюсь.

В кухне Джима ожидал завтрак – яйца и бекон. Мать развешивала на веревке выстиранное белье; в ярком свете солнца ее седые, чуть взлохмаченные волосы напоминали нимб, а сама она выглядела такой же молодой и привлекательной, как тридцать лет тому назад.

Наконец телефон зазвонил.

Джим подбежал к нему и, стараясь справиться с охватившим его волнением, поднял трубку.

– Джим Рассел слушает.

– Наконец-то, мистер Рассел. У меня есть новости о мисс Ли. От вашего поведения будет зависеть ее будущее. Если я буду вами недоволен, то смогу доставить ей массу неприятностей. Так что, советую вести себя полюбезнее. А сейчас выслушайте меня. Девушка действительно попала в опасную историю, и только вы можете ей помочь, если, конечно, захотите. Не надо никому ничего рассказывать, лучше держать язык за зубами. И еще один совет: не вмешивайте полицию, если не хотите, чтобы у вашей подруги были проблемы, в том числе со здоровьем.

– Где она? – быстро спросил Джим.

– С ней все в порядке.

– Я спрашиваю, где она? Я хочу поговорить с ней, – рассердился Джим, и его рука крепко сжала телефонную трубку. Миссис Рассел наблюдала за сыном из коридора, но он не замечал ее присутствия. – Кзрол находится рядом с вами? Я могу поговорить с ней?

– Нет, не можешь, – отрезал мужчина. – Запомни, ты – единственный человек, который может спасти ее от больших неприятностей. Поэтому, когда я позвоню в следующий раз, будь повнимательнее и посговорчивее. – И незнакомец бросил трубку.

Джим замер с трубкой, прижатой к уху, во взгляде его читался ужас. Услышав шаги матери, он повернулся к ней, и миссис Рассел не на шутку встревожилась.

– Джим! Что случилось? Что-то с Кэрол?

– Не знаю. Похоже, она попала в беду.

– Что сказал тот человек?

Джим молчал, понимая, что не может передать ей содержание разговора.

– Пойди, подыши свежим воздухом, – резко велела мать, – а я пока заварю свежий чай. Когда вернешься, будешь чувствовать себя лучше. Если этот человек позвонит еще раз, постарайся говорить спокойно.

Джим едва не задохнулся от негодования.

– Если бы ты знала, как я беспокоюсь...

– Знаю. Но еще знаю, что таким поведением ты не поможешь ни Кэрол, ни себе. Попытайся расслабиться и, когда он позвонит, не кричи, а постарайся выяснить, что ему нужно.

– Это будет нелегко, – задумчиво произнес Джим. Телефонный звонок раздался ровно через час. К тому времени Джим уже перестал притворяться, что занимается какими-то делами, и уселся в холле возле телефонного аппарата.

– Надеюсь, твое настроение улучшилось, Рассел. Не хочу с тобой ссориться. Думаю, что, действуя сообща, мы сможем помочь Кэрол. Поэтому давай прекратим скандалить.

– Я полностью с вами согласен, – отозвался Джим.

– Прекрасно. Будучи на дружеской ноге, мы сделаем все возможное...

– Было бы лучше, если бы вы сообщили мне, где находится мисс Ли.

– Всему свое время, – ответил мужчина, и в его голосе зазвучали враждебные нотки. – Дело слишком деликатное, чтобы обсуждать его по телефону. Нам надо встретиться. Предлагаю сделать это сегодня вечером.

– А почему не сейчас?

– Потому что вечером удобнее. Я пришлю за тобой машину с шофером. Большой черный «снайп» будет ожидать тебя в половине шестого на железнодорожной станции Уолтон-он-Теймс. Приходи на платформу, с которой отправляются электрички на Лондон, и выполняй все распоряжения шофера.

– К чему такая конспирация? – сквозь зубы процедил Джим. – Почему бы прямо не сказать, куда следует приехать?

– Повторяю, это дело очень деликатное. – И мужчина, прежде чем Джим успел что-либо добавить, повесил трубку.

Когда Джим добрался до станции, уже начало смеркаться. Никто не окликнул его, хотя он пришел на платформу точно в назначенное время. Прождав десять минут, Джим занервничал, не зная, что и думать, и тут к платформе подъехал черный автомобиль.

Дверца машины открылась, и шофер негромко сказал:

– Садитесь.

Джим вздохнул, молча сел в автомобиль, и тот рванул с места.

Глава 10

Минут десять автомобиль мчался по освещенным улицам пригорода, и Джим следил за тем, где они находятся. Но потом машина несколько раз круто повернула, и он перестал ориентироваться. Когда машина выехала на прямую дорогу, освещаемую только фарами проезжающего мимо транспорта, Джим окончательно запутался и уже не понимал, куда его везут, – на запад или на восток, в сторону Лондона или от него. Чувство нереальности происходящего охватило его.

– В обшивке дверцы лежат очки, – внезапно нарушил молчание шофер. – Наденьте их.

– Что?

– Послушай, парень, делай то, что тебе говорят!

– Но мне не нужны очки.

– Надевай очки!

Джим не стал больше спорить и, сунув руку в карман обшивки, извлек оттуда гладкий пластиковый футляр, а в нем – солнцезащитные очки с большими стеклами и боковыми планками. Очки плотно облегали лицо, и Джим полностью лишился возможности видеть что-либо – даже боковым зрением. Стекла очков оказались такими темными, что сквозь них можно было рассмотреть только свет фар движущихся навстречу автомобилей. Его, словно слепого котенка, заманивали в ловушку!

Автомобиль стремительно мчался по прямой автостраде, затем вдруг свернул так неожиданно, что Джима швырнуло в сторону. Взвизгнули тормоза, машина остановилась, и кто-то открыл дверцу. Она тут же захлопнулась, и на сиденье рядом с Джимом опустился какой-то человек. Джим снял очки, смог разглядеть лишь темную фигуру, освещаемую огнями проезжающих мимо автомобилей.

Что-то твердое уперлось ему в бок.

– Если у вас осталась хоть капля здравого смысла, – произнес мужчина, – вы наденете очки и не снимете их, пока вам не прикажут.

Твердый предмет все сильнее вдавливался под ребра Джима. Вполне возможно, что это был пистолет. Джим испугался, а то обстоятельство, что эти опасные незнакомцы знают, где находится Кэрол, только усилило его страх.

– Если не послушаетесь меня, то пострадаете, – продолжал мужчина. – А о том, что тогда случится с Кэрол, даже говорить не хочу.

Джим даже не успел сообразить, что произошло, как острая колющая боль обожгла его лицо. Он глубоко вдохнул и почувствовал, как рот, нос и глаза словно полыхнули огнем. Джим замер, закрыв лицо руками, пытаясь не дышать и не шевелиться, пока не пройдет страшная боль.

Автомобиль тем временем резко свернул в сторону и, похоже, стал подниматься в гору. Джим слышал, как натужно загудел мотор. Вскоре он затормозил, и мужчина, сидящий рядом, взял Джима за локоть.

– Мы выходим. Осторожней, Рассел! Я поведу тебя.

Джим ничего не ответил. Темные очки причиняли ему неудобство, он абсолютно ничего не видел и не догадывался, где находится. Только одно утешало его: он запомнил номер автомобиля: KIJ 7162. Несмотря на помощь незнакомца, Джим с трудом выбрался из машины и неуверенно шагнул вперед.

Вокруг по-прежнему была темнота. И вдруг в этой темноте раздался голос. Джим сразу узнал мужчину, звонившего ему сегодня утром.

– Довольно неудобно быть слепым, – проговорил тот, обращаясь к Джиму. – Не правда ли, Рассел? Врагу не пожелаешь, верно?

Отчаянным движением руки Джим сорвал очки и замер, пораженный. Его окружал мрак. Мрак, нарушаемый только слабым проблеском света, даже не света, а просто бледного пятна на фоне темноты. Он выронил очки и дотронулся до своих глаз. Они были широко открыты, но ничего не видели!

Мужчины, подхватив Джима под руки, провели его по тропинке, помогли подняться на крыльцо, распахнули двери и ввели в какой-то дом. Дверь за его спиной тут же захлопнулась, и Джима проводили в комнату. Он почувствовал, как в лицо ему дохнуло жаром полыхающего огня, и понял, что находится в какой-то гостиной.

Чьи-то руки крепко схватили Джима.

– Садись в кресло, – бодрым голосом проговорил шофер «снайпа».

Джим осторожно присел и почувствовал под собой мягкие подушки. От камина шел такой жар, что он прикрыл лицо рукой.

– Жарко? – продолжал шофер. Голос его звучал дружелюбно. – Я отодвину кресло подальше, верно, Поль?

Человек по имени Поль не отозвался. Несколько секунд стояла полная тишина, затем послышалось сердитое сопение, и чей-то голос угрожающе произнес:

– Кажется, я просил не называть имен.

Этот странный хриплый голос не мог принадлежать тому незнакомцу, который ехал с ним в машине, равно, как и бандиту, беседовавшему с ним по телефону. Слова звучали приглушенно, словно человек закрывал рот платком.

– Простите, хозяин, – нервно пробормотал шофер. – Я больше не буду...

– Тупоголовый болван! – проскрежетал тот же хриплый голос. — Держи рот на замке, не то тоже ослепнешь, как крот... Говорить буду только я. Ступай, принеси раствор для промывания глаз.

– Хорошо, хозяин...

– Я же сказал тебе: заткнись! – Раздался звук пощечины, кто-то налетел на кресло Джима, а человек по имени Поль надтреснутым голосом продолжал: – Иди и делай, что велено. Повторяю: держи рот на замке, иначе пожалеешь!

Послышались торопливые шаги, звук открываемой и закрываемой двери, потом наступила тишина, изредка нарушаемая лишь потрескиванием огня в камине.

– Проследи, чтобы он сделал все, как надо, – приказал кому-то Поль и обратился к Джиму: – Я послал за раствором. После промывания глаз вы почувствуете себя гораздо лучше. Когда немного придете в себя, мы побеседуем с вами, Рассел. А пока вам есть, над чем поразмыслить. Вы должны понимать, что я – серьезный человек...

Джим услышал, как открылась дверь, и голос шофера произнес:

– Вот раствор для промывания глаз.

Раствор оказался прохладным и освежающим. И хотя сама процедура промывания была не особенно приятной, через несколько минут Джим почувствовал себя более или менее сносно. Правда, в глазах по-прежнему была резь, словно их засыпали песком, да и видеть лучше он не стал.

– А сейчас, Рассел, – начал Поль, – я хочу, что-бы вы поняли: я – не только серьезный, но и обязательный человек. Вы должны сделать для нас кое-какую работенку. Она – не слишком сложная, и от вас потребуется, прежде всего, большая осторожность. Вам хорошо заплатят, очень хорошо. Но при условии, что вы будете выполнять наши требования.

– Я пришел сюда не для того, чтобы обсуждать ваши планы, – с трудом выговорил Джим. – Я хочу видеть Кэрол Ли. Где она?

– Она здесь, – вежливо ответил мужчина. – Но вы не сможете увидеть ее, прежде всего потому, что не в состоянии видеть никого и ничего. Впрочем, вы можете убедиться, что я говорю правду. – Он щелкнул пальцами и приказал: – Вы, оба, ступайте и приведите сюда девушку.

Глава 11

Кэрол Ли слышала, как к дому подъехал автомобиль. Она не знала, где расположен этот дом, лишь предполагала, что он находится в сельской местности. Однажды ей удалось мельком увидеть поля и деревья за распахнутым окном, которое открыла в коридоре служанка Дора, приставленная к ней, словно надзирательница к заключенной.

В этом доме девушка провела три дня. Три бесконечных однообразных дня. Правда, жаловаться на плохое обращение ей не приходилось, да и кормили ее хорошо и сытно. А прошлой ночью она спала очень крепко, видимо, вечером ей подмешали в чай снотворное.

Хлопнули дверцы автомобиля, и до Кэрол донесся едва различимый гул голосов. Она подошла к двери и замерла, но больше ничего не услышала.

Скорее всего, это очередной посетитель, приехавший на автомобиле, и ей предстояло провести в одиночестве еще один скучный вечер. В половине седьмого она получит свой обед, а около десяти часов вечера Дора принесет ей напиток на ночь.

Так было вчера. То же самое будет и завтра.

Вдруг Кэрол услышала звук ключа, поворачивающегося в замке, и вскочила на ноги.

Если сюда войдет Луи, она этого не вынесет. Кэрол боялась его, даже когда он находился по другую сторону двери. Его огромная бесформенная фигура, тусклые глаза, пухлые белые руки...

Дверь открылась, и она увидела черную голову коротышки Джеки. В этом человечке было что-то, вызывающее улыбку, и Кэрол даже немного симпатизировала ему. У коротышки был испуганный вид, видимо, он получил взбучку от Луи. А, может быть, от Поля? Джеки боялся их обоих, и у него не хватало мужества постоять за себя. Коротышка застыл в дверях.

– Привет, мисс, – дружелюбно сказал он. – Хозяин ждет тебя внизу.

Кэрол не двинулась с места.

– Послушай, пойдем со мной, – настаивал Джеки. – Он не такой уж плохой человек. Согласись, что все время, пока ты была здесь, он хорошо с тобой обращался. Тем более, что внизу тебя еще кое-кто ждет. Кэрол не шевельнулась.

– Я не хочу никого видеть, – заявила она. – У меня есть только одно желание – поскорее покинуть этот дом.

– Если будешь слушаться, скоро выберешься отсюда, – заверил ее Джеки. – Вот мой совет, мисс. Сегодня вечером хозяин – в плохом настроении, и я уже получил свою порцию. Не вздумай упоминать в разговоре с ним каких-либо имен, и ни в коем случае не называй его Полем.

– Луи тоже там?

– Луи выполняет поручение, – ответил Джеки и продолжил доверительным тоном: – Луи слишком много на себя берет, а хозяин даже не посвящает его во все свои планы. Так что, идем со мной. Не стоит заставлять хозяина ждать, он может не на шутку разгневаться.

Вслед за Джеки Кэрол вышла из комнаты и прошла к большой лестнице, которую видела до этого только один раз, когда Дора случайно оставила дверь открытой. Покосившиеся перила и скрипучие ступени навевали мысли о старинном доме, запущенном и неухоженном. На заляпанных стенах висело несколько выцветших портретов в пыльных позолоченных рамах. Потертый ковер ручной работы напоминал о былом величии.

Спустившись по лестнице, они оказались в просторном холле, стены которого были обиты грязноватыми желто-коричневыми панелями. По обе стороны холла располагался длинный коридор. Джеки свернул направо, постучал в какую-то дверь и прислушался.

– Войдите, – раздался голос Поля.

Коротышка крепко сжал руку девушки, готовясь втащить ее в комнату, если она станет упираться. Но Кэрол не сопротивлялась.

Она очутилась в большой гостиной с высоким дубовым потолком. Ярко полыхал огонь в камине, и его блики сверкали на застекленных дверцах книжных шкафов и на полированных поверхностях тяжелой старомодной мебели. Поль повернулся к девушке, и выражение его лица привело Кэрол в ужас. Сейчас Поль напоминал ей Луи, осунувшегося и постаревшего на десяток лет.

А из кресла, стоявшего возле камина, медленно поднимался… Джим.

В первый момент, увидев Джима, Кэрол не поняла, что с ним случилось.

– Джим! – выдохнула она и рванулась к нему.

Однако Джим не поспешил к ней навстречу. Он замер на месте, вцепившись рукой в подлокотник кресла, и только осторожно повернул голову на звук знакомого голоса. Кэрол подумала, что он не узнал ее, но, подойдя поближе, увидела глаза Джима. Глаза слепого. Расширившиеся зрачки заполнили всю радужную оболочку, белки покраснели, а нос и губы были распухшими и воспаленными.

– Джим... – с трудом выдавила из себя Кэрол.

Джим вытянул вперед одну руку, по-прежнему держась другой за подлокотник кресла, чтобы не потерять равновесия. Он походил на беспомощного, полуживого старика.

– Привет, Кэрол, – наконец, нарушил молчание Джим. – Слава Богу, что ты цела и невредима.

Кэрол схватила его за руку.

– Джим, я не... – Она запнулась, а потом пронзительно вскрикнула: – Что они с тобой сделали?!

Он крепко сжал ее руки, пытаясь придать ей силы. Кэрол не замечала устремленного на нее взгляда Поля. Она, не отрываясь, смотрела в опухшие, невидящие глаза Джима и старалась скрыть охвативший ее ужас.

