Моя голова

Хелью Ребане| опубликовано в номере №1734, Апрель 2009
  • В закладки
  • Вставить в блог

Рассказ

Давно, еще в детстве, я прочитал повесть Александра Беляева «Голова профессора Доуэля».

Но мог ли я тогда подумать, что такая же участь через много лет постигнет меня самого? Что я буду спрашивать себя и окружающих – где мои ноги, руки? Где мое тело?

Очнулся я в больничной палате – но не в постели, а на столике у окна. И далеко не сразу понял, что от меня осталась... одна голова. Последнее, что я помнил, это мгновение до лобового удара, при столкновении со встречной машиной.

Первым, кого я увидел, был мой лечащий врач, с сочувствием смотревший на меня.

Как я узнал позже, именно благодаря его усилиям я и выжил. Точнее – выжила моя голова. Это все, что от меня осталось после автомобильной катастрофы. «Благодаря его усилиям! – с горечью думал я, закрыв глаза. – И благодаря моим капиталам, конечно. Деньги – прекрасный стимул, что-бы бороться за мою жизнь, столько он не получал раньше нигде и не получил бы никогда и ни от кого. Если бы мне хотелось жить, я бы сейчас похвалил себя за щедрость, но теперь оставалось лишь проклинать. Вот для чего пригодились мои деньги – чтобы продлить мои мучения...»

Когда весь ужас нового состояния стал очевиден, я обрушился на врача с упреками.

– Зачем вы боролись за мою жизнь? Зачем мне теперь жить? Зачем?!

Он в ответ лишь виновато молчал.

«Да, я – мультимиллионер. Но к чему мне деньги? Что мне сейчас с ними делать?» – закрыв глаза, продолжал я размышлять, когда косвенный виновник моих страданий удалился. Самое ужасное, что я не успел использовать свои миллионы, когда мои конечности были еще целы. Просто не было времени. Я нигде не бывал, никуда не ездил, с утра до вечера сидел за компьютером, буквально загипнотизированный той легкостью, с которой удавалось зарабатывать деньги. Даже в банк не ходил, сбрасывая их туда по интернету.

Мир так богат и разнообразен... я мог объездить весь мир, останавливаться в пятизвездочных отелях, ощутить дыхание океана, ветер на Бали и Суматре... палящее солнце Сахары... Я так и не увидел пирамид, а мог взять индивидуальный тур и оплатить даже индивидуальное их посещение…

Простая мысль, мелькнувшая в голове, заставила меня ужаснуться – завороженный скоростью, с которой рядовой инженер быстро превратился в мультимиллионера, я лишь восторгался своим неуклонно растущим банковским счетом, твердо следуя принципу: если видишь, что сумму можно удвоить, – удваивай.

Какие поездки, какой отдых, если нельзя было ни на минуту отвлечься от бизнеса – при таких фантастических доходах неделя отсутствия обошлась бы, как минимум, в двадцать тысяч долларов, а не в стоимость путевки, составлявшую какую-то несчастную тысячу.

Да что об этом говорить – у меня, в мои тридцать восемь лет, нет даже наследника, кому можно было бы оставить мои бесполезные капиталы. Кому их отписать? Родственникам, вспоминавшим обо мне лишь тогда, когда требовались деньги? Их бы только порадовала моя смерть. И меня – тоже.

После нескольких месяцев бесплодных уговоров отключить систему жизнеобеспечения моей головы я, наконец, сделал вид, что сдался. Надо потерпеть, пока окажусь у себя дома и уж там-то обязательно что-нибудь придумаю. Не могут же они все время держать меня под контролем!

Впервые в жизни я стал задумываться о том, а что такое, собственно, наше «я». Мы говорим – «мои руки», «мои ноги», «моя голова». Но теперь весь «я» – одна лишь голова, а вместо сердца – маленький искусственный насос. Как ни странно, мое самоощущение ничуть не изменилось, если не считать подавленного настроения из-за постигшего меня несчастья...

Наконец, наступил день, когда меня выписали из больницы. В сопровождении целого эскорта – медиков, охраны и самых близких коллег, я поехал домой. Выглядело это так – моя голова, словно памятник самому себе, стояла на прозрачном, изготовленном на заказ, кубе, внутри которого виднелись прозрачные трубочки. Как мне радостно объяснил конструктор, – чтобы процесс жизнедеятельности был на виду, и любой сбой можно было сразу заметить и устранить.

«Ты перестарался», – усмехнулся я про себя, выслушивая его отчет о том, как остроумно он все придумал и как моей голове будет хорошо и удобно.

Ведь именно о сбое я все время и мечтал. Но, к сожалению, понял, что союзников у меня нет. Похоже, все, решительно все одержимы идеей сохранить жизнь моей голове. Сами попробовали бы, каково мне, особенно по ночам, когда место среза на шее начинает так ныть, что о сне и речи быть не может.

Они везли меня домой, а я думал о том, что уж там-то сумею скатиться с хитроумного куба. Придется подговорить кого-нибудь из прислуги или медиков – их теперь вокруг меня вьется целый рой. За деньги это не будет проблемой, все зависит лишь от суммы.

Когда меня привезли, я так устал, что сразу заснул, а проснувшись, увидел доктора, дежурившего рядом с моим кубом-памятником.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 4-м номере читайте о мрачном предании довлевшем  над родом князей Юсуповых на протяжении двух веков, о жизни и творчестве Максимилиана Волошина, русском и советском ученом, ставшем в 1904 году лауреатом Нобелевской премии Иване Петровиче Павлове, о популярнейшем актере Сергее  Маковецком, об истории создания картины «Портрет дамы с дочерью» Тициана, новый остросюжетный роман Виктора Добросоцкого «Белый лебедь» и многое другое...



Виджет Архива Смены

самое обсуждаемое

в этой рубрике

Лоренс Блок. «Невиновность гарантируется»

Рассказ. Перевод с английского Виктора Вебера

Ясутака Цуцуи. «История Моцарта»

Отрывок из романа. Перевод с японского - И. Логачев, С. Логачев