Завод-автомат

А Морозов| опубликовано в номере №569, Февраль 1951
  • В закладки
  • Вставить в блог

В просторном, высоком и очень светлом цехе, в самом конце его, сидит человек за письменным столом. На таком столе едва разместились бы телефонные аппараты директора крупного предприятия. Но именно здесь «волшебное зеркало», отражающее жизнь большого завода автомобильных поршней. Всем предприятием управляет отсюда один диспетчер.

Весь завод непривычно пуст. Кажется, будто люди бросили свои рабочие места и оставили машины «а произвол судьбы. Но машины работают безукоризненно, словно они одарены способностью чувствовать, гордиться хорошей работой, стыдиться брака. Изделия, одно за другим, одно за другим, проходят через машины и станки, смазываются для хранения и перевозки, пакуются в картонные коробки.

На световом панно перед диспетчером отдельные агрегаты завода рисуются светящимися узорами, на которых может безмятежно отдыхать глаз, пока всё идёт благополучно. Но как только что-нибудь случится, в том месте, где почему-то произошла задержка, вспыхивает яркий свет.

Тут же установлен целый ряд счётчиков, молчаливо напоминающих о всём ходе производственного процессе.

Недолга жизнь поршня. На него обрушивается вся сила взрыва горючей смеси, толкающего автомобиль вперёд. Поршни надо менять каждый год. Можно представить себе, сколько поршней требуется нашей стране, так щедро оснащённой автомобилями! Вот почему первый в мире завод-автомат, сконструированный, построенный и налаженный Экспериментальным научным институтом металлорежущих станков (ЭНИМС) вместе с работниками опытного завода «Станкоконструкция», делает именно эти детали. Ведь особенно важно и интересно проверить производительность небывалого завода не массовых и в то же время достаточно сложных изделиях.

Завод-автомат блестяще оправдал себя: производительность труда на этом заводе во много раз выше, чем на лучших заводах, изготовляющих аналогичные поршни.

Работа начинается с подачи транспортёром алюминиевых чушек в электрическую печь. Лента транспортёра движется периодически. Печь нельзя «перекормить» металлом: электромеханические приборы-наблюдатели строго выдерживают темп работы, установленный для литейной части завода и исчисляемый секундами.

Для наших советских конструкторов автоматического литейно-термического

участка всё было проблемой: и автоматическое поддержание необходимой температуры в печи, и точное дозирование расплавленного металла, и механизмы литейной машины, работающие при высокой температуре.

При ручном литье точность процесса гарантируют глаза и руки литейщика. Но как осуществить это в литейном автомате?

В строго заданном темпе около печи вертится «карусель», подводящая под расплавленную струю алюминия то одну, то другую литейную форму. Как только очередная форма наполнится, красный ручеёк алюминия, словно краном, автоматически останавливается металлической иглой.

Эта игла доставила конструкторам немало хлопот. Стальные иглы разъедались через полчаса. Тогда попробовали делать их из керамики, которая, как известно, выдерживает очень высокие температуры. Но керамические иглы страдают другим недостатком: они не обладают необходимой механической прочностью и быстро трескаются. Большим достижением конструкторов на этом участке было применение для игл специальных сплавов. Такие иглы работают совершенно безотказно.

Темп работы является строгим, неумолимым повелителем машин на литейно-термическом участке.

С «карусели», где отливаются поршни, надо снять ещё горячие изделия и срезать с них лишний металл, когда он ещё почти мягок, когда поршень легко испортить. Создателей автоматического завода подстерегала и другая трудность: для того чтобы поршень был прочным, его надо выдержать в печи шесть часов при температуре в двести градусов. Эта задача разрешена с помощью огромной трёхъярусной печи, вмещающей тысячи поршней. Металлическая цепь, несущая детали, движется с такой скоростью, что каждый поршень находится в печи ровно шесть часов и через равные интервалы выходит готовое изделие.

Тут уже пора решить вопрос: стоит ли дальше возиться с полученной отливкой? Это определяет автомат, проверяющий твёрдость металла. Пресс-автомат вдавливает в каждый поршень твёрдый шарик, и если металл поршня не соответствует требованиям, изделие тотчас попадает в бункер брака. Из этого бункера путь один - опять в печь.

Доброкачественные поршни посредством особого подъёмника попадают в громадный железный качающийся бункер.

Бункером кончается литейно-термический участок. Дальше темп работы ещё ускоряется.

Вытянувшиеся в ряд станки при помощи металлической штанги и рельса передают друг другу поршни, у которых обрабатывается базовая поверхность, сверлятся отверстия для пальца, прорезаются канавки для колец, оттачивается и шлифуется наружная поверхность, сквозная прорезь. Впервые в мире автоматически производятся объединённые операции по шлифованию, токарным работам, сверлению и фрезерованию.

Эти машины освободили руки рабочего, они требуют только наблюдения, размышления. Когда машины работают исправно, здесь можно читать, разговаривать о совершенно посторонних вещах, можно даже совсем уйти с завода (если предусмотреть мощную звуковую аварийную сигнализацию), а изделия одно за другим будут проходить станки и машины, складываться, смазываться, упаковываться...

Когда сейчас смотришь на изумительно налаженную работу станков и машин завода-автомата, невольно вспоминается Сталинград Там была создана первая в мире автоматическая линия из агрегатных станков и полуавтоматов. Честь её создания принадлежит рабочему тракторного завода И. Иночкину. Это было давно, и потребовалось много лет упорного коллективного труда, чтобы автоматически заработал целый завод.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 9-м номере читайте  об истории создания знаменитой картины Серова  «Девочка с персиками», о «великиом «будетлянине» Велимире Хлебникове, о мало кому известной поездке в Россию Чарльза Лютвиджа Доджсона,  больше знакомого нам как  Льюис Кэрролл,  о необычной судьбе крепостной актрисы Прасковьи Жемчуговой,  о жизни и творчестве Сергея Рахманинова, новый детектив Ольги Степновой «Моя шоколадная бэби» и многое другое.



Виджет Архива Смены