– Джим, что они сделали с тобой? – хрипло повторила девушка.

– Я пытаюсь объяснить Расселу, что у нас есть для него работа, – перебил ее Поль. Его надтреснутый голос прозвучал неожиданно громко, и Кэрол вздрогнула. – То, что мы предпринимали до сих пор, можно назвать первым предупреждением. – Кэрол заставила себя оторвать взгляд от Джима и посмотреть на Поля. Выражение его лица ей совсем не понравилось. – Сейчас, когда мы собрались вместе, я хочу кое-что объяснить. Прежде всего, надеюсь, вас не надо убеждать в серьезности моих намерений. Я разрабатывал план этого дела полгода, и намерен осуществить задуманное. Рассел должен...

– Но как Джим может что-нибудь сделать, если он ослеп?

– Он не ослеп, – возразил Поль. – Точнее, временно ослеп. Завтра Джим будет видеть лучше, а к понедельнику все пройдет, и он даже не вспомнит о слепоте. Вот тогда-то он и начнет выполнять мои приказания. Но слепота может остаться и навсегда, – заметил Поль и довольно улыбнулся, увидев, как исказилось лицо Кэрол. – Это можно легко устроить. Ведь глаза очень чувствительны. Я неплохо изучил этот вопрос, поскольку знал, что мне понадобится поговорить с Расселом, но так, чтобы он не мог меня видеть. Слепой мне не нужен, мне нужны услуги зрячего. Однако мне известен способ, при помощи которого можно лишить человека зрения навсегда. – Поль замолчал, не отрывая взгляда от Кэрол, а затем мягким голосом, в котором, однако, слышалась угроза, продолжил: – У тебя, кстати, очень красивые глаза. Ты знаешь, какого цвета ее глаза, Рассел? Представь, как красиво в них отражается огонь. У твоей девушки – зеленовато-золотистые глаза. Они напоминают мне изумруды на солнце, такие же яркие и блестящие. Но ведь это не изумруды, они – живые и способны видеть... Точнее, пока они могут видеть. И я надеюсь, что ты не захочешь, чтобы твоя девушка ослепла навсегда…– зловеще закончил Поль.

Глава 12

В воцарившейся тишине никто не пошевельнулся и не сказал ни слова. Поль оглядел всех самоуверенным взглядом и снова заговорил:

– Итак, все очень просто. Если ты, Рассел, выполнишь мои указания, то с Кэрол ничего не случится, она останется жива-здорова, а ты, к тому же, разбогатеешь. Но если не пожелаешь сотрудничать со мной, она будет проклинать тебя всю жизнь, зная, что в твоих силах было спасти ее от слепоты.

– Я не верю, что вы способны на такое, – с трудом выдавил из себя Джим. – Вы просто стараетесь запугать нас.

– Как знаешь. Только смотри, не ошибись! Если откажешься помочь нам, она уже никогда не будет зрячей. Ты, кстати, тоже, Рассел. – Поль презрительно фыркнул. – Девушка останется здесь до тех пор, пока я не узнаю, согласился ты или нет. Мне не нужно, что-бы в случае отказа вы смогли бы узнать меня, поэтому я буду вынужден пойти на крайние меры. Чтобы ослепнуть, достаточно минуты. Чтобы разбогатеть и остаться зрячим – немного дольше. Выбирать тебе, Джим. Если задумаешь играть со мной, захочешь обратиться в полицию, помни, что Кэрол ждет тебя, что она не слепая... пока...

– В... полицию?

– Да, да, в полицию.

– Хорошо. – Джим постарался взять себя в руки. – А чего, все-таки, вы от меня хотите? Это связано с банком?

– Ты неплохо соображаешь, парень, – фыркнул Поль. – Действительно, дело в этом. Подробности сообщим позже.

– А почему бы вам сразу мне все не рассказать?

– Почему? Потому что не знаю, как ты поведешь себя, покинув этот дом. Вдруг тебе в голову придет шальная мысль отправиться прямо в полицию или... – Поль оборвал свою речь на полуслове, а потом злобно прошипел: – Может быть, ты уже обращался к ним и сообщил о пропаже девушки?

– Нет! – вырвалось у Джима. – Нет, я...

– Не лги мне! Ты звонил в полицию?

