Какого цвета счастье…

Римма Коваленко| опубликовано в номере №1161, Октябрь 1975
  • В закладки
  • Вставить в блог

Рассказ

– Вам сколько лет? – Он смотрел застывшим взглядом без какого-либо к ней интереса, возвышался над столом грузно, как мешок с песком, и на этом мешке – круглая голова, гладкое, без морщин лицо с тусклыми, равнодушными глазами. Таким он ей виделся, таким, конечно, был и на самом деле.

– Мне двадцать шесть лет, – ответила она полным предложением. Ответила, как ей казалось, независимо и строго. – Это имеет какое-нибудь отношение к делу?

– Абсолютно никакого. Просто спросил.

Секретарша его, худенькая белобрысая девочка Шура, незаметно, каким-то святым духом, вдруг возникла у стола, положила перед ним папку с бумагами и тихим, заискивающим голосом спросила:

– Я пойду, Андрей Андреевич?

– Иди.

Она ушла, верней, проплыла робко и невесомо, дверь закрыть у нее уже не хватило пороху, и было видно, что в приемной погашен свет, что рабочий день закончился.

– Я вас задерживаю? – спросила Женя. Спросила из вежливости. Никто никого в этом случае не задерживал. Она была здесь не в гостях, а тоже на работе. У каждого своя работа. Один сидит в кабинете и руководит. Другой приходит к нему и говорит: «Надо бы вам руководить получше: о каждом человеке, о его жизни думать».

– Нет, я не спешу, – ответил он. – Могу вам уделить еще минут пятнадцать.

Она поглядела на него с сожалением – «уделить». Сколько бы он ни «уделял», каши с ним не сваришь. Но всё-таки надо пронять его, нельзя не пронять. Это не каприз и не прихоть, это ее работа.

– : Вспомните свои молодые годы, – сказала она, – ведь когда-то и вы были молоды.

Он поднял брови, может быть, хотел изобразить удивление, но глаза подвели, по-прежнему в них ничего не отражалось.

– Был. Двадцать шесть мне стукнуло в сорок третьем, в Сталинграде.

– Вот видите, – она глянула так, будто упрекнула, – вы фронтовик, чужое горе не может быть вам безразличным. Я знаю, что такое Сталинград.

За всю их долгую беседу он первый раз улыбнулся.

– Интересно получается: кто родился после войны, знает о ней больше, чем мы.

И замолчал, задумался.

Тянет время. Женя многозначительно вздохнула.

– Так что будем делать, Андрей Андреевич, с Байковыми?

– Не знаю.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены