Забытая смена

М Афонин| опубликовано в номере №225, Июль 1932
  • В закладки
  • Вставить в блог

На московском заводе «Борец», как и на многих заводах, литейный цех работает в три смены. Особенности ночной работы казалось должны были бы обусловить повышенное внимание общественных организаций завода, в первую очередь комсомольской, к ночной смене.

На деле этот участок остается забытым.

Редакция ждет откликов на очерк И. Афонина от рабочих ночных смен.

Рыхлая земля бесшумно летит сквозь грохот.

«Чаган» и Кузьма Шмаев отваливают лопатами куски земли и веером взбрасывают ее на заштопанную сетку. Быстро и округло взметываются зачищенные до блеска лопаты. За грохотом вырастает черный холм свежей формовочной земли.

Ребята работают молча. Разговаривать некогда, да и нет охоты кричать - шум: дробью стучат молотки обрубщиков, грузно гудят подъемные краны, отрывистые удары молотов наполняют воздух сухим оглушительным звоном.

Только когда расстояние до грохота увеличивается «на лопату», «Чаган» произносит:

- Давай!

Он и Кузьма выбирают мусор, подтягивают грохот к куче непросеянной земли, и снова размеренно и быстро взметываются зачищенные до блеска лопаты.

Сменный мастер Василий Петрович Семушкин уважает «бригаду Сашки Репина («Чаган» и есть Репин). Уважает в основном за быстроту и аккуратность и отдельно Сашку - по личному мотиву: за веселый нрав.

- Другой работает словно под лопатой у него смола вязкая, а эти - «направо - налево»... в два счета раскидают, - рассказывает мастер. - И землю, можно сказать, чувствуют, указки не надо: сухая - сбрызнут, еще раз перебросят...

- Ну, как работается, ударник? - весело обращается Семушкин к Сашке Репину.

Репин ставит в землю лопату, отирает потной рукой черное от пыли лицо и недовольно ворчит:

- «Направо - налево», Василь Петров, а чего толку?! Кончу этот месяц и уйду к чертовой бабушке!

- Вот так ударник! - опешил Семушкин.

Ударник, ударник! А хромовые, сапоги дядя получает? Что ж, я - то не заслужил разве? Сегодня вон только раз покурить выбрались... Семушкин соображет. В сущности говоря, он не собирался вести с Сашкой серьезный разговор, но недовольство Репина задевает его, мастера, самолюбие, и Семушкин переходит в «наступление».

- А сколько ты, Чаган, нынче заработал? Двести?

- Каких же двести! Сто семьдесят либо восемьдесят...

- Да два дня прогула, - поправляет Репина мастер. - Так оно примерно и выйдет... Прогулял ведь? А? - с мрачным укором восклицает Семушкин. - Что ж ты про сапоги спрашиваешь!

Сашка Репин смущен. Два дня прогула подвернулись совсем некстати. Действительно было дело. Год работал и вдруг не удержался - уехал в гости в Серпухов. Оправдания Сашка и тогда не искал. «Крыть нечем - прогулял», - заявил он мастеру. Кроме мастера Сашка ни с кем не говорил (да и никто не интересовался особенно), а когда спросили ребята, отмахнутся: «Так, со скуки».

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте о легендарной Марфе-посаднице, о об интересных фактах биографии Саши Черного,  об одной из самых знаменитых пар советского кинематографа 60-70-х годов  Элеме Климове и Ларисе Шепитько, о жизни и творчестве  Ги де Мопассана, об одном из древнейших городов Подмосковья – Волоколамске, новый детектив Александра Аннина «Куркулиха» и многое другое.



Виджет Архива Смены