– Нет. Честно говоря, я хотел, но письмо Кэрол...

– Значит, письмо пришло вовремя, – успокоившись, произнес Поль. – Итак, ты не должен ничего рассказывать ни полицейским, ни своему шефу в банке, ни своим родителям. Понял? Конечно, ты можешь провалить весь наш план, но я искренне не советую шутить с нами. Надеюсь, что ты будешь благоразумным. Может, есть ко мне вопросы?

– Нет.

– Я рад, что ты все понял, – сказал Поль. – Надеюсь, ты запомнишь...

– Джим, – неожиданно выкрикнула Кэрол пронзительным голосом. – Не соглашайся на его авантюры!

– Это ты сейчас такая храбрая, детка, но если ослепнешь, тут же запоешь по-другому. Убрать ее отсюда! – рявкнул вдруг Поль, обращаясь к Джеки, который, по-прежнему стоя в дверях, наблюдал за происходящим. – Слышишь? Убрать ее!

Бандиты силой оторвали девушку от Джима и буквально выволокли ее из комнаты. Кэрол отчаянно звала его, а он только беспомощно повернулся в сторону захлопнувшейся двери…

Джим не знал, сколько времени пробыл в одиночестве. Сначала у него промелькнула мысль постараться выбраться из дома, но потом он понял, что это неосуществимо. Джим боялся даже пошевельнуться, опасаясь угодить в камин, бессильно опустившись в кресло, он замер, прислушиваясь к потрескиванию огня. Вдруг Джим услышал чей-то голос, потом раздались тяжелые шаги, и он понял, что в комнату вошел крупный мужчина. Вошедший тяжело дышал. Джим резко поднялся ему навстречу, и мужчина, не ожидавший этого, налетел на него. Теперь Джим окончательно убедился в том, что перед ним находится рослый толстяк, вдобавок ко всему, не отличающийся большой физической выносливостью. Картина постепенно начала проясняться.

– Если вы что-нибудь сделаете с Кэрол, – ровным голосом проговорил Джим, – я убью вас.

– Перестань болтать чепуху, – отмахнулся от него Поль, с трудом переводя дыхание. – Ты не можешь убить меня, Рассел, поскольку не знаешь, как до меня добраться. Когда мы сделаем дело, я моментально уберусь из этой страны. Неужели ты думаешь, что я этого не предусмотрел? И не надейся зря. Тебе остается только смириться. Я скажу, когда и что следует предпринять, и если будешь хорошим мальчиком, твоей Кэрол никто не причинит вреда. В противном случае... Надеюсь, мне не стоит повторять... Думаю, ты все запомнил.

Джим промолчал.

– Давай поговорим разумно, как мужчина с мужчиной, без всякой сентиментальной чепухи, – продолжал Поль. – Я знаю, кто ты, и чего ты стоишь, а также и то, чем тебя можно зацепить. Я нашел твое слабое место, Рассел, это твоя девушка, Кэрол. Давай рассматривать наши отношения как деловую операцию. Ты поможешь мне ограбить банк. Вспомни, скольких людей в свое время обманул банк? Не мне тебе рассказывать, какие грязные делишки проворачивают банки. Не мне говорить об этом, ты сам все прекрасно знаешь. Поговорим о другом. Если выполнишь свою часть работы, то получишь хорошее вознаграждение. Не меньше пяти тысяч фунтов. Нечего фыркать, Рассел. Это самая обычная банковская операция, но ставка в ней – судьба твоей девушки... А девушка у тебя, честное слово, привлекательная. У нее хорошая фигура, прекрасные волосы и очень красивые глаза... Если начнешь строить глупые планы мести, пеняй на себя. Учти, я тебя предупредил...

У тебя еще есть время, чтобы хорошенько подумать, – добавил Поль и позвал своих подручных.

Через мгновение в комнате послышались чьи-то шаги.

– Довезите его до Хершэма и там отпустите в чистом поле, – приказал он. – А после сразу же возвращайтесь.

– Будет сделано, хозяин, – поспешно сказал шофер.

– Хорошо, – произнес мужчина с вкрадчивым голосом.

