Гибель «Вирджинии»

А Баковиков| опубликовано в номере №568, Январь 1951
  • В закладки
  • Вставить в блог

Старый сухогрузный транспорт «Вирджиния» неподвижно стоял у одного из портовых причалов сан-францисского порта, готовый к немедленному выходу в море. Транспорт сидел низко, и поэтому его борт сейчас находился на одном уровне с причальной стенкой. Швартовые концы и короткая сходня были последним, что соединяло «Вирджинию» с берегом. Крышки люков были тщательно закрыты и зачехлены новым брезентом, машины находились под парами.

Матросы немногочисленной верхней команды, ещё не успевшие познакомиться друг с другом, томясь от безделья и скуки, слонялись по верхней палубе. Выход в порт им был запрещён, а время, назначенное для съёмки с якоря, давно прошло. И когда рулевой Билли спрашивал матросов о причине задержки, те пожимали плечами и отделывались короткими фразами.

- Я сам сегодня впервые переступил борт этого старого корыта, - отмахнулся от Билли матрос Лоусон.

«Действительно, - думал Билли, знавший наперечёт все суда пароходной компании Штатов, - «Вирджиния» ещё пять лет назад была поставлена на прикол и предназначалась на слом».

- С какого пароходного кладбища её вытащили?

- А ты спроси у Стенфильда, нашего боцмана, - засмеялся второй рулевой и указал в сторону грузного человека с испитым лицом и непомерно длинными руками, проходившего в это время по палубе.

- Слушай, старина! - крикнул Билли. - Чем засыпали трюмы этой посудины? - и он ткнул носком башмака о настил палубы.

Но боцман либо не слышал вопроса, либо сделал вид, что не слышит. Он даже не повернул головы в сторону рулевого. И когда Билли вторично задал ему тот же вопрос, Стенфильд остановился. Он посмотрел снизу вверх, скосив глаза на вздёрнутый кончик облупившегося носа Билли, и, дёрнув себя за ухо, в котором торчала золотая серьга, зло ответил:

- Знаешь, парень, любопытных хозяин больше одного рейса не держит. Не нравится - вот борт, а вот порт. - И он указал рукой в сторону берега.

В другое время Билли тут же перекинул бы через сходню свой чемоданчик и, независимо посвистывая, сошёл бы на берег. Но сейчас не те времена. Билли нахмурился и, пожёвывая недокуренную сигарету, спустился в кубрик.

- Конспирация, как в федеральном бюро, - с напускной весёлостью проговорил Билли и бросил на койку свой старенький берет.

Он стоял посреди кубрика, где на койках валялись с полдюжины матросов, таких же, как Билли, изголодавшихся в постоянных поисках работы. Один из матросов, пристально оглядев рулевого, проговорил:

- Я вижу, тебе не надоело таскаться за тарелкой бурды по очередям, которые собирают сектанты благотворительных обществ. А по мне - гори оно всё огнём! Какое мне дело до того, куда и с чем идёт «Вирджиния»? Лучше болтаться на борту этой дырявой калоши, чем обтирать облезлые стены портовых ночлежек. Через месяц я вернусь, получу своё, и наплевать мне на Стенфильда и иже с ним!

Откинув край одеяла. Билли вытянул усталые, нывшие от ревматизма ноги. Но в ту же секунду холодная капля, оторвавшись

от подволока, упала ему на лоб. Взглянув на подволок, рулевой присвистнул:

- Да здесь, как в портовом душе! Старое решето пропускает воду через все заклёпки. Поэтому, видно, его и на слом не взяли.

Лоусон улыбнулся:

- Сейчас, парень, невыгодно ломать коробки, даже если они еле-еле держатся на воде. Денежки заставляют и пушки переплывать океан.

Но Билли уже не слушал Лоусона. Прикрыв лицо беретом, он пытался задремать. В кубрике было сыро и душно. Свет крохотной лампочки едва проникал сквозь грязное стекло плафона.

- В такой дождь хорошо в портовом кафе, - мрачно проговорил кто-то из матросов.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 11-м номере читайте о деятельности величайшего русского  мыслителя, философа, критика и публициста XIX века Владимира Сергеевича Соловьева, материал, посвященный жизни Лва Троцкого,  о жизни и творчестве нашего гениального баснописца Ивана Андреевича Крылова, о кавказском генерале Петре Степановиче Котляревском о котором еще при жизни ходили легенды, а сегодня, оставшемся в историческом тумане забвения,  окончание детектива Ольги Степновой «Моя шоколадная бэби» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Первые опыты

О работе студенческих научных обществ