Пушкин и шахматы

С Перекалин| опубликовано в номере №954, Февраль 1967
  • В закладки
  • Вставить в блог

До сих пор точно не установлено, когда впервые Пушкин сел за шахматную доску. Видимо, он познакомился с этой игрой еще в юности, возможно, в лицее или, что более вероятно, в семье. Шахматы в начале прошлого века начали довольно быстро распространяться в Петербурге среди гвардейского офицерства и в литературных кругах. Некоторые друзья поэта содействовали развитию у Пушкина вкуса к шахматным баталиям. Это прежде всего закадычный друг поэта А. Н. Вульф и его дядя П. И. Вульф, в имении которого под Торжком Пушкин прожил две недели в январе 1827 года. Учитель из Твери Вл. Колосов приводит в своей работе «Александр Сергеевич Пушкин в Тверской губернии», помещенной в октябрьской книжке журнала «Русская старина» за 1888 год, интересный рассказ воспитанницы Вульфа - Е. Е. Синициной: «Вставал он по утрам, часов в 9-10, и прямо в спальне пил кофе, потом выходил в общие комнаты, иногда с книгой в руках, хотя ни разу не читал стихов. После он обыкновенно или отправлялся к соседним помещикам или, если оставался дома, играл с Павлом Ивановичем в шахматы. Павла Ивановича он за это время сам и выучил играть в шахматы, раньше он не умел, но только очень скоро тот стал его обыгрывать. Александр Сергеевич сильно горячился при этом. Однажды он даже вскочил на стул и закричал: «Ну, разве можно так - обыгрывать учителя». А Павел Иванович начнет играть снова, да опять с первых же ходов и обыгрывает его. «Никогда не буду играть с вами... Это ни на что не похоже...» - загорячится обыкновенно при этом Пушкин». В экспозиции Государственного музея А. С. Пушкина в Москве представлены вещи и документы из Полотняного Завода, одного из родовых гнезд жены поэта Н. Н. Гончаровой, где поэт был дважды - в 1830 и в 1834 годах. В этой экспозиции обращает на себя внимание небольшой гостиный столик, на деке которого инкрустация, напоминающая шахматную доску. Есть сведения о том, что до Великой Отечественной войны в Полотняном Заводе бережно хранился специальный шахматный столик, за который не раз садился поэт. Сейчас работники музея принимают меры к розыску этого «вещественного доказательства». Судя по всему, Пушкин не только играл в шахматы, но и внимательно следил за шахматной литературой. Об этом свидетельствует личная библиотека поэта, в которой можно увидеть знаменитую в свое время книгу А. Петрова «Шахматная игра, приведенная в систематический порядок, с присовокуплением игр Филидора и примечаний на оные». Этот учебник, изданный в 1824 году, хранился у Пушкина в двух экземплярах. На одном из них имелась дарственная запись автора: «Милостивому государю, Александру Сергеевичу Пушкину, в знак истинного уважения. От издателя» Свою последнюю партию в шахматы поэт сыграл накануне дуэли с Дантесом. Об этом сохранилась запись в дневнике А. О. Смирновой-Россет: «Накануне провели вечер у Мещерских. Пушкин играл в шахматы с Михаилом Виельгорским... Он шутил, жена его была тут же с Екатериной Дантес (сестра жены поэта. - С. П.). Дантес приехал очень поздно за женою, он был дежурным по полку в этот день. Раз только Пушкин взглянул на Дантеса, рассыпавшегося перед дамами, и прошептал: «Этот господин заслуживает урока». Потом прибавил: «Этот офицер сделает мне мат, я его беру». И он отнял офицера у Виельгорского, который думал, что вся фраза относится к офицеру шахматному».... Шахматы нашли, конечно, отражение и в творчестве А. С. Пушкина. В черновых набросках поэта есть такие строки: Царь увидел пред собою Столик с шахматной доскою... Вот на шахматную доску Рать солдатиков из воску В стройный ряд расставил он; Перед шахматной доскою На столе лохань с водою... Плавать он пустил по ней Кучу дивных кораблей...

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 11-м номере читайте о деятельности величайшего русского  мыслителя, философа, критика и публициста XIX века Владимира Сергеевича Соловьева, материал, посвященный жизни Лва Троцкого,  о жизни и творчестве нашего гениального баснописца Ивана Андреевича Крылова, о кавказском генерале Петре Степановиче Котляревском о котором еще при жизни ходили легенды, а сегодня, оставшемся в историческом тумане забвения,  окончание детектива Ольги Степновой «Моя шоколадная бэби» и многое другое.



Виджет Архива Смены