Они подошли к Джиму, взяли его под руки и вывели из комнаты. Джима охватил страх. Страх за собственное бессилие. Он с ужасом думал о том, что оставляет здесь беззащитную Кэрол. У него была только одна зацепка – номер автомобиля: KIJ 7162.

Часом позже бандиты высадили Джима из машины и развернулись, чтобы ехать обратно. Шофер напоследок обратился к нему:

– Не падай духом, Рассел. Все не так уж плохо, как тебе кажется. Сейчас ты стоишь на тротуаре. Будь осторожен, не сходи на проезжую дорогу. Нам не нужно, чтобы ты попал под машину.

Через мгновение Джим услышал, как взревел мотор, и автомобиль отъехал, оставив его одного.

Он не знал, сколько времени простоял так, всматриваясь невидящим взглядом в сторону отъехавшего автомобиля. Из оцепенения его вывел какой-то шум. Сначала этот звук озадачил его, но потом Джим понял, что это тормозит подъезжающая к станции пригородная электричка. Возможно, это и есть станция Хершэм. В четверти мили от станции находится квартира Кэрол, но толку от этого мало, он так беспомощен, что не сможет самостоятельно пройти и несколько шагов.

И тут Джим вдруг осознал, что видит свет. Он отчетливо разглядел бледное пятно. Это было самое яркое видение с тex пор, как бандит прыснул ему в лицо слепящим составом. Радость охватила Джима. Зрение медленно возвращалось к нему!

Внезапно тишину нарушили люди, сошедшие с электрички. Они приближались, и Джим уже мог слышать их разговор. Судя по шагам, их было не меньше десяти человек. Если бы ему удалось уговорить кого-нибудь проводить его к дому Кэрол. Возвращаться к себе домой он не решался. Если мать увидит его в таком состоянии...

– Ой! – испуганно воскликнул женский голос. – Здесь какой-то человек!

– Все в порядке, Элси, – отозвался мужской голос и резко добавил: – В чем дело, парень? Стоишь тут и мешаешь прохожим. Посторонись, слышишь?

– Мне... мне очень жаль... Я... – промямлил Джим.

– Конечно, теперь ему жаль...

– Я потерял очки, – в отчаянии выпалил Джим. Эта ложь показалась ему вполне разумной. – Я думал, что смогу добраться домой и без них, но ошибся и застрял здесь. – Он начал тереть глаза, словно они у него болели. – Мне нужно к Чиппен-стрит. Вам, случайно, не туда?

– Это нам как раз по пути, – смягчился мужчина. – Цепляйся за мою руку, приятель, мы мигом доведем тебя домой. – Джим ухватился за протянутую руку. – Элси, поддержи его с другой стороны. Извини, что я обругал тебя, но...

– Все в порядке, – сказал Джим. – С моей стороны было глупо пускаться в дорогу без запасных очков. Я, наверное, оставил очки в электричке, которая пришла перед вашей. Простите за беспокойство...

– О, забудь про это. Идем!

Когда они дошли до Чиппен-стрит, Джим разглядел расплывчатые контуры уличных фонарей и понял, что сможет добраться до дома самостоятельно. Вскоре они достигли калитки, ведущей во двор домика Кэрол.

– Дальше я дойду сам, – твердо заявил Джим. – Дома у меня есть еще одна пара очков. Очень благодарен вам за помощь. Большое спасибо.

Парочка скрылась в темноте, а Джим медленно открыл калитку. Он опять остался наедине со своими мыслями и страхами.

Окончание в №6-2009

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 11-м номере читайте о деятельности величайшего русского  мыслителя, философа, критика и публициста XIX века Владимира Сергеевича Соловьева, материал, посвященный жизни Лва Троцкого,  о жизни и творчестве нашего гениального баснописца Ивана Андреевича Крылова, о кавказском генерале Петре Степановиче Котляревском о котором еще при жизни ходили легенды, а сегодня, оставшемся в историческом тумане забвения,  окончание детектива Ольги Степновой «Моя шоколадная бэби» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этой рубрике

Сомерсет Моэм. «Совращение»

Повесть. Перевод с английского Виктора Вебера

в этом номере

Вещи из завтра

Как рождаются и воплощаются непредсказуемые идеи

Борис Бернаскони и его золотой запас

Именитый архитектор считает лучшими те идеи, что меняют мир и намного переживают своих создателей